Эльф кивает, отходит, а через пару минут к нам за стол садятся Нейрин с чужим лицом, второй эльф и его подруга.
Ланц весело предлагает:
– Имеет смысл выпить снелк, – и понимает бокал с зелёной жидкостью. – Подняли бокалы!
Я замечаю, как он дёрнул ноздрёй. В напиток что-то добавили? Хотя они ведь маги и справятся с этим. Пытаюсь взять бокал, но Стив даёт мне в руки стакан, похожий на мыльный пузырь, такой он тонкий, с желтоватой жидкостью.
Нюхаю его, пахнет фруктами, но Стив одной рукой обнимает меня за плечи и чуть сжимает плечо.
– Это лучше для тебя. Даже не спорь!
– А я и не спорю.
– Скажи, асур, а почему, ты не дал ей снелк? Это же очень обычный напиток! Мы все будем его пить, – Нейрин ослепительно улыбается. – Кстати, меня зовут Налит.
Нейрин весело улыбается, но я вижу зависть в её глазах. Она смотрит не столько на меня, сколько на руку Стива, лежащую на моём плече.
И тут я догадываюсь, как можно авгланса заставить связать себя. Стив, помоги! Ты же слышишь меня!
Я нежно трусь щекой о его руку и воркую:
– Это он из вредности.
– Не поняла! – лепечет Нейрин.
– Ай! Всё просто! Я хочу дом, где изысканность должна сочетаться с простотой и комфортом, – обвожу ресторан рукой. – Здесь изысканность роскошна, а я хочу другого. Обычного.
– Но пить ты будешь сок! Он тоже обычный, – бурчит Стив и хмурится.
Я смотрю на Хранителя Райца, тот улыбается.
– Дед, ну объясни ему, что беременность – это не болезнь!
– Счастливчик! – Фелгар подмигивает Стиву. – Они твои первые?
– Да, – ворчит он, – а она совершенно не бережёт себя. Собирается в горы. Просто сил нет, её сдерживать.
– О! Но совершенно не заметно! – Нейрин прищуривается.
Я пытаюсь понять, как она сейчас выглядит, и…
Подлюка какая!!! Почти копирует меня, и ведь рыжая, а меня называла рыжей гадиной. Правда голос какой-то визгливый, значит я буду на тон ниже и побольше бархатьа в голос. Хм... платье яркое, чтобы привлекать к себе. Теперь я чуть ли не рычу, как тигрица:
– Конечно незаметно! Слишком рано, чтобы это все увидели. Однако, Стив меня пасёт. Туда не ходи, то не делай, – выпячиваю губки и облизываю их.
– Ну-ну… Не жалуйся! Будешь слушаться, и я тебя свяжу, – Стив наклоняется ко мне и целует в щеку.
Ага! Вот что он задумал!
– Он тебя связывает? – зрачки Нейрин на секунду расширяются.
Заметив это, прошу помощи глазами у деда Стива, тот закрывает глаза в знак согласия поддержки игры, что я и Стив задумали. Я мгновенно кидаюсь на шею Стива, целуя его.
– Спасибо! Я буду очень послушной!
У оркенов вытягиваются лица, теперь мне может помочь только Ант. Я сверлю его взглядом, но по-кошачьи мурлычу:
– Ах, Налит! Это такой подарок! У меня нет слов. Такой подарок! Он же не всегда соглашается!
Та непонимающе моргает, а Ант ворчит:
– Ну, хоть в этот раз дадите посмотреть? Стив, не жмись! Это же усилит ощущения.
– Что? – Ланц лопается от любопытства. – Ну, что вы молчите?!
– Мы же только что с Земли и там обнаружили нечто странное, – басит Стив. – Это абсолютное подчинения во время интима. Можно связывать и использовать боль для остроты чувств.
Дед хмыкает и качает головой.
– Я против! Ни у одного из асуров нервы не выдерживают!
Ланц чешет затылок, а у меня чуть кружится голова, из-за того, что я кое-что делаю. Я вытаскиваю из сумочки плеть из хорошо выделанной кожи.
– Вот! Смотрите! Это он мне подарил, а ещё вот, – и на стол кладу грубую конопляную веревку. – М-да… Теперь на мне нет белья – всё ушло на поделки.
У Санграна загораются глаза и пересыхают губы, а Стив выдыхает:
– Не только! – и из сапога вытаскивает гибкий стек.
Бедный Торк, он становится красным, но ворчит:
– Завидно!
Ах, какие они молодцы! Как замечательно ведут игру!
– А если я позову подругу? – Гирр облизывается. – Я тогда у вас чуть не спятил. В этом надо же участвовать.
