2. То, что ребёнок Ксюше не нужен, было совершенно очевидно. Однако это был её шанс привязать к себе Сергея. Он обязан будет выбрать её, когда узнает о беременности! Ксюша тешила себя иллюзиями, что пока ещё имеет равные шансы с его беременной женой. Ведь он любит её, Ксюшу, а с женой его связывает лишь чувство долга.
— А ты поговори с его женой! Пусть узнает, какой он подлец. Она устроит ему такой скандал, что этот Серёжа с радостью к тебе убежит, — поддержала её подруга Ася, которая хорошо разбиралась в мужчинах. — Может, ты даже избавишь его от мук выбора, раз он говорил, что любит тебя — пусть теперь отвечает за свои слова. Покажи его жене плод вашей любви, ха-ха!
Пухленькая Наташа не согласилась и резко возразила:
— Что за чушь, Ася. Ты просто злая. У него семья. Поставь себя на место его жены. Какая-то посторонняя женщина разрушает семью, в которой были свои планы и мечты. К тому же, его жена зависит от него финансово — скоро роды, и она не сможет работать. Да и старший ребёнок останется без отца, разве он заслужил это?
Ася высокомерно приподняла бровь. Если думать о счастье каждого, сам останешься ни с чем! Вот потому у Наташи никого нет — слишком добрая и разборчивая. Но Наташа не сдавалась и обратилась к Ксюше:
— А тебе, красавица, надо было головой думать, а не эмоциями. Нельзя лезть в чужие семьи, какие бы чувства там ни были. Узнала, что он женат — всё, точка.
Ксюша отмахнулась:
— Пока ещё не всё потеряно, мне действительно стоит побороться за своё счастье.
— Боже, Ксюша, ты же учишься на психолога! Где твоя эмпатия, разум, человечность?
— И что ты предлагаешь? Просто уйти? Я не могу без него! Люблю, понимаешь? — в голосе Ксюши уже звучало раздражение.
— Сделай аборт и живи дальше!
— Вот это дельный совет! — поддержала Ася.
— Пока не могу. Вдруг у нас с ним всё сложится...
— Ты к врачу ходила? Какой срок?
— Ещё нет. Успею, время есть.
Ксюша знала, где живёт Сергей. Подъезд где-то в середине дома... Три дня наблюдений с раннего утра, три пропущенных первых пары — и она наконец увидела его с женой. Ксюша запомнила каждую черту её лица, каждую деталь фигуры, каждый прядь тусклых тёмных волос. Ничего особенного — уставшее лицо, обычная внешность... Не полная, но и не привлекательная. Ксюша воспряла духом, осознав, что гораздо красивее её.
Сергей попрощался с женой и сел в машину, а его невзрачная супруга пошла дальше, ведя за руку сына. Ксюша дождалась, пока он уедет, и, бодро цокая каблуками, направилась следом за его женой.
Женщина отвела ребёнка в детский сад. Оставалось только дождаться её и расставить все точки над «i». В груди у Ксюши заколотилось. Чтобы согреться на холоде, она начала ходить взад-вперёд. Не было чувства, что её поступок правильный. Скорее, это низко и жестоко. Почему она так эгоистична? Почему только её проблемы важны, а остальные... а остальные пусть хоть пропадут, лишь бы ей стало хорошо? И всё же... Всё же... Как она дошла до такого равнодушия? Как из доброй, отзывчивой девушки превратилась в бессердечную стерву и теперь стоит здесь, хладнокровно выжидая момент, чтобы разрушить чужую жизнь?
Жена Сергея вышла из ворот детского сада. Ксюша бросила сломанную ветку ясеня, которую машинально крутила в руках, и быстрым шагом подошла к ней.
— Извините, вы Надежда?
— Да, мы знакомы? — удивилась та.
— Пока нет, но нам нужно поговорить.
Не подозревавшая подвоха Надя с удивлением повернулась к Ксюше. Несколько секунд она внимательно разглядывала её лицо, а затем вдруг радостно улыбнулась. Ксюша сначала не поняла причины такой реакции.
— Ах, кажется, я вас узнала! Вы занимались с моей мамой физикой! Да-да, вам тогда лет пятнадцать было, а я как раз заканчивала институт. Мы же с вами чай пили, помните? — Надя дружелюбно подмигнула.
Ксюша окаменела. Боже правый, ведь действительно! Надя была одной из самых добрых людей, которых она знала. Сколько раз эта девушка утешала её, когда мама бросила её одну!
