Добрый день, дорогие друзья! Я знаю, что затянул с выкладкой. Прошу прощения, катастрофически не успеваю! Ну а вы, в свою очередь, не забывайте об обратной связи! Что понравилось, что нет и какие вообще впечатления и эмоции вызывают "Записки караванщика". Если вам действительно нравится книга, поддержать автора можно покупкой сего "шедевра" на площадке Author Today. По желанию, разумеется. Жду комментариев!
Погонщики резко окрикнули мулов, и животные тут же замерли, тяжело ступая крупными копытами по плотному слою пыли, устилающему асфальт. Дверцы кабины массивной грузовой повозки распахнулись, и из неё выпрыгнул Азамат. Позади него виднелся заплаканный мальчишка, рвавшийся выскочить вслед за дядей, но один из бандитов крепко сжимал его руки.
Подержав в руках свою дорогую папку, Бикашев оставил её на опустевшем сиденье и двинулся к нам. На его губах застыла какая-то странная улыбка. Вероятно, он испытывал огромное удовлетворение от того, что всё наконец идёт по его плану. Я сильнее развёл руки в стороны, продолжая усердно перепиливать верёвку осколком стекла.
Запястья ныли от напряжения. Ладони покрывала липкая плёнка засохшей крови, сочившейся из множества мелких ран, когда стекло соскальзывало и впивалось в кожу. Волокна наконец не выдержали и разорвались с характерным треском, но, к моей удаче, никто не обратил на это внимания.
— Забирай, — прошептал я, передавая донышко бутылки Файзулину.
Пальцы Рамазана скользнули по моей руке, отыскивая переданный осколок. Руки были свободны, и я осторожно пошевелил запястьями, убеждаясь, что верёвка больше не сковывает движений.
По лёгким движениям плеч Файзулина было видно, что он тоже взялся за дело. Конечно, всё прошло бы быстрее, если бы я сам перерезал его верёвку, но сделать это прямо на глазах у мутных было невозможно.
Подошедший Азамат обменялся несколькими фразами со своими подручными. Двое из них закинули оружие за спину и неспешно направились к остановившемуся каравану, ещё трое последовали за ними.
— Девчонку тоже? — поинтересовался один из бандитов, приближаясь к нам.
Азамат задумался и пристально взглянул на сестру.
— Нет. Раз пуля её пощадила, значит, будет наложницей.
— На лице рана большая. Останется некрасивый шрам, — рассудительно заметил бандит. — Надо промыть и зашить.
— Ну, лицо в этом деле важно, но не критично. Главное, чтобы всё остальное было в порядке, — усмехнулся Азамат. — Давай, подними её.
Мужчина покорно выполнил приказ, подхватив девушку под локоть и оттащив от стены. Я прижался к Рамазану плотнее, чтобы никто не заметил, как тот пытается освободиться от верёвки.
Бикашев достал пистолет. Он не торопился стрелять, глядя на меня с выражением презрения и превосходства. На мгновение мне вспомнилась история старика Коновальцева, потому что сейчас передо мной стоял вовсе не логист Азамат, а самый настоящий Камиль Испаич Валиханов, разве что без огромного живота.
«Старик был прав, — подумал я. — И Файзулин прав. Везде хватает своих Валихановых и Бикашевых. И, похоже, так будет всегда».
— Ну что, — наконец заговорил логист. — Из вас искатели уже не получатся, да и работники вы никудышные.
— Это с чего вдруг? — откликнулся Файзулин, и голос его задрожал. — Я готов работать где угодно и сколько скажешь! Жить в этой тележке без окон, только не убивай, прошу!
— Нет, нет, надо было раньше думать, — усмехнулся Азамат. — Сейчас ты так говоришь, а потом пойдут разговоры среди других рабов. Такие вещи надо пресекать сразу.
Бикашев театрально улыбнулся и снял пистолет с предохранителя. Характерный металлический щелчок словно стал сигналом для руин — они ожили странным, нарастающим гулом. Азамат замер и прижал тюбетейку к голове свободной рукой. В следующее мгновение гул перерос в мощный порыв ветра, с воем и грохотом обрушившийся на здание акимата.
Сухие деревья затрещали. Где-то внутри здания что-то глухо загремело и завыло. Резкий порыв мгновенно окутал переулок облаком пыли, ударив в мутных с такой силой, что некоторые пошатнулись, едва удерживая равновесие.
Я прищурился, прикрывая лицо плечом от летящих песчинок. Рассеянный солнечный свет потускнел, не в силах пробиться сквозь пылевую завесу. Караванные повозки на дороге почти исчезли из виду. Бандиты разразились руганью, перекрикивая свист и грохот ветра. Зара, сопротивляясь потоку воздуха, сделала несколько шагов к стене, невольно увлекая за собой конвоира. В тот же миг сквозь вой ветра в распахнутых окнах и дверях раздалась отчётливая очередь из пулемёта.
Глава 11
Ветер
Бикашев резко обернулся, одной рукой придерживая тюбетейку, а другой прикрывая глаза. Без всякой договорённости мы с Файзулиным тут же бросились на него, пользуясь тем, что мутные не смотрели в нашу сторону. Я отлично помнил, насколько ловок логист, но сейчас на нашей стороне был фактор неожиданности. Да ещё и разъярённый Рамазан.
Преодолев расстояние, я вцепился в руку с пистолетом, а Файзулин ловко захватил шею Бикашева в удушающий приём и потянул его на себя. Ноги противника оторвались от земли, и он забился в воздухе, издавая злобное шипение. Но как ни старался, вырваться у него не получалось. Тем временем я не давал ему направить ствол за спину и выстрелить Файзулину в голову.
Ветер стих так же внезапно, как и начался. Со стороны каравана доносилась перестрелка. Бандиты вокруг на мгновение замерли, наблюдая, как логист дрыгает ногами в воздухе. Бикашев попытался что-то прохрипеть, но в этом не было нужды — они и так поняли, что делать. Быстро вскинув оружие, мутные начали обходить нас, чтобы выстрелить без риска задеть Азамата. Мы отступали, не давая им удобного угла. Я изо всех сил выкручивал руку Бикашева, направляя ствол ПМа в грудь ближайшему бандиту. Несмотря на сопротивление, мне это удалось.
Вытянутая рука логиста целилась прямо в грудь мутного. На его лице застыл страх и недоумение. Он метался из стороны в сторону, уходя с линии огня, но так и не решаясь выстрелить. Его напарник обходил нас с другой стороны, что-то крича по-казахски.
Пользуясь суматохой, Зара резко опустилась на землю и, прежде чем конвоир сообразил что происходит, ловко протащила связанные руки под ногами. Я бы восхитился её гибкости, но сейчас было не до того.
Бикашев продолжал бороться, но удушающий приём делал своё дело. Похоже, Рамазан вообще не задумывался о последствиях. Он просто действовал, а выживем мы или нет, его не волновало.
Ствол пистолета дёрнулся, и мне наконец удалось надавить на палец Азамата, лежащий на спусковом крючке. Раздался выстрел, и бандит нелепо рухнул на бок, выронив автомат.
— Разверни его, разверни! — закричал я, чтобы Файзулин прикрылся логистом от второго бандита.
Мутные, ушедшие к каравану, уже бежали обратно. Зара вскочила на ноги и со всего размаха ударила конвоира связанными руками. Тот пошатнулся и начал поднимать автомат. Не раздумывая, девушка вцепилась в оружие, рванув его на себя и отталкивая бандита плечом. Они завертелись на месте, борясь за автомат, пока отстёгнутый магазин не упал на асфальт, превратив ствол в бесполезный кусок металла.
Рамазан крутил Бикашева, пытаясь прикрыться им со всех сторон, не переставая душить. Я целился из дёргающегося пистолета в приближающихся бандитов. Грохот пулемёта и треск выстрелов вновь заглушили порыв ледяного ветра, будто обрушившегося сверху, пытаясь придавить нас к земле. А в следующий момент над головой раздался пронзительный визг.