Эльфы напряжённо улыбаются и переглядываются, Фелгар признаётся:
– Не понимаю. Расшифруйте!
Я смотрю на его подругу и мысленно кричу ей:
– Давай же! Я открыта для тебя. Читай мои мысли или мысли Анта, – и громко вслух. – Это вместе и боль, и страсть.
Та чуть вздрагивает, кивает мне, сообщая, что разобралась, и чистым звонким голосом восклицает:
– Вот Эрн, поэтому я и хочу провести медовый месяц на Земле. Экстрим!
Второй хмыкает в сомнении.
– И ты позволишь мне всё?
Нейрин готова лопнуть от любопытства. Ха! Похоже, она не знает, что это. Она мечется взглядом с одного на другого.
Я призываю на помощь моё желание любить вечно моего асура. Запах горечи полыни и мёда окружает всех, почти у всех выбрасывается в кровь тестостерон и не только. Я смотрю на Стива.
– Давай, она спеклась!
Густой голос Стива завораживает.
– Эрн! Я когда связал мою Ягодку, то испытал что-то несказанно порочное. Плеть, боль и наслаждение! Когда она кричит и стонет от боли, удержаться невозможно.
– Не понимаю я этого! – ворчит Дед. – Это у тебя, как и у твоего отца, играют человеческие гены. Вы поэтому и ищите избранниц на Земле.
Есть!!
Рот у Нейрин приоткрывается, а взгляд темнеет, она заворожена, потому что поверила. Ну-ну… Плохо она знает землянок. Мы разные! Некотрые любят иное. Однако не знает, как мы можем морочить голову.
Я хрипло сообщаю:
– Торт ждать долго. Отдохнём в комнате, которую нам подарил Ант?
У моего деверя отваливается челюсть, но через секунду он смотрит на Морта. Мгновение, и тот кивает. Значит, Морт всё уже приготовил для ловушки.
Сангран с горящими глазами спрашивает Стива:
– Ты так подчинил её, что позволишь нам смотреть на ваш секс?! Дружище! Это так заводит.
Стив смотрит на меня, и мне становится плохо, я не готова к такому. Нет! Я не смогу наверное!
Он широко улыбается.
– Ты даже не знаешь, на что она готова.
– Нет! – ой, это не я, это мой организм.
Стив смеётся.
– Да! Она готова даже наблюдать за мной и другой партнершей.
– Убью! – ой, опять рефлекторно.
Стив целует меня в щёку.
– Да, да и да!
У Нейрин горят глаза, а на лице сожаление. Я знаю о чём она жалеет, об упущенном времени, теперь главное не сбавлять обороты, и я щиплю Ланца, тот реагирует мгновенно:
– Ух ты! – Ланц закатывает глаза. – Надо Ленаиль заманить!
– Тогда пошли! Ант, помоги нам переместиться! – улыбается Морт.
– Милости просим! – сипит Ант красный от неловкости.
Не знаю, как они это сделали, но мы в комнате, в которой тёмно-красные стены, с потолка медленно опускается решетка.
Дед Стива держит меня за руку, а меня трясёт. Я смогу?! Неужели смогу? Я должна, так как если кто-нибудь нападёт на авгланс, то погибнет. Смогу!
– Готова? – Стив целует меня.
Подруга Эрна выдыхает:
– Первая я.
– Нет, – её отдвигает Нейрин. – Я ваша гостья. Я первая!
Стив обходит её.
– Сначала посмотри, готова ли ты. Всё всерьёз.
И вот я связанная, подвешенная за руки почти вишу в центре комнаты, на алой решётке. Свистит кнут, срезая платье. Вижу, как мужчины в комнате закрывают глаза. Стив подходит ко мне и целует. Я отвечаю. Получаю пощёчину и ахаю от свирепого укуса в грудь. Ревнует, и зря – они не смотрят! У Стива грудь ходит ходуном, как после бега.
Спасибо, родичи! Спасибо, что не смотрите, хотя и чувствуете! Я люблю моего свирепого асура. Спасибо, что вы верите в это! Он, как луч солнца, ворвался в мою тёмную и мрачную жизнь, он сделал её осмысленной. С ним нелегко, но прекрасно. Он, как горная долина!
Я целую его, куда дотянулась.
– Следующий раз ты, возможно, не будешь так делать, – он встает слева.
– Господин, – я с трудом выдавливаю слова, так как сердце выпрыгивает из груди, меня захлёстывает горячая волна вожделения. – Не останавливайся!
– Моя! Покажи покорность! – Стив целует меня, но опять свист, и кнут срезает всю одежду.
Никого не вижу, потому что проваливаюсь в полыхающую багровым светом тёмную часть моей души. Свист кнута, а я наслаждаюсь и молю его.
– Ещё!
