Пока я в карельских дебрях занималась самокопанием пасла детей и котов под меланхоличный финский рок, в соцсетях тут, оказывается, началась беда в Ларедо. Снова все бурно обсуждают судьбы отечественной журналистики, опять кому-то понадобилось выяснить, потела ли покойница перед смертью, а если потела, то сильно или нет. Никак не могут оставить бедняжку в покое. Всему виной был Малыш Льяно стал Илья Гантварг, выпустивший ролик про ААВ. Неплохой, кстати, ролик, один из немногого, что я посмотрела в перерывах своего ютубного детокса. Мне Илья вообще всегда нравился, я даже, кажется, видела его как-то на Вознесенском проспекте. И когда его начальницей была Любовь, подавал большие надежды, а с Русланом так вообще разошелся. Вот та молодая шпана, что сотрет нас с лица земли, в общем, здорово и молодец.
Но нет, оказывается, что не здорово и не молодец, а ужасный разрушитель устоев и злостный манипулятор. Я тут за эти несколько дней, как вернулась, попыталась изучить и немного суммировать все претензии и к самому ролику, и к Илье, как его автору. Получилось в целом две основные группы. В одну входят обвинения в молодости автора и в его неуважении к уважаемым основоположникам и т. д. Вторая, собственно, объединяет претензии к стилю, форме и самой подаче материала. И меня охватило настойчивое дежавю – ведь как-то совсем недавно и то, и другое мы уже слышали, причем чуть ли не из уст этих же самых людей.
Вот, например, молодость автора – не далее как чуть больше года назад мы уже слышали этот упрек в адрес Марии, посмевшей покуситься на святые 90-ые. Точно так же, как она не жила тогда и не может обо всем происходящем тогда судить, Илья не работал на «Эхе» (хотя и пользовался этой уникальной площадкой свободы мысли в своих активистских целях) и не может судить, как там все было устроено, зачем и почему. Его пренебрежение заслугами маститого мэтра, открывшего дорогу буквально всем и всему, просто державшего рог изобилия, из которого все последние 30 лет изливалась абсолютно свободная, качественная и непредвзятая журналистика, непростительно. А его неуважительная, саркастичная, ехидная, передергивающая манера излагать материал просто возмутительна и нарушает все мыслимые и немыслимые стандарты и этические правила журналистики, которые все эти критикующие Илью мастодонты своими собственными руками когда-то формировали буквально чуть ли не на баррикадах.
И, как год назад с «Предателями», меня снова поразило абсолютно полное отсутствие рефлексии в этих, без всякого сомнения, заслуженных, очень опытных, очень умных, очень знающих взрослых людях. Как и тогда, когда они высказывают свое мнение об этом, в общем-то, проходном ролике, им и в голову не приходит, каким саморазоблачающим это мнение становится. Как их бурная реакция не говорит – вопиет – об их желании всеми силами защитить главного персонажа этого ролика (непонятно от чего), как она свидетельствует об их – да что там – попросту профессиональной зависти и полном отставании от времени и мира, который давным-давно убежал вперед.
Как на четвертом году сами-знаете-чего можно говорить о стандартах русскоязычной журналистики, когда эти самые стандарты никого ни от чего не уберегли и не спасли, никого не предупредили и не смогли воспитать? О какой свободе самой свободной в мире радиостанции можно вспоминать, когда ее прихлопнули медным тазом без лишних разговоров? Само прекращение ее деятельности делает бессмысленными разговоры о средствах, которыми не гнушались ее руководители ради ее сохранения – «ну что, Андрий, помогли тебе твои ляхи?».
Если мы используем отвратительные средства ради цели, которая так и не была достигнута, это говорит лишь о нашей нечистоплотности – всего того, что хоть как-то могло ее оправдать, попросту не существует. Особенно меня поразил аргумент, что и Алексей Н. сам был частым гостем эфиров, и циничнее этого заявления я мало что припомню. Словом, да – вся эта дискуссия лишь снова открыла для меня (и не только) подлинную сущность людей, почему-то гордо продолжающих носить короны мэтров русскоязычной журналистики и по-прежнему умеющих убедить часть аудитории в том, что они имеют на это полное право.
По поводу претензий к стилю, подаче и этике тут тоже произошел такой сеанс черной магии с саморазоблачением, что это меня даже посмешило. Ну не уметь увидеть метаиронию, метасарказм и в целом метапослание в агитационном, активистском, по сути, материале, и уж тем более не уметь отличить все это от прямолинейной пропаганды или, наоборот, какого-то условно объективного информационного изложения – ну это значит, что всей этой компании пора петь хором песню «Я так соскуфился» на всем известный мотив. Пока вы тут лелеете свои богом забытые стандарты давно почившей в бозе журналистики, ребята на ходу изобретают новые форматы и жанры. И делают это хорошо и успешно – иначе вы бы их просто не заметили бы, да?
И да – пока все эти фальшивые короли российской журналистики причитают о своем героическом прошлом, используя это как плоховато попахивающий фон для своего, по сути, просто медийного интертеймента, ребята-то реально борются со злом. Тот же Илья, пока все эти мэтры сидели в уютных студиях перед микрофонами, реально стоял на баррикадах. И сейчас они продолжают бороться, и для них это главная задача, главная цель, в отличие от всех этих обличающих их бывших журналистов, ныне просто зарабатывающих развлечением малокритичной публики. И нет, ехидно и презрительно отзываться о человеке, который сам сделал свой выбор поесть коричневую субстанцию – не является каким-то недостойным средством для достижения этой цели и для продолжения этой борьбы.
«So I want to run to your shelter tonight
Run to the shelter tonight
United in silent resistance
Of bowing to false kings»
«False Kings», Poets Of The Fall