— Надюш, я сегодня пораньше домой уйду, можно? Что-то мне нехорошо! – Галина заглянула к молодой начальнице.
— Конечно, Галочка, — Надежда ответила, не отрываясь от монитора. Но, переведя глаза на подчиненную, обеспокоенно уточнила, — ты в порядке? Давай вызовем скорую. Ты бледная, как стена.
— Нет, не нужно. Мне до дома пару кварталов. Приду – отлежусь.
— Ну смотри. Дома будешь – набери мне. И завтра можешь не выходить, справимся и без тебя.
Галине было неловко отпрашиваться, но состояние и в самом деле оставляло желать лучшего.
Однако выйдя на улицу, она пожалела о том, что отказалась от «скорой». Сердце бешено колотилось, стало трудно дышать, а грудь словно сдавило железными тисками. Оглянувшись по сторонам, Галина решила завернуть в небольшой сквер, присесть на скамейку и дождаться, когда станет легче.
В тишине и прохладе сквера ей полегчало. Сердце успокоилось, дыхание стало ровнее. Галя даже заставила себя немного отвлечься от боли и попытаться осмотреться по сторонам. На детской площадке в песочнице копошились малыши, парочка молодых мам прогуливалась по дорожке, то и дело проходя мимо скамейки, на которой сидела Галина, бросая на нее презрительный взгляд.
— Ну да, вот таким молодым ухоженным фифам я, наверное, кажусь старухой. Неухоженной, запущенной, неинтересной. А мне ведь всего тридцать шесть. – Грустила Галя.
Ей действительно было всего тридцать шесть, но стороны она выглядела на десять, а то и пятнадцать лет старше. Даже некоторые коллеги-ровесницы норовили назвать ее по имени отчеству, считая предпенсионеркой.
А чего, собственно, она ожидала? Экономила на своей внешности, стараясь одеваться в самое дешевое. Уходовой косметики у нее не было вовсе, волосы не красила, привыкнув просто закалывать отросшую косу на затылке. Когда коллеги начинали обсуждать дорогущую косметику, Галя старалась выйти из кабинета или сделать вид, что занята работой. Экономия стала привычкой еще когда они с мужем активно копили на свою квартиру. Потом требовался ремонт, текущие расходы постоянно пробивали брешь в бюджете. Да и подрастающая дочка требовала вложений. Сейчас вроде бы стало стабильнее в финансовом плане, но привычка экономить на себе так и осталась.
Галина вышла замуж рано, едва отметив восемнадцатилетие. Через год родилась Кира. Галина даже в декрете не сидела, почти сразу вышла на работу и начала учиться на заочном, оставляя дочь то с одной бабушкой, то с другой. С маленькой Кирой порой нянчились даже коллеги или подростки – соседи. С каждым годом на дочку уходило всё больше и больше денег, но в детстве она была такой милой и ласковой, что на нее не жалко было никаких трат. Сейчас же все изменилось. Подростковый возраст Киры оказался по-настоящему невыносимым периодом. Она грубила, дерзила, не слушалась. Слава богу, хотя бы училась хорошо. Знала, что без знаний никуда не поступит. Удивительно, но муж совершенно никак на дочь не влиял. Они были лучшими друзьями, никогда не ссорились, так как папочка потакал всем капризам дочери. «Строгим полицейским» в семье была мама. Как и кухаркой, уборщицей, бухгалтером и бог знает кем еще. Галину попросту заваливали просьбами и претензиями:
— Мама! Почему моя школьная форма грязная под стулом валяется? Ты же знала, ее надо постирать. Мне в чем теперь в школу идти? – Кира с утра накручивала нервы Галине.
— А почему ты ее не постирала? Там всего три кнопки нажать и порошка насыпать.
— А почему не ты? Все равно вчера стирку ставила. Сложно, что ли, еще пару вещей закинуть? – Кира никогда не позволяла считать себя виноватой.
— Так принесла бы ее в ванную. Сама запретила в свою комнату заходить. – Галя старалась сохранять спокойствие.
— Ой, все. Так и скажи, ты сделала это назло. Чтобы я пошла в позорной прошлогодней юбке и меня засмеяли все девочки класса. Спасибо, мамочка! От тебя ничего другого и не ожидала. – После такого дочь обычно не разговаривала с ней неделю.
— А что у нас на завтрак? Ты не видишь, я уже опаздываю, а кофе никто даже не сварил! – сердито замечал муж, проходя мимо Галины.
— Свари сам. И нарежь бутербродов, я бы тоже не отказалась от завтрака. На работе завал, пообедать точно не успею.
— Ах так? Я должен? А чем ты в это время занимаешься? Делаешь вид, что сильно занята? Спасибо, я уже сыт по горло! Вечером увидимся. Надеюсь, к вечеру хотя бы какая-то еда в этом доме появится.
И вот так всегда. С Галины постоянно чего-то требовали, обижались, кричали, выкатывали претензии. Никто и никогда не предлагал помощь, не брал на себя ее обязанности, а на все просьбы реагировали скандалом и обидами.
