Вымышленная история
Солнце еще не проснулось как следует, когда Никита и Фёдор, два неразлучных друга, выбрались из своих домов. Петухи лениво тянули свои утренние песни, а в воздухе висела прохладная роса, предвещавшая теплый осенний день. Для многих это был обычный выходной, но для Никиты и Фёдора – день охоты. Охоты не на дичь, а на лесные сокровища – грибы.
Никите было тринадцать, Фёдору – четырнадцать. Оба – обычные школьники, звезд с неба не хватали, учились ровно, без особых взлетов и падений. Зато страсть к грибам у них была особенная. Они знали каждый гриб в округе, понимали, где и когда искать, отличали съедобные от ядовитых с закрытыми глазами. Это было их хобби, их маленький бизнес и, в некотором роде, их приключение.
В семьях у них царила теплая, дружеская атмосфера. Родители поддерживали их увлечение, хотя и ворчали иногда из-за запаха сушеных грибов, заполонившего весь дом. Но мальчишки знали, что эта воркотня – проявление любви и заботы.
Вооруженные корзинами, ножами и неизменным энтузиазмом, они направлялись к знакомому лесу. Последние несколько лет они собирали грибы в одной и той же роще, расположенной неподалеку от деревни. Место было проверенным, грибным, и каждый год щедро одаривало их боровиками, подосиновиками и лисичками.
Придя на место, они сразу же разошлись в разные стороны, словно опытные следопыты, выискивая заветные шляпки. Никита любил прочесывать опушки, где, по его мнению, прятались самые крупные боровики. Фёдор же предпочитал забираться вглубь леса, надеясь найти редкие, экзотические грибы.
Но в этот раз их ждало разочарование. Знакомая роща встретила их молчанием. Грибов почти не было. Лишь изредка попадались перезрелые мухоморы или одинокие сыроежки.
"Что-то не так," – пробормотал Никита, подойдя к Фёдору.
"Да, место совсем истощилось," – согласился тот, разводя руками. – "Видно, кто-то уже побывал здесь до нас и собрал все подчистую."
Оба стояли, понурившись, и думали, что делать дальше. Ведь сегодняшняя добыча – это не только удовольствие от сбора, но и деньги, которые они упорно копили на свою давнюю мечту – два радиоуправляемых самолета.
"Может, попробуем поискать в другом месте?" – предложил Никита.
Эта идея была очевидной, но до этого момента они настолько привыкли к своей роще, что даже не рассматривали другие варианты.
"А где?" – спросил Фёдор, глядя на Никиту. – "Мы же знаем только это место."
"Спросим у кого-нибудь," – ответил Никита, решительно сжимая кулаки. – "Не зря же в деревне живут старики, наверняка они знают грибные места, о которых мы и не догадываемся."
Они вернулись в деревню и направились к лавочке, где обычно собирались местные пенсионеры. Заметив их, старики приветливо закивали головами.
"Что, грибники, опять за добычей?" – спросил дед Архип, самый разговорчивый из них.
"Да вот, дед Архип, беда," – ответил Никита. – "В нашей роще совсем грибов не стало. Может, подскажете, где еще можно поискать?"
Старики переглянулись. На их лицах читалось некое замешательство.
"Эх, ребята," – вздохнул дед Егор, самый старый и мудрый из них. – "Грибные места – это как сокровища. Их просто так не выдают."
"Но нам очень нужно!" – воскликнул Фёдор. – "Мы же копим на самолеты!"
Услышав про самолеты, старики смягчились. Они помнили, как сами в детстве мечтали о разных диковинах.
"Ладно," – сказал наконец дед Архип. – "Есть одно место. Но оно далеко и не каждый туда доберется."
Никита и Фёдор переглянулись с надеждой.
"Где?" – спросили они хором.
"За старым болотом," – ответил дед Архип. – "Там, говорят, лес дремучий и грибов видимо-невидимо. Только учтите, место это непростое. Слухи ходят, что там всякая нечисть водится."
"Нечисть?" – переспросил Никита, иронично усмехнувшись.
"Ну, может, и не нечисть," – ответил дед Егор. – "Но место глухое. Там можно и заблудиться, и зверей диких встретить. Будьте осторожны."
"Спасибо, дедушка! Мы будем осторожны!" – ответил Фёдор, не скрывая своего энтузиазма.
Мальчишки поблагодарили стариков и, полные решимости, отправились в сторону старого болота. Сердце у обоих билось учащенно. С одной стороны, их пугали рассказы про нечисть и диких зверей. С другой – их манила перспектива найти грибное поле и наконец-то осуществить свою мечту.
Дорога к болоту оказалась длинной и утомительной. Они шли по узкой лесной тропинке, продираясь сквозь кусты и перелезая через поваленные деревья. Солнце постепенно поднималось все выше, и становилось все жарче.
"Может, зря мы послушали стариков?" – проворчал Никита, вытирая пот со лба. – "Может, не стоит оно того?"
"Не говори глупости!" – ответил Фёдор. – "Мы же почти пришли. Вон, видишь, болото уже виднеется."
И действительно, впереди, сквозь деревья, показалась темная гладь воды, окруженная густым, непроходимым лесом.
