— Михаил Иванович, я устала это терпеть! Каждый день одно и то же — работа, дом, готовка, уборка! А ты лежишь на диване и даже посуду помыть не можешь!
Клавдия Петровна стояла у плиты и помешивала борщ. За окном был обычный вечер начала октября, но что-то в этом дне казалось особенным. Может, дело было в том, что на работе начальница опять накричала на неё за чужую ошибку. Или в том, что в магазине не было ни молока, ни сметаны. А может, просто накопилось всё за долгие годы.
Михаил Иванович сидел за столом с газетой и изредка покашливал. После обеда он всегда читал "Правду", потом дремал в кресле. Каждый день одно и то же.
— Миша, — позвала Клавдия, не оборачиваясь от плиты.
— Что? — не поднимая головы от газеты, отозвался муж.
— Сходи в магазин за хлебом. А то к ужину не будет.
— Сейчас дочитаю статью и схожу.
— Ты уже полчаса эту статью читаешь, — Клавдия поставила ложку и повернулась к мужу. — Магазин скоро закроется.
— Не закроется. До девяти работает.
— Михаил Иванович, — голос Клавдии стал тверже, — я тебя прошу, сходи за хлебом. Я весь день на ногах, устала.
Муж отложил газету, посмотрел на жену.
— А что ты так нервничаешь? Обычно сама ходишь.
— Обычно! — Клавдия почувствовала, как внутри что-то сжалось. — Да я всегда сама хожу! И в магазин, и в аптеку, и везде!
— Ну и что? Ты же не работаешь сейчас.
— Не работаю? — Клавдия уставилась на мужа. — А кто каждый день в пять утра встаёт, завтрак готовит, на завод идёт?
— Ты, конечно. Но ведь сейчас отпуск у тебя.
— Отпуск! — Клавдия села напротив мужа, руки дрожали. — Михаил Иванович, у меня отпуск уже неделю как кончился! Я каждый день работаю!
Муж растерянно моргнул.
— А я думал... Ты же днём дома бываешь иногда...
— Днём дома! — голос Клавдии повысился. — Потому что вторая смена! С двух до десяти вечера! А утром дома дела делаю — стираю, убираю, готовлю!
— Ах да, точно, — Михаил Иванович почесал затылок. — Вылетело из головы как-то.
— Вылетело из головы, — повторила Клавдия тихо. — Михаил Иванович, а что у тебя в голове вообще есть? Кроме газет и телевизора?
— Клава, что с тобой? Чего ты злая такая?
— Злая? — Клавдия встала, начала ходить по кухне. — А мне не злиться, что ли? Двадцать лет замужем, а чувствую себя домработницей!
— Что за глупости! — Михаил тоже встал. — Какая домработница? Ты моя жена!
— Жена! — Клавдия остановилась перед мужем. — А жена, по-твоему, что должна делать? Только готовить, стирать и убирать?
— Ну... — Михаил замялся, — не только. Но ведь женское это дело — дом вести.
— Женское дело! — Клавдия подошла к плите, выключила конфорку под борщом. — А мужское дело какое? Газету читать и телевизор смотреть?
— Клава, да что на тебя нашло? Я же работаю! Деньги домой приношу!
— Работаешь! — она повернулась к нему. — А я что, не работаю? На заводе восемь часов стою, потом домой прихожу и ещё четыре часа дома работаю!
— Но это же домашние дела...
— А домашние дела — не работа? — Клавдия подошла к мужу, посмотрела ему в глаза. — Михаил Иванович, скажи мне честно — когда ты последний раз посуду мыл?
— Ну... — муж замялся, — не помню. Недавно как-то.
— Недавно! — Клавдия горько рассмеялась. — Да ты полгода назад последний раз мыл! И то, когда я в больнице лежала!
— Ну зачем мне посуду мыть, если ты лучше делаешь?
— Лучше делаю! — Клавдия почувствовала, как подступают слёзы. — А может, я просто привыкла, потому что никто, кроме меня, не делает?
— Клава, ну чего ты разнервничалась? — Михаил попытался обнять жену, но она отстранилась.
— Не трогай меня! — резко сказала она. — Михаил Иванович, я устала это терпеть!
— Что терпеть?
— То, что я в доме одна всё делаю! — голос Клавдии дрожал. — Каждый день одно и то же — работа, дом, готовка, уборка! А ты лежишь на диване и даже посуду помыть не можешь!
— Клава, ну не преувеличивай. Я же помогаю иногда.
— Когда помогаешь? — она уперла руки в боки. — Приведи хоть один пример!
Михаил задумался.
— Ну вот недавно картошку чистил...
— Это когда у меня руки порезанные были! — Клавдия всплеснула руками. — Вынужден был! А так бы сидел и ждал, пока я всё сделаю!
— А что, по-твоему, мужчина должен по дому работать?
— Должен! — твёрдо сказала Клавдия. — Мы оба работаем, значит, и дома оба должны что-то делать!
— Но ведь у мужчин и женщин разные обязанности...
— Какие разные? — Клавдия подошла к столу, села. — Михаил Иванович, объясни мне, почему я должна после восьмичасовой смены на заводе ещё и дома работать, а ты можешь отдыхать?
— Ну... я же тяжело работаю. Устаю.
— А я легко работаю? — Клавдия посмотрела на свои руки, покрытые мозолями. — У меня работа легче твоей?
— Не легче, — признал Михаил. — Но женщина же должна о доме заботиться.
— Должна! А мужчина о чём должен заботиться? Только о газетах?
— Клава, ну не говори глупости. Я о семье забочусь. Зарплату домой приношу.
— И я зарплату приношу! — Клавдия встала. — Даже больше твоей приношу! Но от этого домашние дела не исчезают!
Михаил замолчал, понимая, что жена права. Действительно, её зарплата была выше, особенно с премиями за перевыполнение плана.
— Клава, ну хорошо, скажи — что ты хочешь?
— Хочу, чтобы ты помогал дома! — она села обратно за стол. — Хочу, чтобы посуду мыл через день. Чтобы в магазин иногда ходил. Чтобы полы хоть раз в неделю протирал!
— Полы протирать? — Михаил поморщился. — Да это же женская работа!
— А почему женская? — Клавдия наклонилась к мужу. — Пол что, от мужских ног грязнее не становится?
— Ну... становится, конечно. Но ведь исторически...
— Исторически! — она перебила его. — Михаил Иванович, мы в двадцатом веке живём! Женщины наравне с мужчинами работают! Значит, и дома должно быть поровну!
— Клава, но я же не умею готовить...
— Научишься! — Клавдия встала, подошла к плите. — Я тоже не умела, когда замуж выходила. Училась.
— А если я плохо буду делать?
— Будешь плохо — научу. А если не будешь стараться, буду ругать, — она помешала борщ. — Михаил Иванович, я больше не намерена быть домработницей в собственном доме!
— Клава, ну что ты такое говоришь...
— Говорю правду! — она повернулась к мужу. — Двадцать лет я молчала, терпела. Думала, что так и должно быть. А теперь понимаю — не должно!
— А что изменилось?
— Я изменилась, — тихо сказала Клавдия. — Устала жить как прислуга. Хочу быть женой, а не служанкой.
Михаил молчал, переваривая услышанное.
— Клава, а если я не справлюсь? Если не получится у меня?
— Получится, — она подошла к нему, взяла за руки. — Михаил Иванович, ты умный человек, на заводе сложные станки наладить можешь. Неужели с домашними делами не справишься?
— Справлюсь, наверное, — он сжал её руки. — Только не сердись на меня, если сразу не всё получится.
— Не буду сердиться, — Клавдия улыбнулась первый раз за весь вечер. — Будем учиться вместе. Делить всё пополам.
— Ладно, — Михаил встал. — Начнём с хлеба. Схожу в магазин.
— Спасибо, — она поцеловала мужа в щёку. — И знаешь что? Завтра научу тебя борщ варить.
— А он не пригорит?
— Не пригорит. Главное — следить надо и помешивать.
Когда Михаил ушёл за хлебом, Клавдия села за стол и почувствовала странное облегчение. Словно тяжёлый груз свалился с плеч. Может быть, их жизнь действительно изменится. Может быть, она перестанет чувствовать себя прислугой в собственном доме.
За окном начинало темнеть, а в кухне пахло борщом и надеждой на новую, более справедливую жизнь.
Спасибо, что дочитали эту историю до конца! Если вам понравился рассказ, поставьте лайк и поделитесь своими мыслями в комментариях - мне всегда интересно узнать ваше мнение о персонажах и их поступках.
Пожалуйста подписывайтесь и прочитайте другие истории: