Часть III. Метафизика Математической Свободы Если выбор математических оснований действительно свободен, возникает вопрос - существуют ли этические критерии для такого выбора? Можем ли мы говорить о том, что одни математические системы "лучше" других не в смысле логической корректности, а в каком-то более глубоком смысле? Открытие Коэна ставит перед нами парадокс, который древние греки назвали бы "апорией" — безвыходным затруднением ума. С одной стороны, мы привыкли думать об истине как о чем-то единственном и абсолютном. С другой стороны, Коэн показал, что в математике могут существовать равноправные, но взаимоисключающие истины. Это не релятивизм в дешевом смысле этого слова. Это признание того, что реальность может быть богаче наших представлений о ней, что она может вмещать в себя противоречия не как логические ошибки, а как различные уровни или аспекты бытия. Возможно, истина не монолитна, а полифонична. Возможно, как в музыке различные мелодии могут звучать одновременно, соз