https://dzen.ru/video/watch/68739118ef0cf8750122b6f1
Когда началась перестройка и появилась возможность заниматься политикой, то первый импульс, который был задан автором перестройки, как вы помните, был импульс «социализм с человеческим лицом». Это первая такая идеологическая была диверсия. Ну большинство людей это нормально восприняли. Да, мы помним одни дискурсы того времени: назад к Ленину. Ну, то есть вернуться как бы к истинному подлинному социализму. Это быстро всё прошло, когда решили те задачи деструктивные. Т.е. нужно было на самом деле срезать КПСС и упразднить СССР. И перейти ко второму этапу, когда другие импульсы появились: свободный рынок, где демократия, права человека, и для того, чтобы приватизировать экономику. сейчас как бы не буду на этом останавливаться.
Но первые же шаги, такие практические, скажем, те политически активные граждане, которые начали делать во второй половине восьмидесятых годов, когда возможность появилась, то они как бы были связаны с двумя основными направлениями или с тремя.
Первое – это диссидентура и, естественно, ориентация на Запад, продвижение либеральной идеологии и так далее.
Второе – это попытка реформировать КПСС как-то в направлении такого социал-реформизма, может быть, социал-демократия, а может быть действительно вернуться к истокам, к Сталину, к Ленину и так далее, и так далее.
Так вот, первая организация, которая возникла такого плана, неформальная, был Московский комитет новых социалистов. Вы не знаете и даже не буду называть фамилии, но это была часть Московского народного фронта, которая пошла не за диссидентурой, а немножко в сторону, в сторону солидарности польской. На базе польской солидарности был образован в Советском Союзе Всероссийский комитет за за социалистическую партию. Он был образован на базе стачкомов, которые возникли в СССР в восемьдесят девятом году, шахтёрских стачкомов, Караганды, Кузбасса и Воркуты. Как бы центр находился в Кузбассе, Междуреченск, Прокопьевск там и так далее. – Вот я с ними работал, был членом этого ВКСП и, можно сказать, первым лицом, потому что мне дали право быть полксманом, то есть спикером от имени, хотя было коллективное руководство.
На этой базе мы начали формировать социалистическую партию, и она сформировалась и, ну, учредилась одновременно с первыми ведущими партиями. То есть мы помним, что было движение Гаврила Попова демократических реформ, Республиканская партия Шестаковского, Жириновский образовал Либерально-демократическую партию, и демократическая партия Травкина, социал-демократическая ассоциация, в которую Рогозин входил и Социалистическая партия. Но власть уже переходила на следующий рубеж, и поэтому Социалистическую партию они не зарегистрировали, естественно, были жёстко против.
Но, тем не менее, в процессе работы ВКСП и создания соцпартии я активно ездил по разным странам. Конечно, с препонами, потому что денег не было. КГБ постоянно мешали. Тем не менее, я где-то с полгода работал в английской социалистической рабочей партии. Это ключевая такая структура не просоветского типа.
Вы представляете себе, что, собственно, два таких массива было левого движения. Первое – это еврокоммунизм с ориентацией на КПСС и далее всё остальное, что можно было называть «новыми левыми», маоистами, троцкистами там и так далее, и так далее.
Этот мой опыт работы и встреча со всеми ведущими левыми того времени, троцкисты, как правило. Не, как правило, вообще они все были троцкистами. Я увидел, что никаких «новых левых» нет, что левое движение, либо уничтожено, превращено в либертарианцев. Вот, как в Америке Трамп называет леваками. Кого называет? Он либертарианцев называет леваками.
Полностью сменена повестка дня.
Никто не думает о народном большинстве, опоры на меньшинство. Долго можно на эту тему рассказывать, чем современный троцкизм отличается от того, который был в начале XX века, и почему нельзя его считать подлинно левым движением.
Это был начальный опыт.
Тем не менее, работа продолжалась. Если будут какие-то вопросы, я расскажу. Ну и занимался политикой, потом технологиями совершенно конкретными. То есть, с одной стороны, участвовал в этих политических проектах именно как политолог, а не как политик. То есть, допустим, возглавлял какие-то структуры, но меня не интересовало лидерство в этих структурах, а интересовало как раз наблюдение, - вы знаете, в социологии включённое наблюдение, так называемое.