— Я... Да...
— Тебе моя мама нужна? Давай на «ты», ладно? Мы же почти подружки были.
Ксюша раздражённо кивнула, и вся её решимость вмиг улетучилась.
— Солнышко, если ты искала мою маму, то она, к сожалению, переехала к бабушке в другой город.
— Нет, дело не в этом... — Ксюша нервно перебирала ремешок сумки. — Просто у меня проблемы, и мне нужно...
— Поговорить? Что случилось? Чем я могу помочь?
"Бедняжка!" — с грустью подумала Надя. "Наверное, всё это время она была совсем одна. И всё из-за той ужасной истории с матерью..."
Хоть Надя и не училась на психолога, как Ксюша, но людей понимала прекрасно. За всей этой показной уверенностью и яркой внешностью она разглядела в девушке одинокого, потерянного ребёнка.
— Так вышло, что я беременна... от одного человека, — пробормотала Ксюша. — Мы не можем быть вместе. Он женат. Говорил, что любит меня, и я верила. Обещал уйти от жены. Я мразь, знаю, но так получилось.
Наде потребовалось время, чтобы осознать услышанное. По её лицу было видно, что признание Ксюши её огорчило.
— У тебя есть шанс сделать счастливым ещё одного человека. Думаю, ты лучше многих знаешь, от кого можно получить самую чистую любовь, не разрушая при этом чужих жизней.
Ксюша недоумённо моргнула.
— Это любовь твоего будущего ребёнка, — просто улыбнулась Надя.
Ксюша фыркнула.
— И что, ты предлагаешь мне оставить ребёнка? Стать матерью-одиночкой?
Великолепная перспектива!
— Я бы оставила, — пожала плечами Надежда. — Дети — это настоящее счастье. Возможно, я обычная домоседка, но для меня они — смысл жизни. Вот смотрю иногда на озлобленных, несчастных взрослых и сразу вижу, что их проблемы — из-за детских травм, из-за того, что их недолюбили... — её взгляд стал ещё более сочувствующим, отчего у Ксюши внутри закипела злость, — Я всю душу вкладываю в сына, а теперь ждём второго. Хотели погодок, но долго не получалось...
"Долго не получалось!" Вот же сволочь этот Серёженька!
— Хватит! — резко выкрикнула Ксюша.
Надя даже не догадывалась, как больно ранят её слова. В Ксюше вскипела ярость, но в то же время она чувствовала себя совершенно опустошённой. Нужно было что-то сказать.
— Ваш муж, наверное, очень счастлив, что у него такая жена, — с трудом выдавила она.
— Думаю, да. Думаю, мы оба счастливы.
Ксюша с горечью осознала, что ничего у неё не выйдет. Она всегда это знала, где-то глубоко внутри. Для Сергея она была просто игрушкой, забавой, но главное — она никогда не сможет быть такой же доброй, заботливой, любящей, как его жена. И на его месте она бы тоже никуда не ушла.
А ведь когда-то она и сама была открытой, отзывчивой...
Была. Зёрнышко здорового эгоизма, заложенное в ней от природы, проросло целым полем чёрствого равнодушия к другим. Она как котёнок, который когда-то был ласковым, а теперь шипит и кусается, потому что самый главный человек в его жизни оттолкнул его, когда он больше всего нуждался в тепле. Для Ксюши этим человеком стала мать.
— Что ж, я очень рада за вас. Извините, мне нужно на пары.
— Ксюша! Так что же ты хотела мне сказать?
— Ничего. Уже ничего.
Оставив растерянную Надю под покрытым инеем деревом, Ксюша быстро зашагала прочь, пока та не успела её остановить или, не дай бог, догнать.
"Оставить ребёнка! Вот придумала! Пусть сама рожает, как из пулемёта, если ей так хочется, а я не настолько глупа!"
***
— У меня для вас неприятные новости — вам придется сохранить беременность и рожать.
Если бы Ксюша не сидела в этот момент на стуле в кабинете врача, она бы наверняка потеряла сознание.
— Почему?! Ведь срок еще позволяет!
Врач бесстрастно покрутил в руках ручку. Ксюше показалось, что в его глазах мелькает скрытое злорадство.
— Результаты анализов неутешительные. Вы никогда не замечали, что при порезах кровь у вас долго не останавливается?
— Ну... я не обращала внимания...
— Серьезных травм или операций у вас не было?
— Нет! Доктор, объясните толком, в чем дело?!