— Чему ты удивляешься? Сама виновата! Взвалила на себя и везешь. Бросила бы, может кто-то и заметил, как ты устала. – говорила она сама себе, глядя на свое отражение в зеркале.
Даже сейчас, праздно сидя на лавочке, она корила себя за безделье. Дома столько дел, на работе аврал, а она расселась, на жизнь жалуется. Однако попытка встать снова привела к странному напряжению в груди.
— Ладно, еще пять минут и потихоньку поползу домой. Ужин надо приготовить. Убрать в квартире. Муж вчера еще ворчал, что пол грязный. И дочка ругала за простой суп и макароны с котлетой. Хочет «чего-то этакого». Я и сама хочу, да откуда сил взять?
В последнее время Галя работала на износ. Дочь заканчивала школу, занималась с репетиторами, которые, словно голодные акулы, съедали добрую половину зарплаты. Муж оплачивать занятия Киры не спешил, считая, что это все блажь, которую Галя поддерживает.
— Ты избаловала девку в край! Как же я в свое время сдал все экзамены без репетиторов? И сам поступил! А эта звезда только покрикивает, а ты ей поддакиваешь. Я спонсировать это не намерен. У меня и так расходы выросли. Вот, фиксированный взнос в семейный бюджет, на продукты и коммуналку. Остальное – сама!
Каким образом у него выросли расходы, муж не пояснял.
— Хорошо тебе, Кира с тебя денег не требует. А ко мне каждый день, как в банкомат ходит. Мама, дай на тушь, мама дай на новые туфли, мама оплати репетитора, мама надо в школу сдать на шторы. И кругом мама! – Галина не заметила, что снова заговорила вслух сама с собой. Остановившиеся неподалеку женщины покосились на нее и продолжили свою беседу. Галина решила отвлечься и послушать, о чем сейчас болтают вот такие молодые, ухоженные, красивые дамочки.
— Милана, я тебя не понимаю. Как ты можешь так безответственно относиться к своей жизни? Зачем ты своему старику рожала, если он не обещает жену бросить и тебя полностью не обеспечивает? – Одна из девиц презрительно сморщила аккуратный носик.
— Он не старик, ему всего сорок! И он нас содержит. Просто у него сейчас на работе сложности. Приходится и основную семью содержать, и нас с сыном.
— Ну сделай так, чтобы ты и твой сын стали основной его семьей!
— Ага, тебе легко говорить. Твой папик тебе сразу разведенным достался. А мне еще побороться придется.
— А нечего бороться. Просто поставь его перед фактом. Либо уходит к тебе, либо пусть забудет про сына.
— А если он меня бросит?
— Вот в кого ты такая дурочка, а? Как он тебя бросит, у тебя сын от него! Иди, требуй алименты на себя и ребенка. А лучше – сразу к его жене иди. Ускоряй события.
— После этого он меня точно бросит. Он мне много раз говорил, чтобы не лезла в его жизнь.
– Ну, ничего, поорет и успокоится. Зато у тебя и сына будет полная семья. И все деньги будут тратиться на вас. Да и мужик под боком каждый день, а не пару раз в неделю. Так что давай, сообщай жене своего Борюсика, что он давно ей не принадлежит. Пусть подвинется!
— Олежика! Не путай! Борюсик у Ленки! – Обиженно поправила девица, доставая телефон из сумочки.
Галина, до этого слушавшая вполуха, решила прислушаться основательнее. Ее мужа тоже звали Олег, ему тоже было сорок лет, и он в последнее время грешил тем, что задерживался на работе, частенько уходил на балкон разговаривать по телефону и вообще, вел себя странно.
В их отношениях давно наметился разлад, но до серьезного разговора они так и не дошли. Галя боялась поднимать эту тему. Мало ли, вдруг так до развода договорятся. Помалкивала, стараясь не замечать, что домой с работы идти хочется все меньше и меньше. Дочь кричала, муж отмалчивался, а Галя чувствовала себя загнанной лошадью. Вон, даже организм не выдержал. Дал сбой.
Пока она снова задумалась, девицы уселись на соседнюю скамейку и продолжили свой разговор.
— Ну что, как он отреагировал на твою угрозу все сказать жене?
— Сказал, чтобы не смела даже думать. Он и так меня поселил слишком близко от своего дома. Говорит, что сильно рискует. У него ведь дочь взрослая, может что-то заподозрить или нас вместе увидеть.
— Правда? А где он живет? Пошли сейчас к его жене! Взрослая дочь – это отлично, уже воспитывать не надо и тратиться на нее. Выскочит замуж и вообще о ней можно будет забыть. Пошли! – более решительная дамочка то и дело вскакивала со скамейки и хватала подругу за руку.
— Ты что, мне страшно! Вдруг она на меня с кулаками бросится? Представь, в ней веса под сотню. Он так сказал.
— Ого, я бы от такой глыбы тоже к тебе сбежала!
Подружки засмеялись, но более активная от своей идеи не отступила.
— Я серьезно. Пошли, хотя бы мимо пройдемся, вдруг ее встретим случайно. Мало ли.
— Да я даже не знаю, как она выглядит. Только адрес их дома. Вон тот, с синими кубиками! – Девушка махнула рукой в сторону, а Галина с ужасом поняла, что указывает она на ее дом.