В первой Государственной Думе я был депутатом, зампредом комитета по делам общественных объединений. И все федеральные законы, по которым сегодня живёт страна, ну, практически все, были подготовлены с моим участием. То есть я возглавлял примерно 10-12 рабочих групп по основным политическим законам и двум законам базовым.
Я автор федерального закона о политических партиях.
Ну, понимаете, раз я автор этого закона, то все нюансы, связанные там с партийной жизнью и прочее, прочее, я не знаю. Есть ли ещё такие специалисты?
Второй закон, который тоже я основной автор – это закон об общественных объединениях. Ну, понятно, это широкий спектр, все движения, организации и так далее, и так далее работают на основе этого закона.
Помимо этого был членом рабочих групп по подготовке федерального закона о митингах, шествиях, демонстрациях и так далее, о депутатах Государственной Думы, о выборах президента Российской Федерации, о поддержке детских и молодёжных организаций, о благотворительных организациях, о некоммерческих организациях, о об альтернативной гражданской службе, о профсоюзах и так далее.
И несколько знаковых, ну вот те, кто помнит с того времени меня, они помнят. по одному законопроекту, который очень сильно нашумел, и он чрезвычайно важный и до сих пор актуальный, но его, естественно, заблокировали олигархи и правительство. Это закон о правовом регулировании лоббистской деятельности федеральных органов государственной власти. То есть это контроль за группами интересов олигархическими, которые тогда нарождались на основе мирового опыта, как это происходит в некоторых других странах.
И ещё пару законов интересных. Закон о правовых гарантиях оппозиционной деятельности, важнейший не закон, но законопроект.
Я потом апеллировал к коммунистам, чтобы они это взяли, как бы начали продвигать. Ну, понятно, в Кремле тоже блок против этого стоит. Никаких гарантий оппозиционной деятельности в России быть не должно.
Ну, ещё один закон, такой небольшой интересный законопроект, это об обязательных теледебатах кандидатов в президенты во втором туре. Ну, мы понимаем, что у нас в дебатах не участвует кое-кто.
Вот с этого опыта занимался политтехнологиями. Не буду перечислять довольно долго и много, ну, самые такие, может быть, важные позиции.
Во время выборов президентских Ельцина девяносто шестого года я был первым заместителем руководителя информационного отдела штаба.
В 2000 году, когда Путин избирался, я был за отделом медиапроектирования избирательного штаба. То есть моя задача входила разработать технологию телевизионного сопровождения кандидата в президента Путина. Вот могу отдельно рассказать интересный опыт и так далее.
В девяносто восьмом году отметился в штабе, немного работал, организовывал дебаты на президентских выборах Белоруссии Лукашенко.
В 2004 году более полугода провёл на Украине первый Майдан. Естественно, от России участвовал, ну, руководил аналитическим направлением в избирательном штабе Януковича. Участвовал в выборах парламентских и президентских в Армении, немного в Казахстане, в Абхазии, ну и так далее.
Огромный объём информации. И вот это направление, которое сейчас развиваю, концептуальное, оно не просто чистая теория, а на основе практики как раз и огромного количества проектов, которые были, реализовались с участием или по моей инициативе, начиная с второй половины восьмидесятых годов.
Хорошо знаю советскую систему изнутри. Почему? Потому что в восемьдесят восьмом - восемьдесят девятом был в группе спичрайтеров политбюро ЦК КПСС. По молодёжной проблематике, не в целом, а чисто по молодёжной проблематике. Есть несколько интересных текстов, которые я написал, которые, например, Горбачёв озвучивал на митинге в Польше на встрече с молодёжью. Это его лучшая речь, я считаю. Девятнадцатая парконфернции, там кусок по молодёжи был, это тоже мой текст. Ну и так далее, и так далее.
В режиме таких тестов встречался с руководителями некоторыми как социолог и включённое наблюдение. С Ельциным несколько раз встречался, с главой идеологического отдела того времени Капот, с секретарём ЦК, который ведал идеологией, Медведевым. Ну, с Горбачёвым, понятно, плотно работал. Вот впечатление тоже могу рассказать.
Это такое небольшое вступление, чтобы было понятно, в каком направлении можно вопросы задавать и где-то что-то более глубоко копнуть.
Продолжение следует
9 августа 2025 г.
