До Лосни ехали муторно и долго. Дороги развезло. Колёса прокручивались, ноги отказывались крутить педали. Я про себя сожалела о том, что мы так быстро докатились до Пересны.
Приехали бы позже на пару часиков, и поехали бы домой с комфортом. На поезде, который как раз в 17 часов с копейками проезжает эти края.
Возле дома не интересно
В Лосне было хорошо. Мы сидели на лавочке. Муж пил пиво и чем-то закусывал. Я ела шоколадный батончик и пила тархун, а на десерт у нас было мороженое. Роскошь для покатушки в починковском направлении.
Сидим, радуемся жизни, а мимо идёт дама преклонных лет. Посмотрела на нас и говорит недовольно:
– На своей лавочке хрен посидишь.
Только вместо «хрен» другое слово, от которого цензура может поберечь общественность.
– Хотите, я подвинусь, – говорит муж.
– Нет, не хочу, – буркнула дама и продолжила распыляться о том, что хотела посидеть на лавочке, а тут такой беспредел.
С недовольной дамой ещё одна дама была. По всей видимости, ту недовольную домой провожала, ну и выслушивала по пути всё ужасное, что творилось в мире.
В Лосне пришлось задержаться. То маленький котёнок мяучит и из лужи пьёт, то котёнок побольше возле велосипедов бродит, то такса слоняется у магазина – хозяйку ждёт.
– Поехали! Этого добра и возле дома хватает, – говорит муж.
– Ну... Возле дома не интересно, – говорю я.
Ещё я немного у церкви Святого Вонифатия побродила.
Церковь построена в наши дни, а Вонифатий – грешник, который стал святым мучеником. Подробнее о церкви и Вонифатии расскажу в отдельной публикации.
Незачем деньги тратить
– Может, на поезде домой поедем? – предлагаю я. Через часик должен быть. Я проверила.
Что греха таить. Устала я что-то, а ещё рука болела. И сидели мы на лавочке так хорошо, что вставать не хотелось. До железнодорожной станции бы доехать после такого релакса. Не то что до Смоленска по грунтам, на которых ни одной лужи не было, когда мы туда ехали, а теперь лягушки колонии-поселения создают и скоро будут утки плавать.
Муж посмотрел на меня весьма загадочно. Помолчал, подумал и изрёк:
– До Смоленска немного осталось. Доедем. Незачем деньги тратить.
Я кивнула. Доедем так доедем. Если с мороженым, то можно и доехать. По пути ещё два магазина. Один в Рябцево, а – другой в Бубново. Правда, ни в один из них мы не попали.
Магазин в Рябцево мы проехали. Муж сказал, что он знает, куда надо, что ему навигатор подсказывает. Уверенно сказал, и я за мужем поехала.
Еду и думаю: что-то пейзажи знакомые, словно мы не по деревне едем, а прочь от неё. И тут указатель, на котором Рябцево перечеркнуто. Чертыхнулась. Развернула мужа обратно.
Нет, так тоже можно до Смоленска добраться, но мы туда так ехали. Интереснее туда и обратно разными дорогами кататься.
Из Лосни до Рябцево мы тоже другой дорогой ехали. Не через Белоручье, а через Долгомостье. И разнообразие, и памятник Меркурию Смоленскому по пути.
Памятник стоит на месте боя с татарами.
54.614539, 32.348442
Говорят, что мученичество Меркурий Смоленский принял в 1239 году во время нашествия на Смоленск хана Батыя. Тогда татарские войска стояли в 25 верстах от Смоленска, на Долгомостье.
Местный пономарь молился ночью в соборе перед иконой Божией Матери и ему явилась Богородица, которая велела позвать Меркурия.
Когда Меркурий молился перед иконой и просил о помощи, он услышал голос от иконы. Ему было приказано отправиться на бой и защитить свой город и церковь.
Меркурий так и сделал. Он пошёл во вражеский лагерь, где уничтожил множество врагов. В ходе битвы погиб и сам, но выжившие татары бежали в страхе, гонимые неведомой силой.
Меркурий был погребён в Успенском соборе.
Магазины есть, а мороженого нет
Возвращаться на развилку, на которой возникли непредвиденные обстоятельства было лень, и мы свернули на деревенскую улицу. Карты рассказывали, что в её конце была тропинка к ЖД переезду, на который нам и надо.
Тропинка оказалась заросшей, а на путях стояли товарные вагоны. Мы шли по насыпи совсем рядом с огромными колёсами, и мне было страшно. Поезда я люблю, но, когда они проезжают на безопасном расстоянии, а находится в непосредственной близости к поездам мне не нравится.
Когда мы переехали через железнодорожный переезд, я поняла, что магазин остался далеко позади.
– Ну, ничего. Ещё есть магазин в Бубново, – успокоила я себя.
До Бубново ехали бодро. Места были очень красивыми, но абсолютно непригодными для фотосессии. Стоило остановиться, как окружали слепни. Слепней было много, и постоянно прибывало. Отбиться было невозможно. Убиваешь одного – тебя грызут десять. Убиваешь второго – тебя грызут двадцать.
В Уколово мы набрали воды из колодца у Покровской церкви.
Церковь старая, 1799 года постройки, но действующая. После революции была закрыта, как и многие другие храмы.
Церковь была отреставрирована на собственные средства неравнодушных граждан. За это они были удостоены медали ордена преподобного Серафима Саровского.
Через Бубново мы не проезжали. Выехали на развилке, с которой можно хоть в Бубново, хоть в Талашкино, хоть в Смоленск. Что ж, сама виновата. Выбрала дорогу, что покороче. Конечно, мы поехали в Смоленск. Я и не заикалась о мороженом. Когда до города остаётся километров двадцать, ничего не хочется. Даже заезжать в деревню за мороженым.
Когда мы проехали указатель «Козино», я обрадовалась. Козинские поля – самые родные. Едешь мимо них и понимаешь: ты почти дома.
Из-под колёс взлетала пыль. В Смоленске и его окрестностях не упало ни капли. Мимо проезжали грузовики и легковушки. Пыли от них было ещё больше. Она стояла на дороге туманной завесой и ветер относил её на деревья и поля. Было тяжело дышать, но красиво. Когда мы свернули с пыльной дороги, я подумала, что иногда «подышать за городом свежим воздухом» выглядит так. Пыльно и туманно.
Домой приехали уставшие, но довольные. И хорошее дело сделали, и отлично время провели. На велосипеде, с приключениями. Всё, как мы любим. О том, что не поехали на поезде, я уже не жалела. На велосипеде как-то привычнее и есть чем похвастаться. Получилось то около ста километров. Может, 90 с небольшим.
Это третья заключительная глава о маленьком путешествии в Пересну.
Первая глава
Вторая глава
Мой блог ВК