Почти все асуры тяжело дышат. Я как во хмелю.
Стив со стоном выдыхает.
– Поговорим? Расскажи, как ты хочешь?
– Жёстко! Свяжи сильнее, чтобы было больно! – у меня кружится голова от вожделения. Хочу его! Его плеть, его руки, его свирепость.
Нейрин вскакивает и просит:
– Асур, растяни удовольствие! Свяжи меня!
Рядом с ней оказывается Гирр.
– Нет уж! Я тоже хочу. Свяжи и меня!
– Нет-нет! Меня!! Меня!!! – почти кричит Нейрин.
Вскоре она опутана багровыми веревками, так же, как и я. К нам подходит Сангран и два эльфа. Фелгар кончиком рукояти плети проводит по её губам.
– Ты хочешь этого красавица? Ты хочешь боли?
На меня никто не обращает внимания, у Нейрин перехватывает дыхание от того, что предпочитают её, а не меня. Она кричит:
– Да! Да!
– Барьер, – шепчет Гирр.
Я ничего не вижу. С трудом прихожу в себя и обнаруживаю, что я в пустой комнате.
Спустя мгновение рядом оказывается Стив. Он хмур. Я ожидаю выволочки, а он тихо спрашивает:
– Как ты?
Я тороплюсь успокоить его.
– Ты не сердишься на меня? Она уничтожена?
Он развязывает меня. Ноги едва держат, и я сползаю на ковёр. Стив необычно тих и напряжённо рассматривает моё тело.
Пытаюсь заглянуть в его глаза, чтобы сообщить, что всё нормально, и наталкиваюсь на завесу. Значит, что-то не так, не всё хорошо.
Смотрю на него, а он хмурится.
– Меня отпустили. Дед разрешил не присутствовать при допросе этой авгланс.
Я вижу, что с ним творится. Он имеет право узнать всё из первых уст, поэтому говорю:
– Иди! Это твой бой. Иди!
Он исчезает, а я сижу на полу. Вспомнила, что я без одежды и озираюсь. Ага, есть веревки и шторы. Смогла сотворить только бельё и какую-то рубаху. Оказывается, это - обыкновенная комната. Весь багровый антураж исчез.
В ушах звон, наверное, беременной нельзя так тратиться. Напряжение не покидает меня.
Как они уничтожат её, ведь она связана? Ох, как и мерзко им будет потом! Они же мужики и воины, а не убийцы, как она.
Господи! Древние были правы – знания умножают скорбь!
Когда ты узнаешь подробности, то что-то уходит из нашей жизни. Смогу ли я остаться прежней? Кем станет Стив? Ведь он ушёл спрашивать и уничтожать…
Я не в силах сдерживать тоску. Закрываю глаза, чтобы вызвать позитивные мысленные картины, но от шороха открываю их опять. Передо мной Ант, который протягивает планшет.
– Держи!
– Зачем?
– Это чтобы ты знала, кто такая эта авгланс, – говорит Ант.
Мне становится ещё хуже от его тона.
– Она сама выбрала стать авгланс?
– Читай! Стив передал тебе очень мало информации. Эта, теперь нежить, несла свою ненависть через десятилетия. И да! Она сама решила стать авгланс. Сама!
Читаю. Обдумываю.
Становится тошно. Оказывается – эта Нейрин выбрала существование в виде нежити только для того, чтобы уничтожит род Стива. Более того, она сама убила его мать. Ну что же, всё справедливо! Она должна быть уничтожена!
До меня доходит, что я не очень одета. Ант протягивает мне копию платья, который сорвал кнутом Стив.
Мы сидим и ждём, чтобы, узнать, как всё началось, и кто ей помогал стать авглансом. Судя по тому, что я узнала, кто-то должен был её умертвить, но по её просьбе. Заклятье было нехилым! Самому в одиночку не справиться.
– Ант, помнишь, Гхост сказал, что нас ожидает сюрприз? Неужели он и это задумал?
Мой деверь качает головой.
– Не знаю! Могу сказать, что Морт и Гирр всю ночь держали защиту, но второй сообщник всё равно проник в здание, и это очень странно.
– Проник, или был здесь изначально? – вспоминаю капельку пота на виске Ланца и шепчу. – О, Господи! Это – Ленаиль.
– Не может быть! – Ант смотрит с испугом. – Проклятье!! Бедный Ланц! Как ты догадалась, что это она?
– У неё внезапно изменился запах, и это почувствовал Ланц. Ант, как ты справлялся с тем, что… В смысле, когда приходилось «убивать связанного». Мне это просто необходимо знать! – вот сказала и меня начало трясти от переживаемого.
Лицо моего весёлого деверя становится суровым.