Врач пододвинул ей бланк с анализами, выделив маркером одну из строк.
— У вас критически низкий уровень тромбоцитов, что указывает на нарушение свертываемости крови. Это абсолютное противопоказание для прерывания беременности.
— Но почему? Откуда это у меня?
— Причин может быть несколько. Нужно проверить печень, кишечник, исключить В12-дефицитную анемию и... — врач сделал паузу, — лейкоз.
— Лейкоз?.. Это рак?
— Да, в просторечии — рак крови.
Лицо Ксюши исказилось от ужаса, и доктор поспешил успокоить:
— Не паникуйте преждевременно, это вредно для ребенка. Сейчас выпишу направления на обследование... Завтра с утра сможете сдать анализы?
Ксюша слушала и не слышала. Рожать с потенциально смертельной болезнью... Наверняка у нее рак! Самое страшное наказание за все ее поступки, за эгоизм и жестокость.
Даже если диагноз не подтвердится... Ей придется стать матерью-одиночкой! Она представила разочарованные лица родных: бабушки, отца, а особенно — матери. Та, наверное, только этого и ждала.
Для очистки совести Ксюша пересдала анализы, но результат остался прежним. Срок перевалил за 10 недель. Она обошла все частные клиники, отчаянно пытаясь найти врачей, которые согласятся на риск, но везде получала отказ. Мысль о статусе матери-одиночки казалась ей унизительной — кто захочет впоследствии связываться с девушкой с "прицепом"?
Пока шли дополнительные обследования, Ксюша молчала, не решаясь рассказать семье. Но надежды на чудо не оправдались. У неё была запущенная анемия.
— Слушайте внимательно и не перебивайте.
Ксюша стояла посреди комнаты перед отцом и бабушкой, усаженными на диван.
— И да, бабуля! Без истерик, я и так понимаю, во что вляпалась!
Родные замерли в тревожном ожидании. Ксюша глубоко вдохнула и выпалила:
— Я беременна. Рожать придется — аборт невозможен из-за плохой свертываемости крови. Диагноз — В12-дефицитная анемия (мой идиотский организм не усваивает этот витамин!). И главное: забудьте про отца ребенка. Его нет.
Бабушка и отец переглянулись.
— Но это лечится? — осторожно спросил отец.
Ксюша саркастически закатила глаза:
— Да... Примерно через 18 лет, когда ребенок вырастет.
— Я про анемию спрашиваю!
— А, это... Прописали курс инъекций, потом пожизненная поддерживающая терапия.
— То есть тебе станет лучше?
— Пап, ты вообще слышишь меня?! Я беременна!
— Главное, что ты будешь жива, а с ребенком как-нибудь справимся, правда, мама? — отец явно обрадовался, что опасность для дочери не смертельная.
Бабушка же нахмурилась и заявила с решимостью:
— Незаконнорожденного внука я не потерплю. Выйдешь замуж — и точка. Как раз есть подходящий кандидат.
— Бабуля! Это мое тело и моя жизнь! Можешь последовать примеру мамы и сделать вид, что меня не существует!
— Не нужен мне твой ветреный ухажер! Но рожать ты будешь в законном браке! — бабушка стукнула костяшками пальцев по подлокотнику. — Есть достойный мужчина. Он тебя давно любит, сам детей иметь не может, но мечтает о семье. Примет твоего ребенка как родного.
— И кто же этот "счастливчик"? — язвительно протянула Ксюша, представляя какого-нибудь жалкого неудачника.
— Денис Латышев.
— Погоди-ка! — возмутился отец. — Он же после аварии в инвалидной коляске! Да и старше Ксюхи на 15 лет!
— Всего на 12! В ее положении выбирать не приходится! — фыркнула бабушка. — Хоть какая-то респектабельность будет! А не понравится — разведетесь. Зато ребенок будет записан на мужа! Он согласится, вот увидишь. Он бредит Ксюшей, мне его мать говорила.
— Нет! Это же средневековье! — отец вскочил, красный от гнева. — Мы сами справимся! Ксюша, я с тобой!
Он обнял дочь за плечи.
Ксюша впервые за долгие годы почувствовала — отец действительно любит ее. Несмотря на все ошибки, глупости и отчуждение между ними. Но ей хотелось вдруг... Хотелось отомстить Сергею! Пусть знает, что и она достойна замужества!
— Ладно, бабуля, — неожиданно согласилась Ксюша. — Договорись о встрече.