— Так, все, идем! Я сейчас позвоню своей няне, пусть присмотрит за детьми. А мы пойдем признаваться. Надо бороться за свое счастье. Какой там этаж?
— Третий, вроде бы.
Дальше Галина не слушала. Слишком много совпадений. Слишком. Так не бывает! Сколько раз они читала подобные истории и смеялась над глупостью главных героинь, не сумевших понять, что муж ей изменяет. Она всегда была уверена, если в ее семье произойдет что-то подобное, она сразу почувствует. Сердце подскажет. Оказалось – ничего оно не подсказало.
Хотя, может и подсказало, направило ее в этот самый сквер. Раньше она в нем никогда не гуляла, некогда было. Бегала с работы домой коротким путем, а утром - так же бегом на работу. Всю жизнь бегом, впопыхах, чтобы побольше успеть, всем помочь, всех выручить, всех спасти. На работе хваталась за все дела и всем старалась бесплатно помогать, дома тащила на себе хозяйство, не заставляя мужа и дочь хотя бы элементарно убирать за собой.
Галина смотрела на последние восемнадцать лет своей жизни и не могла вспомнить ни одного дня, чтобы она просто отдыхала, бездельничала. Пожалуй, три дня в роддоме она просто лежала. Но там и дел особых не было. А потом все: ребенок должен расти в чистоте, муж не должен чувствовать себя обделенным вниманием, хорошая хозяйка должна содержать дом в порядке, на работе надо быть впереди планеты всей….
Галина не жила. Она неслась вперед, как реактивный самолет, расписав жизнь на десять лет вперед и успевая только ставить «галочки» напротив выполненных дел. Погасить ипотеку, сделать ремонт, обеспечить дочь…
Она даже порадоваться выполненному не успевала. Просто ставила новую цель и с утроенной силой пахала. Был момент, когда она рассчитывала на повышение на работе, но поставили молодую и перспективную Надежду. Да, неплохой руководитель, но она в коллективе всего пару лет, а Галина полжизни работе отдала. Но ее назвали бесценным кадром, на котором держится вся организация. Нельзя ее трогать, как несущую конструкцию. Аккуратная формулировка, чтобы и не обидеть, и намекнуть, что повышение ей не светит.
И вот теперь еще одно разочарование. Муж завел себе молодую любовницу. Да что там любовницу! У него вторая семья и долгожданный сын. Когда родилась Кира, Олег не хотел забирать жену из роддома, месяц дулся и обжался, едва не развелся. Спасибо свекру, вправил сыну мозги. Но Олег потом несколько лет при каждой ссоре припоминал Галине, что не родила ему сына. На второго ребенка он не согласился сам. Решил, что им и одну дочь тяжело вытянуть. А что тяжелого? Муж занимал руководящую должность. Вполне потянули бы второго ребенка.
Хотя сейчас, вновь подумав о том, что натворил муж, Галя даже порадовалась, что у них только одна дочь. Сейчас на ее шее сидели бы трое. Кира уже взрослая, развод родителей легко переживет. А сын? Мало ли, как вышло бы с ним. Да и не факт, что вторым родился бы мальчик. Вторую дочь муж бы просто не простил. С этой, молодой, мальчик у него с первого раза получился.
Неожиданно Гале в голову пришла идея, как наказать мужа. Она встала и направилась в сторону остановки, на ходу доставая телефон…
***
— Ты вообще в курсе, сколько времени? Я вернулся, дома тишина, в холодильнике пусто, на плите тоже. Тебя нет! Это как понимать? Ты в курсе, что у меня тяжелая работа. Я что, должен еще себе еду готовить? Кира тоже голодная уже два часа сидит. Говорит, уроки отменили, на репетитора ты ей денег не оставила, пришлось пропустить. Это что вообще такое? Ты где? — муж не поприветствовал ее, не назвал по имени. Сразу начал с претензий. В последнее время он только так с ней и общался. Просто начинал скандал или выкатывал перечень претензий.
— Вы что же, сами не можете отварить макарон или пельменей? В морозилке точно есть. Там и котлеты замороженные, бросили бы на сковородку. Пятнадцать минут и ужин готов!
— А ты не могла этого сделать вовремя, чтобы семья не голодала? Тоже мне, хозяйка!
— Нет, не могла. После работы решили с девочками в кафе зайти. Засиделись. – соврала Галина. Она никогда не участвовала в посиделках коллег. Считала это лишним.
— Что? Ты там прохлаждаешься, а мы вынуждены готовить сами? Голодать? Ну знаешь… — Мужчина бросил трубку.
Следом прилетело гневное сообщение от дочери, на которое Галина решила ответить лишь то, что останется у коллеги с ночевкой. Уж очень душевно посидели, не хочется расходиться.
На самом деле она сняла квартиру на несколько дней. Решила побыть в одиночестве, обдумать все хорошенько и дать родственникам возможность пожить без нее. Кира скоро из дома уедет, давно пора учиться за собой ухаживать. Да и муж, раз собрался к молодой любовнице уходить, пусть привыкает жить без законной прислуги.