– Я защищаю тех, кого люблю.
Маюсь от разных мыслей, и понимаю, что меня интересует только Стив. Ведь он строитель, творец, и ради меня готов казнить.
Казнь. Даже присутствие на ней меняет людей.
А стою я такой жертвы?!
– Ант, ты же целитель. Стив сможет простить меня?
– Не понял?! – на лице моего деверя искреннее изумление.
– Ант! Он готов убить, а я помогала связать авгланс и… Он сможет быть после этого… – сглатываю, в голове сумятица. Слова никак не строятся в предложения. – Понимаешь, эта плеть… Мне ведь понравилось… А вдруг ему будет противно, потом со мной?
Непрошенные слёзы текут по щекам. Ант смотрит на моё зарёванное лицо и разводит руками.
– Ах ты, тупая курица! Ты не забыла, что сeкc – это интимные отношения?! Не зря на Руси было слово - близость. Если ты не будешь это с ним обсуждать, то вы погубите свои отношения!
– А вы?! Вам не будет противно общаться со мной? Ведь там в комнате…
– Глупая! Морт всё скрыл от всех, – Ант весело подмигивает мне.
– Они, так дышали. Стив ведь… Он…
Наш целитель потрясённо смотрит на меня.
– Ты вообще не понимаешь, какой властью обладает Верховный паладин? Он глава Отдела иллюзий жизни! Все видели только своих возлюбленных на твоём месте, и сами были на месте Стива. Никто ни тебя, ни его не видел!
Мне становится легче. Я так счастлива, что готова прыгать, и мне немного стыдно – ведь сегодня я кое-что узнала о себе. То, что я узнала очень и очень тёмное, но это не чёрное, а багровое.
Господи! Я солгала Анту! Это не Стиву, это мне захотелось сказки страшной и прекрасной. Это я захотела этой порочности, но при этом хотела свалить эту ношу на моего мужа. И кто я после этого? Это я пожелала! Я!!
(Мозг! Пора разобраться!)
Наши желания, что это?
Это то, что мы не можем или боимся осуществить в своей жизни. Они возникают подсознательно или осознанно?
Когда-то в детстве, отец поймал меня за рассматриванием картин эпохи Возрождения, в которых изображался ceкс. Мне было очень любопытно, но помню, я тогда, чуть не умерла со стыда, а он просто сказал:
– Это проходят все. Просто некоторые боятся и возводят страх в закон. Интим – это доверие двух любящих! Здесь нет границ дозволенного. Только любовь и откровенность! Любовь – это доверие!
Наши желания…
Может Нейрин жаждала этого откровения в любви, и думала, что это можно получить только от асуров. Может поэтому и хотела уничтожить Стива, потому любить его – это как летать. Летать и в сиянии солнца, и в грозу среди раскатов грома и сверканья молний. Это азартно, прекрасно и очень обнажённо. Смогу ли я лететь с ним, моим асуром? Готова ли я к откровению?
Наши желания...
Можно ли о них говорить вслух, или могут только говорить наши сердца? Что если во время вопросов, я лишь внесу неловкость в наши отношения. Можно ли вообще словами передать то, что чувствует тело и сознание. Есть ли такие слова?
Ант качает головой.
– Слушай, говори в вслух! Не могу я читать тебя.
Я стараюсь всё передуманное сказать одним предложением.
– Мы забываем про всё, когда рядом, а если она… Нейрин… Если она мечтала о том же?
– Думаешь, она мечтала о любви? А тебе не кажется, что ненависть к детям того, кто не полюбил тебя, это – опровержение любви?! – Ант смотрит на меня печально и горько. – Мне кажется, что нельзя кого-то ненавидеть, если любишь, а не жаждешь владеть!
– А может человек быть не готовым к любви?
– Конечно! Есть личности, которым судьба не даёт любить. Мне кажется, это как раз те, которые не готовы любить. Это же надо быть готовым и взлететь вместе, и упасть в пропасть. Любить – это не владеть, а отдавать и принимать!
Наши желания…
Они выдают нас. Теперь я понимаю, что Нейрин стала авгланс, чтобы хотя бы прикоснуться к восторгу тех, кто умеет любить. Любовь – это откровение!
Почему судьба кому-то даёт, а кому-то нет? А может судьба даёт всем, да кто-то не умеет взять. Кто-то прошёл и не заметил, кто-то испугался.
Любить – это быть смелым и сильным, верным и честным! Не зря Ант сказал, что когда любишь, то отдаёшь, не требуя ничего взамен… Когда любишь…
– Получается, что она не умеет любить, но думает, что кого-то любит, а на самом деле хочет подчинить и владеть единолично.
Ант сидит рядом и угрюмо кивает.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: