📘 Канал "Бытовые Байки" представляет: Что делать, если единственный способ вернуться к жизни — выступить с докладом перед аудиторией из загробного мира? Особенно когда ты всю жизнь боялся сказать слово на корпоративах...
Как я стал призраком по собственной глупости
— Виктор Семёнович, может быть, вы всё-таки расскажете о проекте? — Марина Игоревна смотрела на меня с тем выражением лица, каким обычно смотрят на особо тупого ученика в седьмом классе.
Я сидел в конференц-зале нашей конторы и чувствовал, как привычный ком подкатывает к горлу. Двенадцать пар глаз уставились на меня, словно я был редким видом насекомого под микроскопом. А я только и мог, что мять в руках свои жалкие листочки с планом презентации.
— Ну... то есть... проект... он...
Великолепно, Витя! Красноречие Цицерона в чистом виде.
Марина Игоревна тяжело вздохнула — так вздыхают, когда понимают, что надеяться больше не на что. В этот момент я поднял глаза к потолку, мысленно взывая к высшим силам о помощи.
И высшие силы откликнулись.
Только не так, как я рассчитывал.
Массивная хрустальная люстра, которая украшала наш конференц-зал с советских времён и весила, наверное, как небольшой трактор, вдруг решила, что устала висеть. Раздался зловещий скрип, потом треск, потом...
Дальше я помню только звон осколков и чью-то панику: "Виктор Семёнович! Виктор Семёнович!"
А потом стало очень тихо.
Академия ораторского мастерства для душ
Очнулся я в каком-то невероятно просторном зале. Стены терялись в полумраке, а воздух светился мягким серебристым светом. Передо мной сидело человек пятьдесят — если их вообще можно было назвать людьми. Они были полупрозрачные, местами мерцали, а некоторые вообще выглядели как туман в форме человека.
— Добро пожаловать на курсы публичных выступлений для недавно умерших, — произнёс голос откуда-то сверху. Я обернулся и увидел пожилого мужчину в старомодном костюме. Он парил в воздухе и выглядел очень довольным собой. — Меня зовут Аристотель Фёдорович, и я ваш преподаватель по риторике.
— Простите, а я... умер? — мой голос прозвучал странно, словно я говорил через вату.
— Технически нет, — Аристотель Фёдорович снисходительно улыбнулся. — Вы в коме. Но ваша душа попала сюда по недоразумению. Видите ли, в момент падения люстры вы так сильно желали научиться говорить публично, что наша система автоматически зачислила вас на курсы.
Я огляделся. Призраки вокруг меня кивали с пониманием — видимо, все они тоже когда-то мечтали о красноречии.
— А как мне вернуться? — спросил я.
— Очень просто! Вам нужно успешно закончить наш экспресс-курс. Всего одно выступление — и вы свободны. Правда, есть небольшая особенность: если провалитесь, останетесь здесь навсегда. Ну, или пока ваше тело в реанимации не сдастся окончательно.
Прекрасные перспективы!
— Тема вашего выступления: "Как я научился не бояться смерти за пять минут". Время на подготовку — полчаса. Аудитория у вас знающая, — Аристотель Фёдорович кивнул на призраков. — Все эти господа уже прошли через этот опыт.
Я посмотрел на своих одногруппников. Среди них была бабушка в цветастом халате, которая вязала какой-то полупрозрачный шарф; мужик в робе, от которого пахло машинным маслом; девушка в свадебном платье, которая явно умерла не от старости. Все они смотрели на меня с любопытством и сочувствием.
— Слушай, парень, — прошептал машинист, — главное — не думай о том, что ты умрёшь, если облажаешься. Думай о том, как круто будет, если не облажаешься.
Девушка в платье хихикнула:
— А я представляла, что все слушатели в нижнем белье. Правда, здесь это не очень работает — половина из нас итак полуголые.
Полчаса пролетели как пять секунд. Я стоял перед кафедрой, держал в руках призрачные листочки с планом выступления и понимал: это мой шанс. Последний и единственный.
— Уважаемые... э-э-э... коллеги по загробной жизни, — начал я, и мой голос дрожал как осиновый лист. — Я хочу рассказать вам, как научился не бояться смерти за пять минут.
Призраки наклонились вперёд. Даже Аристотель Фёдорович прекратил парить и присел на воздух, сложив руки.
— Понимаете, вся моя жизнь была сплошным страхом. Страх выступить на работе, страх познакомиться с девушкой, страх сказать продавщице, что она неправильно дала сдачу. И самый главный страх — страх смерти. Я думал, что если умру, то никто даже не заметит.
Бабушка в халате кивнула с пониманием.
— И вот я лежу под люстрой, чувствую, как жизнь уходит, и понимаю: да какая, в сущности, разница? Жил я как призрак — боялся жить по-настоящему. А теперь стал призраком буквально — и впервые чувствую себя живым!
Мужик в робе заулыбался и начал хлопать полупрозрачными ладонями.
— Знаете, что я понял? — я расправил плечи и почувствовал, как страх отступает. — Смерть — это не конец. Это экзамен. На то, насколько ты был собой при жизни. И если ты всю жизнь боялся быть собой, то смерть даёт тебе последний шанс это исправить.
Девушка в свадебном платье вытерла прозрачную слезу.
— Поэтому я не боюсь смерти. Я боюсь жизни, которую не прожил. Боюсь слов, которые не сказал. Боюсь себя, которым не стал. А смерть... ну что ж, смерть — это просто переход в другую аудиторию.
Зал взорвался аплодисментами. Призраки светились ярче, Аристотель Фёдорович кивал с одобрением, а я впервые в жизни чувствовал себя оратором.
— Великолепно! — воскликнул преподаватель. — Вы сдали экзамен. Более того, вы стали почётным выпускником нашей академии. Возвращайтесь к жизни и помните: страх — это просто неправильно настроенный микрофон в вашей душе.
Последнее, что я запомнил, — это как бабушка в халате помахала мне вслед своими спицами, а мужик в робе крикнул: "Давай, парень, покажи им там, в мире живых!"
Очнулся я в больничной палате. Марина Игоревна сидела рядом с букетом цветов и виновато улыбалась.
— Виктор Семёнович! Слава богу! Мы так волновались! Люстра прямо на вас... Это же надо было так не везти!
Я сел на кровати, почувствовал лёгкое головокружение, но внутри меня горел странный огонёк уверенности.
— Марина Игоревна, — сказал я твёрдым голосом, — когда я выйду на работу, я хочу провести презентацию нашего проекта. Для всего отдела.
Она удивлённо моргнула:
— Вы уверены? После такой травмы...
— Более чем уверен. Знаете, я недавно выступал перед очень требовательной аудиторией. И понял: нет ничего страшнее призраков собственных страхов.
На следующей неделе я действительно провёл ту презентацию. И ещё десяток после неё. Оказывается, когда ты уже выступал перед мертвецами, живые коллеги кажутся просто ангелочками.
Правда, иногда по ночам мне снится бабушка в цветастом халате. Она вяжет и говорит: "Молодец, парень. А помнишь, как боялся?" И я отвечаю: "Помню. Но теперь я боюсь только одного — снова стать призраком при жизни."
🏠 Иногда нужно чуть-чуть умереть, чтобы по-настоящему начать жить. Особенно если у вас в офисе висят люстры времён Брежнева.