Когда мне было пять, я на полном серьёзе пытался нарисовать мультик про говорящий пылесос. Папка с кадрами (почти три страницы) лежала в коробке из-под обуви, и казалось, что я уже почти аниматор.
Потом я сравнил свой шедевр с настоящими мультиками. Затем с комиксами. А когда увидел карикатуры Александра Ермоловича, то понял, что всё это время немного ошибался в жанре.
Рисунки Ермоловича, как утренний чай с вареньем. Простые, тёплые, немного наивные, но не глупые. Барнаул — не столица и не арт-резиденция, зато из таких мест чаще всего и рождаются художники с характером.
Ермолович из тех, кто всю жизнь хотел попасть в мультипликацию, и честно пытался — Хитрук, Disney, всё как положено. Но судьба не любит прямых дорог, зато обожает иронию, он стал мультипликатором, но не в кино, а в комиксах.
Он начал с рекламы, а это точная, трудоёмкая работа, по 12 кадров на секунду, никаких поблажек. Рисовал для кукурузных палочек, автосалонов, аптек. А потом вынырнул в мир газетных карикатур, и там наконец выдохнул — можно было рисовать не по брифу, а по наитию. Так и появились его однопанельные комиксы: короткие, как заголовок, и точные, как диагноз.
Стиль у него не перепутаешь: ясная композиция, плотная картинка, никакой каши и самодеятельности. Цвета будто с витрины советского детства. Чёрточка тут, пятнышко там и уже вся сцена ожила.
Нет абстракции, зато есть конкретика. У него даже сантехники с характером, собаки с душой, врачи с лёгкой паникой в глазах. И всё это не гротеск, а узнаваемость.
Темы он выбирает как будто между делом: медицина, семья, работа, транспорт, праздники, соседи, животные. Всё, что мелькает мимо в обычной жизни, у Ермоловича задерживается на паузе.
Герои его картинок — это не вымышленные персонажи, а народ. Иногда буквально. И шутит он так, как будто кивает вам через стол, мол, видел? Было ведь такое.
В этом весь его юмор — не шумный и не колючий. Он не стебётся, не морализирует, не высмеивает. Он наблюдает, с тем самым лёгким прищуром, который говорит: «Я понимаю, и мне тоже смешно». И потому его комиксы не надо объяснять — они считываются, как старая реклама: быстро, ясно, в точку.
Интересно, что его работы не требуют продолжения. Одна панель — и всё, ты получил свою дозу. Это как анекдот, рассказанный с идеальной паузой. Люди тянутся к этим картинкам не потому, что там скрыт смысл, а потому что там — покой. Пусть и с лёгким хохотом.
Поколение, которое любит Ермоловича — это взрослые, уставшие дети. Те, кому уже не до философии, но ещё не всё равно. Его комиксы — для тех, кто живёт в эпоху вечной перегрузки и ценит, когда можно просто улыбнуться. Без сарказма, без подтекста, просто потому что смешно.
В наш век информационного перенапряжения, Ермолович как добрый плакат на остановке: не трогает за душу, но напоминает, что она ещё есть. И если вы впервые увидите его работу — не пытайтесь её анализировать. Просто посмотрите и улыбнитесь.
Ермолович родом из Барнаула, но его рисунки, как ни странно, пахнут детством. Тем самым, которое с газетой под мышкой, вареньем на пальцах и вечерними новостями, в которых был не скандал, а стабильность.
Александр хотел в мультипликаторы — серьёзно, даже к Хитруку ходил на просмотр. Не сложилось. Disney тоже не сложилось. В общем, все как в жизни: хотел быть волшебником, стал волшебником, только немного другим.
Начинал он в рекламной компании. Рисовал ролики — по 12 кадров на секунду, без скидок на лень. Делал, как учили в классике: каждый кадр с характером, как в старых мультфильмах, где на одну мимику уходило полдня. И если вы когда-нибудь покупали кукурузные палочки «Никитка» или замечали анимацию в барнаульских магазинах — возможно, это была его рука.
Но настоящую славу Александру принесли комиксы. Однопанельные, как короткий глоток смеха. Никаких вам диалогов на пол-страницы — всё ясно с одного взгляда. Его стиль напоминает карикатуры из старых газет, но не выцветших, а обновлённых и наточенных. Тут вам и чиновники, и медведи, и тараканы — весь живой и полуживой мир в одной сцене. Всё узнаваемо: линии чёткие, цвета — сочные, посыл — с юмором, но не с ехидством.
Темы? Всё, что дышит. Ермолович одинаково легко рисует семейные драмы, курьёзы в поликлинике и офисное безумие. Его герои — такие, как мы. Или как наши соседи. Или как соседские коты. Ирония — мягкая, как ватный валенок. Шутка — почти всегда с доброй ухмылкой. Даже когда речь идёт о «врачебной ошибке» или «новом статусе».
Меня особенно радует, что у него нет повторов. Каждый комикс — как свежая байка от знакомого, которого давно не видел. Есть те, кто рисует, чтобы эпатировать. Ермолович рисует, чтобы улыбнуться вместе. Его можно спутать с советской школой, но это не подражание. Это продолжение — с новой палитрой и настроением.
У него нет явной философии. Зато есть лёгкость. Его комиксы не учат — они отвлекают. И в этом, наверное, главное отличие. В мире, где каждый второй хочет быть мыслителем, иногда нужен человек, который просто показывает, как комар с портфелем опаздывает на собрание.
И зритель у него соответствующий — взрослые дети. Те, кто вырос на мультиках, но не хочет взрослеть насмерть. Те, кто листает ленту не чтобы поумнеть, а чтобы не сойти с ума. Именно для них Ермолович и рисует. Не для галерей, не для премий, а для хорошего настроения.
Если бы мне дали одну картинку, чтобы объяснить, что такое «умный юмор без морали», я бы показал комикс Ермоловича. Потому что у него не шутки — а состояние души.