***
Конечно, Денису было нелегко принять новость о беременности Ксюши. Ещё до аварии, когда он впервые увидел её семнадцатилетней, в его сердце вспыхнуло чувство. Из милой круглолицей девчушки, которую он когда-то наблюдал в детской коляске (сам тогда уже будучи подростком), Ксюша превратилась в прекрасное, почти неземное создание. "Девочка-ангел" — так он мысленно называл её. Трепетно, нежно любил, но никогда не показывал своих чувств, считая разницу в возрасте слишком большой. Да и пропасть между поколениями казалась ему непреодолимой.
О том, как жила Ксюша последние пять лет, Денис знал мало. Лишь то, что она училась и практически жила одна... Его влюблённость постепенно угасала, не находя отклика. К тому же у Дениса была девушка, но после роковой аварии два года назад они расстались, хотя уже назначили дату свадьбы.
Денис всегда был спокойным, тихим, рассудительным парнем — из тех, кто создан для семейной жизни. Он мечтал о семье, детях... пока в его машину не врезался встречный автомобиль.
И его жизнь замкнулась в четырёх стенах квартиры, в границах инвалидного кресла. Разбитые надежды родителей — для них он снова стал беспомощным ребёнком. Казалось, жизнь закончена. Чёрные щупальца депрессии медленно, но неотвратимо душили в нём все мечты о будущем. Точка. Конец. Смысла больше нет. И сил бороться тоже.
Он продолжал падать в бездну отчаяния, даже не надеясь, что найдётся кто-то, кто сможет его подхватить, придать сил, вернуть смысл борьбе. И вдруг именно Ксюша станет той соломинкой, за которую он ухватится? Конечно, Денис не мог знать, что сама девушка едва держится на плаву в этом бурном житейском море.
На встрече было решено избегать вопросов об отце ребёнка. Ксюша держалась отстранённо, без особой радости.
— Хочу сказать сразу и честно: не жди от меня чувств, — прямо заявила она. — Возможно, они появятся со временем, кто знает... Но пока будем жить как друзья, договорились? Ребёнок будет считать тебя отцом.
Дениса кольнула обида. Он надеялся на большее.
— А тебе это зачем? — спросил он. — Можно было родить и одной. Зачем этот спектакль?
— Хочу хоть что-то в жизни сделать правильно. А то у меня всё как-то криво получается. Если делаю, как хочу — загоняю себя в тупик. Вот и сейчас — беременна от женатого.
Денис приподнял брови. Он догадывался.
— Я могла бы бороться за него... Чуть не рассказала всё его жене, но в последний момент поняла — он никогда не будет моим. Для него я была просто развлечением.
— А он для тебя?
— Думала, что люблю.
— А сейчас?
Ксюша пожала плечами: — А ты сам когда-нибудь любил по-настоящему?
Денис сидел перед ней в инвалидном кресле. Ксюша отхлебнула остывший чай. Даже до аварии он вряд ли смог бы вызвать в ней чувства. В его внешности не было ничего цепляющего — обычный, ничем не примечательный мужчина. А сейчас, с печатью усталости и потухшими глазами, и подавно не пробуждал никаких эмоций.
— Думал, что любил. Но, видимо, это была не та любовь, раз в итоге я остался один. Она меня бросила.
— Вот видишь. Ты один, я одна... Вместе нас уже двое. Так легче. Попробуем понять друг друга. Говорят, дети сближают...
Ксюша допила чай. Перспектива одиночества была для неё невыносимой — она знала его вкус с пятнадцати лет. Да и терять им обоим уже было нечего.
Через два месяца они расписались, но жить вместе стали только после рождения Сони. Имя предложил Денис, и Ксюша сразу согласилась.
Особых чувств к этому пищащему розовому комочку она поначалу не испытывала. Но Денис... Он постоянно просил дать ему малышку, смотрел на чужого ребёнка с такой нежностью, какой иные не дарят родным.
Это трогало Ксюшу. Сначала она отгоняла от себя эти тёплые, глубокие чувства, но они возвращались снова и снова.
— Смотри, какие крошечные пальчики! Какие прекрасные глазки! А кто это так сладко зевает? — ворковал Денис над малышкой.
И с каждым разом в душе Ксюши становилось теплее. Словно эти слова любви и нежности адресованы ей самой. Постепенно её сердце оттаивало. Она понимала: раз уж появился этот чистый, открытый миру человечек — его нужно любить. Что все в этом мире прежде всего жаждут любви, а без неё в душе остаются пустоты... Об этом Ксюша знала не понаслышке.