Знакомо ли вам это? Вдруг сжимает горло, когда нужно сказать важное «да» или «нет»? «Банальный» стресс — ссора, перегрузка — обрушивает не просто усталостью, а настоящей болезнью: тревогой, болью, упадком сил? Чувствуете глухую стену страха или стыда, когда жизнь зовет к близости и смелости?
В глубинах человеческой психики таится мощная сила – сексуальная энергия, либидо. Это не просто влечение, это фундаментальный поток жизни, стремление к связи, близости, творчеству, самореализации. Но что происходит, когда этому естественному потоку ставят непреодолимую плотину? Когда желание наталкивается на глухую стену страха, стыда или внутреннего запрета? Зигмунд Фрейд сформулировал принцип, который можно назвать трагическим: подавленная сексуальность не исчезает бесследно. Она ищет выход, и этот выход часто проявляется в виде различных заболеваний.
Представьте человека, чье истинное желание, его природный импульс, загнан глубоко внутрь. Возможно, с детства ему внушали, что его чувства «грязны» или «недопустимы». Возможно, страх или травма воздвигли непреодолимый барьер. Фрейд называл это «отрицанием сексуальности». И вот наступает момент, когда жизнь требует отклика: «Повод к заболеванию наступает для предрасположенного... лица, когда вследствие собственного созревания или внешних жизненных условий оно сталкивается с реальным сексуальным требованием».
Это – точка кризиса. Пробудившаяся зрелость или ситуация, требующая близости («требование влечения»), бьются о глухую стену внутреннего запрета («противодействие отрицания сексуальности»). Прямое столкновение невыносимо. Признать желание – страшно. Отказаться от него – мучительно. Психика ищет третий путь, выход из тупика. И находит его... в болезни. «В конфликте... находится один выход – болезнь».
Но болезнь – это не решение... Фрейд подчеркивает: «который не устраняет конфликт, а старается уклониться от его разрешения».
Как же невыраженная энергия превращается в страдание?
«Путем превращения либидозного стремления в симптом». Запретное «либидозное стремление» (энергия сексуальности), не найдя здорового выхода, алхимически переплавляется:
- В немоту или ком в горле, когда нельзя сказать «да» или «нет».
- В паралич руки, которая не смела прикоснуться.
- В приступы удушающей тревоги или паники, сжимающей грудь.
- В изнуряющую апатию, гасящую всякое желание.
- В истерический плач или смех, замещающий подлинные чувства.
Симптом становится криптограммой души, болезненным, но единственно возможным языком, которым она говорит о том, что не может быть высказано прямо. Это телеграмма из бессознательного, написанная болью.
«Но я заболел из-за проблем на работе, из-за ссоры с партнером, из-за пустяка!» – возразите вы. Фрейд отвечает: «Если истеричный человек, например мужчина, заболевает от банального эмоционального переживания... то такое исключение – только кажущееся». Повседневная неприятность – лишь последняя капля. Истинная причина уязвимости кроется глубже: «именно сексуальный компонент конфликта создает предпосылки заболевания». Долго подавляемая, не выраженная сексуальность лишает душевные процессы возможности нормального протекания. Она ослабляет психику изнутри, как ржавчина точит металл. Тогда даже «банальный» стресс становится тем толчком, что обрушивает шаткое равновесие, и болезнь выходит на сцену как симптом подавленного желания.
Что это значит для нас сегодня?
История Фрейда – это не только о «истерии» прошлого. Она о том, как внутренние конфликты могут проявляться в телесных симптомах. Когда наши глубинные желания, особенно связанные с любовью, близостью и принятием себя, сталкиваются с внутренними запретами и не находят выхода, их энергия не исчезает. Она ищет способ проявиться. И часто этот способ – болезнь, физическая или душевная.
Цитаты из книги Зигмунда Фрейда «Три очерка по теории сексуальности».
Автор: Амирова Ирина Даниловна
Психолог, Сексолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru