Вы любите вино? Тогда попробуйте ответить на простой вопрос: почему бутылка вина содержит именно 750 мл жидкости? Не 500, не литр, а именно 750?
Так сложилось исторически из-за странных для большинства людей в мире английских мер измерения, от которых чопорные англичане, а вместе с ними и зазнайки-американцы избавляться категорически не желают, внося постоянную путаницу и смятение в веками устоявшиеся простые и понятные каждому метрические измерения.
В XIX веке главным европейским экспортером вин была Франция, а основным импортером французских вин была Англия. Любили они выпить, да и по сей день крайне охотно предаются этому занятию. Есть такая английская мера объема жидкостей — имперский галлон, равный 4.54609 литра. Англичане упорно считали вино галлонами, а французы литрами. Возникал некий когнитивный диссонанс, но и послать подальше другую сторону было нельзя. Одни очень хотели продавать и богатеть, а другие — покупать и употреблять!
Приходилось искать варианты, как не пересчитывать каждый раз галлоны в литры, т.к. это муторно — без калькулятора не обойдешься, а калькуляторы в то время были в большом дефиците.
Так вот, чтобы упростить перевод, французы отправляли вино из Бордо бочками объемом ровно 50 галлонов, что соответствовало почти точно 225 литрам (бросились к калькулятору? Ну, проверяйте). На деле там получалось на пару литров больше, но их списывали на жертву богам, усушку-утруску и облизывание пробки рабочими при каждом открывании бочки (да, фу-фу, я понимаю, но уж очень смешно представлять эту картину).
В свою очередь, 225 литров (или те же 50 галлонов) тоже очень удачно делятся ровно на 300 бутылок по 750 мл в каждой. И не нужно никаких сложных расчетов.
Но и на этом полезная информация для заядлых алкоголиков не иссякла! Потреблять, так осознанно, я считаю!
Если 50 галлонов так легко делятся на 300 бутылок, то еще легче посчитать, что один галлон замечательно и точно так же без остатка делится на шесть бутылок по 750 мл! Именно поэтому один ящик (или в наше время уже коробка) вина содержит в себе не 5 и не 10 бутылок вина, а ровно 6 или иногда 12 (дюжину).
Такие вот не совсем нам понятные традиции сохраняются уже который век. И давно уже можно было все поменять, но, как в старом эксперименте с обезьянами, мы, не слишком хорошо понимая причины происходящего, придерживаемся принципа «У нас так принято!».
От всем близкого и понятного вина переходим к не менее любимой картошке! Большинство людей знает, что когда-то картофель завезли из Америки, но плохо объяснили людям, что это такое и как его есть.
В стародавние времена не только калькуляторы были в большом дефиците, но еще и интернет. Невозможно было сказать: «Алиса, как жрать картофель, чтобы не помереть?» и получить вразумительный ответ. Поэтому жалкие ничтожные людишки творили разную дичь. К примеру, пытались есть вершки у картофеля вместо корешков. И знать не знали, что ботва у пасленовых, к коим картофель относился уже тогда, хоть этого никто и не изучал в школе, содержит соланин, который крайне ядовит и опасен для жизни.
Так, исключительно по серости своей, очень много людей отправились к своим пращурам куда раньше, чем планировали, после чего картофель был признан адским зельем, призванным убивать законопослушных прихожан. Были, конечно, и более образованные люди, которым по секрету успели шепнуть, что есть лучше не зелень, а клубни. Но даже они имели глупость не жарить или варить картошку, ну, или хотя бы запекать ее в углях, а хомячили прямо сырую, что было крайне невкусно и тоже грозило последствиями.
После этого и в России, и в Европе эту вкусную и питательную культуру прокляли и не соглашались не только выращивать, но даже прикасаться к ней. Даже специальные указы Петра Первого не сильно помогали, да и во Франции было не лучше.
В этой ситуации очень вовремя появился Антуан Пармантье, выдающийся французский агроном и химик, который одним из первых понял все преимущества этой неприхотливой культуры, коя впоследствии, во многом благодаря таким же энтузиастам, как он, стала чуть ли не главной пищей бедняков.
Своими научными трудами он доказал, что картофель не только безопасен, но и чрезвычайно питателен. Этот овощ богат углеводами, витаминами и минералами, которые могут помочь бороться с голодом и недостатком питания, плюс очень дешев в производстве.
Пармантье сыграл на главных людских пороках — любопытстве и страсти к халяве. Для начала он стал выставлять на полях созревшей картошки вооруженную охрану. Это тут же привлекло толпы любопытствующих, которые очень хотели понять, что там такого ценного, что ради него по периметру расставлены служивые?
Специально обученные люди «по большому секрету» рассказывали о том, что там в грунте лежит «земляное яблоко», ведь именно так называли картофель в стародавние времена во Франции и Италии (в России по аналогии его первое время называли «чертово яблоко», выказывая свое отношение к ядовитому растению).
Так вот, если это земляное яблоко правильно приготовить, то вас ждет непередаваемая феерия вкуса, а сразу потом и сытости!
Ночью вооруженную охрану убирали и добропорядочные граждане валом валили на поля по привычному принципу «да я чуть-чуть только возьму на пробу». Поле разграблялось подчистую, зато во всех окрестных деревнях за каждым забором появлялось уже свое маленькое картофельное поле.
Пармантье не ограничивался только хитростями. Он сам лично готовил блюда из картофеля, проводил дегустации для высших слоев общества, включая короля Людовика XVI и королеву Марию-Антуанетту. Распространение высшим обществом любви к картофелю значительно повлияло на его популярность среди простых французов. Каждый же мнит себя Людовиком по вечерам, а иногда и круглосуточно!
Ну и, раз у нас сегодня исключительно про еду, еще короткой строкой про мускатный орех. В XVII веке он был не просто специей, а товаром, который якобы защищал от чумы и имел еще множество незадокументированных чудесных свойств. Единственным источником этой пряности были острова Банда в Индонезии, что привело к ожесточенной борьбе за контроль над ними между Голландией и Англией.
Несмотря на формальные договоренности, торговцы обеих держав продолжали воевать друг с другом, что вылилось в вооруженные конфликты и жестокую резню местного населения голландцами в 1621 году. Противостояние закончилось в 1667 году, когда Англия окончательно уступила Голландии контроль над Банда, а взамен получила Новый Амстердам, который вскоре стал Нью-Йорком.
Как обычно, англичане всех надули, поменяли орехи на большую страну.