'В кого...'
'История — это не прошлое. Это прицел.'
— неизвестный инструктор
Он умел стрелять. И знал — в кого.
Этого было достаточно, чтобы прожить жизнь.
Он не рассказывал о себе. Да и нечего было рассказывать. Когда знаешь, в кого — всё остальное неважно.
Однажды его спросили:
— Вы не боитесь ошибиться? Он посмотрел в лицо. Долго.
— Нет. Я никогда не стреляю первым.
Он не держал оружие. Не писал доносы. Не голосовал.
Он просто смотрел. И запоминал.
Люди делятся не на хороших и плохих. А на тех, кто 'в прицел' — и кто 'рядом'.
Это он усвоил рано. А всё остальное — потом.
Когда началось, он знал, где стоять. Знал, в какую сторону не смотреть. Знал, что нажатие — это не жест. Это вывод.
Он выжил. И никого не пожалел.
Не потому что был жесток. А потому что История не учит жалости. Она учит прицелу.
Он знал, где не стоять. Умел это чувствовать ещё до того, как приходили с проверкой.
У него не было паранойи. Просто он не доверял пространству.
Его спросили, за кого он. Он ответил:
— Я — не за. Я — против.
— Против кого? Он не стал объяснять. Слова — штука скользкая. Их не прицелишь.
Он не верил в правильных. Просто знал: кто-то должен упасть первым. Желательно — не ты.
В его доме отключили свет. Впервые за три года. Он понял, что значит — время.
Не потому что стало темно. А потому что стало одинаково.
При свете можно различить лица. Во тьме — только движение.
Он снова вспомнил, чему когда-то научился: 'двигайся первым, стреляй вторым, оставайся третьим.'
Кто-то оставил на дверях записку: 'Вы знаете'.
Он взял её. Сложил. Сжёг. Да, он знал.
Он знал 'в кого'. Но не знал — 'зачем'.
В тот день он вышел, как обычно. Маршрут — тот же. Движения — точные. Погода — прозрачная, почти учебная.
На остановке стояли трое. Он знал всех троих. Про одного — больше, чем стоило.
Раньше он бы подошёл. Встал бы чуть сбоку. Выждал.
Но в этот раз — что-то сместилось. Ненамного. Почти неуловимо. Как будто тень падала не туда.
Он замедлил шаг. Остановился.
Один из троих посмотрел прямо на него. Не с вызовом. Без страха. Просто — посмотрел. Как на человека.
Он почувствовал: не может. Не может определить — 'кто'. Не может точно сказать — 'в кого'.
Он не дрогнул. Не запаниковал. Просто стоял.
Так бывает, когда вдруг исчезает контур. И всё становится лицом.
Он медленно повернулся. И ушёл в другую сторону.
Вечером он не включил свет. Не открыл тетрадь. Не записал ничего.
Он сидел в темноте. И вдруг понял: не знать — страшнее, чем промахнуться...
В кого... Пишите в комментариях.
https://boosty.to/valerygtiminsky
https://dzen.ru/valerygtiminsky
© Валерий Тиминский
#юмор, #Питер, #Довлатов