По спине пробежали мурашки. Ни одно живое существо не могло издавать такой звук. Он напоминал крик хищной птицы, но в десятки раз громче, выше и протяжнее. Что бы это ни было, оно находилось прямо над нами.
Едва чужеродный вопль растворился в шуме ветра, как раздался новый крик — на этот раз человеческий, полный боли. Рамазан дёрнул Бикашева, и сквозь вихрь я увидел, как к ноге бандита, боровшегося с Зарой, прилипла чёрная тень.
Девушка мгновенно отпрянула, выпустив автомат. Бандит побледнел, отступая на дрожащих ногах. Его руки судорожно дёргались, будто он хотел стряхнуть с себя эту тень, но страх прикоснуться к ней был сильнее боли. И в следующее мгновение я понял почему.
Костлявые пальцы резкими движениями впивались в штанину, поднимаясь всё выше. Обмотанные чёрными нитями кости медленно высвобождались, словно насекомое, вылезающее из кокона. Череп на почерневшей шее запрокинулся, челюсть разомкнулась — и в следующее мгновение вонзилась зубами в бедро мутного.
Все застыли, наблюдая, как ткань вокруг сжатых челюстей быстро темнеет от крови. Даже Файзулин на миг ослабил хватку, подавшись вперёд и позволив Азамату встать на ноги. Никто не верил своим глазам.
Тем временем скелет взмахнул рукой и вцепился в живот бандита. Костяные пальцы скользнули по разгрузочному жилету и ухватились за ремень. Бандит наконец преодолел страх и, упёршись ладонями в череп, попытался оторвать его. В воздухе мелькнула вторая костяная рука, впившаяся ему в предплечье. Он закричал, и в этот момент скелет, разжав челюсти, рывком подтянулся к поясу, вцепившись в открытый участок руки.
Ветер усилился, закручивая пыль и заглушая крики бандита, который за секунды превратился из грозного бойца в истекающего кровью подростка.
Я не понимал, откуда у этих костей такая сила и жажда крови. И как они вообще могли двигаться, нарушая все законы природы. Но я уже видел нечто подобное, поэтому опомнился быстрее остальных — и это было вовремя.
Из клубящейся пыли у стены ещё один скелет. Он шёл в полный рост, неуверенно переставляя ноги. Ветер трепал длинные нити, тянувшиеся за его спиной из окна первого этажа. Из-за грохота я не слышал его шагов, и казалось, что эта жуткая тварь движется в полной тишине.
— Сзади, Рамазан, сзади! — заорал я изо всех сил, перекрывая вой ветра.
Файзулин обернулся и отпрянул от приближающегося существа, выставив вперёд Бикашева как щит.
Пустые глазницы черепа были направлены на логиста. Я был уверен, что эта тварь смотрит именно на него, если это вообще возможно без глаз. Скелет протянул руки и буквально прыгнул вперёд, но Бикашев встретил его резким ударом ноги в грудь.
Подошва ботинка легко сломала почерневшие рёбра и ударила в позвоночник. Скелет отлетел к стене, беспомощно сложившись у её основания, как кукла, запутавшаяся в своих нитях.
Рамазан совершил ошибку, позволив Бикашеву встать. В следующее мгновение Азамат ловко вывернул руку и резко ударил локтем за спину.
Файзулин дрогнул. Рука Бикашева выскользнула из моей хватки, оставив пистолет у меня. Ветер бил в лицо песчинками, несмотря на то, что я щурился и прикрывался плечом. Видимость стала ещё хуже. Я заморгал, перехватывая оружие.
На это ушло пару секунд, но когда я повернулся к Файзулину, то увидел лишь спину убегающего Бикашева. Ветер трепал его рубашку, а сам он держался за шею и махал рукой оставшемуся бандиту. Тюбетейку подхватил ветер, и теперь она кружилась в воздухе вместе с мусором.
Файзулин, согнувшись от боли в боку, попытался бежать за ним. Я навёл пистолет в спину логиста, но в этот момент в поле зрения мелькнула тень. Я отпрянул, наводя оружие на угрозу. Сквозь вихрь пыли ко мне приближался ещё один скелет.