Болото производило гнетущее впечатление. Тяжелый запах гнили и сырости висел в воздухе. Над водой клубился туман, скрывая все, что находилось за ним. Казалось, будто болото живет своей собственной, мрачной жизнью.
"Жуткое место," – прошептал Никита, поежившись.
"Нечего бояться," – ответил Фёдор, стараясь держаться бодро. – "Главное – держаться вместе и не отходить далеко друг от друга."
Они обходили краем болото по едва натоптанной тропинке, которая вела вглубь леса, ровно до того места где перед ними словно выросла стена из кустов и коряг.
"Придется пробираться наугад," – сказал Фёдор, вздохнув.
В такой чаще леса они сразу же почувствовали, как вокруг них сгустилась тьма. Деревья, словно великаны, тянулись своими корявыми ветвями к небу, заслоняя собой солнце. Под ногами хлюпала жижа из опавших листьев и гнилой древесины.
"Здесь и днем как ночью," – пробормотал Никита, оглядываясь по сторонам.
Они шли медленно и осторожно, стараясь не шуметь и не наступать на хрупкие ветки. Вдруг Фёдор остановился и прислушался.
"Ты слышишь?" – спросил он, напряженно вглядываясь в темноту.
"Что?" – ответил Никита, ничего не услышав.
"Шум какой-то… Словно кто-то идет," – ответил Фёдор, его голос дрожал.
Никита тоже прислушался. И действительно, до них донеслись тихие, едва различимые шаги. Кто-то медленно и осторожно пробирался сквозь лес.
Оба замерли, притаившись за большим деревом. Они боялись дышать, чтобы не выдать себя. Шаги становились все ближе и ближе.
Вдруг из-за кустов показалась фигура. Это был человек. Но человек странный. Он был одет в лохмотья, его лицо было грязным и заросшим бородой. Он нес в руках длинную палку, которой ощупывал дорогу.
"Кто это?" – прошептал Никита.
"Не знаю," – ответил Фёдор. – "Может, это тот самый лесной отшельник, про которого рассказывали?"
Отшельник шел мимо, не замечая их. Он выглядел потерянным и уставшим.
"Эй!" – крикнул Никита, выходя из-за дерева.
Отшельник вздрогнул и резко обернулся. Он уставился на них своими мутными глазами, полными страха и подозрения.
"Кто вы такие?" – спросил он хриплым голосом.
"Мы – грибники," – ответил Фёдор, стараясь держаться дружелюбно. – "Мы ищем грибные места."
Отшельник молчал, продолжая пристально смотреть на них.
"Вы не знаете, где здесь можно найти грибы?" – спросил Никита.
На лице отшельника появилась странная улыбка.
"Грибы?" – переспросил он. – "Здесь повсюду грибы. Но не все из них съедобные."
"Мы знаем," – ответил Фёдор. – "Мы умеем отличать съедобные грибы от ядовитых."
Отшельник снова улыбнулся.
"Тогда следуйте за мной," – сказал он. – "Я покажу вам место, где растут самые редкие и вкусные грибы."
Никита и Фёдор переглянулись. Они не знали, стоит ли доверять этому странному человеку. Но перспектива найти грибное место была слишком заманчивой.
"Хорошо," – сказал Никита. – "Мы пойдем с вами."
Отшельник повернулся и пошел вглубь леса. Никита и Фёдор последовали за ним, настороженно оглядываясь по сторонам.
Они шли долго, пробираясь сквозь густые заросли и переходя через заболоченные участки. Лес становился все мрачнее и глуше. Казалось, будто они попали в другой мир.
Вдруг отшельник остановился.
"Мы пришли," – сказал он, указывая на небольшую поляну.
Поляна была усыпана грибами. Там были и боровики, и подосиновики, и лисички, и даже редкие белые трюфели.
"Вот ваше грибное Эльдорадо," – сказал отшельник, усмехнувшись. – "Берите, сколько сможете унести."
Никита и Фёдор были поражены увиденным. Они никогда не видели столько грибов в одном месте. Они принялись собирать грибы в свои корзины, забыв обо всем на свете.
Отшельник стоял в стороне и наблюдал за ними. На его лице играла странная, загадочная улыбка.
Когда их корзины были полны, Никита и Фёдор остановились, чтобы перевести дух.
"Спасибо вам большое!" – сказал Фёдор отшельнику. – "Вы нам очень помогли."
"Не за что," – ответил отшельник. – "Но помните, что лес не прощает жадности. Берите только то, что вам действительно нужно."
"Мы это знаем," – ответил Никита. – "Мы никогда не собираем больше, чем можем продать."
Отшельник кивнул.
"Тогда прощайте," – сказал он. – "И будьте осторожны. Лес полон опасностей."
С этими словами отшельник повернулся и скрылся в лесу.
Никита и Фёдор остались одни на поляне. Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Их корзины были полны грибов, и они чувствовали себя счастливыми и довольными.
"Ну что, пойдем домой?" – спросил Никита.
"Пойдем," – ответил Фёдор. – "Нас ждут самолеты!"
Они взяли свои корзины и направились в обратный путь. Но на этот раз они шли не по тропинке, а прямо через лес. Они были уверены, что хорошо знают дорогу.
Но пройдя совсем немного, на тропе они увидели стоящего перед ними отшельника. Он ждал их.
"Я же говорил вам," – произнес отшельник зловеще, ухмыляясь. – "Лес не прощает жадности."
Никита и Фёдор застыли в ужасе. Они не понимали, почему отшельник, который казался им всего лишь странным, но безобидным, теперь предстал перед ними в таком зловещем обличье.
"Чего ты хочешь?" – дрожащим голосом спросил Фёдор, стараясь прикрыть собой Никиту.
"Я хочу то, что принадлежит лесу," – ответил отшельник, приближаясь к ним. – "Вы взяли слишком много. Вы нарушили равновесие."
Никита сообразил, что отшельник имеет в виду их грибы. Но отдать их означало лишиться мечты о самолетах. Да и разве это повод для нападения?
"Мы готовы отдать грибы," – поспешно сказал Никита. – "Мы не хотели нарушать никаких правил."
"Слишком поздно," – ответил отшельник, его глаза горели злым огнем. – "Лес уже почувствовал вашу жадность. Теперь вы поплатитесь."
Отшельник выхватил из-за спины длинный нож и бросился на них.
Никита и Фёдор отпрянули в разные стороны. Фёдор споткнулся о торчащую из земли ветку и упал. Отшельник замахнулся ножом над ним.
Никита, не раздумывая, бросился на отшельника и попытался выбить нож из его руки. Завязалась отчаянная борьба. Отшельник был сильнее, но Никита, движимый страхом за друга, дрался как зверь.
Фёдор, поднявшись с земли, схватил обломанную ветку и ударил отшельника по ноге. Отшельник заохал от боли и выпустил нож.
Никита подхватил нож и отбросил его в сторону. Затем они вдвоем набросились на отшельника и повалили его на землю.
"Уходи!" – крикнул Никита. – "И больше не попадайся нам на глаза!"
Отшельник, тяжело дыша, поднялся на ноги и ушел прочь.
Никита и Фёдор остались одни, обессиленные и напуганные. Они долго молчали, приходя в себя после пережитого.
"Что это было?" – наконец спросил Никита, дрожа всем телом.
"Не знаю," – ответил Фёдор. – "Но это было страшно. Нужно уходить отсюда как можно скорее."
Теперь лес казался им еще более мрачным и враждебным. Они чувствовали, что за ними кто-то наблюдает, что их преследуют.
Они побежали, не разбирая дороги, стараясь как можно дальше убежать от этого места.
Бежали долго, пока окончательно не выбились из сил. Остановились лишь тогда, когда почувствовали, что больше не могут сделать ни шагу.
Солнце уже село, и лес погрузился в полную темноту. Они сидели, прижавшись друг к другу, и слушали зловещие звуки ночного леса.
В этот момент Никита вспомнил, что у него есть компас. Они всегда брали его с собой, чтобы не заблудиться.
Он достал компас из кармана и попытался определить направление. Но стрелка компаса бешено вращалась, не показывая ни на север, ни на юг.
"Что-то с компасом," – сказал Никита, показывая его Фёдору. – "Он сломался."
"Вот черт!" – воскликнул Фёдор. – "Теперь мы совсем пропали."
Надежда на спасение начала таять. Они понимали, что заблудились, что находятся в самом сердце дремучего леса, полного опасностей и тайн.
Чтобы хоть как-то сориентироваться они стали вспоминать куда светило солнце, когда они шли к болоту. По их ощущениям солнце светило справа от них. Значит деревня должна быть где-то слева.
Решили идти в левую сторону. Идти в полной темноте было ужасно страшно.
Вдруг небо затянули тучи, и пошел дождь. Дождь был холодным и пронизывающим. Они промокли до нитки и начали замерзать.
"Надо найти укрытие," – сказал Фёдор. – "Иначе мы заболеем."
Они стали искать место, где можно было бы укрыться от дождя. Вдруг они увидели большую ель с густыми ветвями. Под елкой было сухо и уютно.
Они забрались под елку и стали ждать, когда кончится дождь. Но дождь не кончался. Он лил как из ведра, заглушая все остальные звуки.
Просидели они под елкой очень долго, пока окончательно не замерзли. Их зубы стучали, и они не могли согреться.
Вдруг они услышали шепот. Шепот доносился из темноты, словно кто-то стоял рядом с ними и говорил что-то неслышное.
"Ты слышишь?" – прошептал Никита, прижимаясь к Фёдору.
"Слышу," – ответил Фёдор, дрожа всем телом. – "Это опять он."
Шепот становился все громче и громче. Казалось, будто лес сам разговаривает с ними, предостерегая от чего-то.
Они зажали уши руками, чтобы не слышать зловещий шепот. Но шепот продолжал преследовать их, проникая в самые глубины их сознания.
Дождь наконец-то закончился. Тучи рассеялись, и из-за них выглянула луна. Лунный свет осветил лес, делая его еще более жутким и таинственным.
Стараясь не вспоминать про шепот, друзья решили продолжить свой путь. Идти дальше в надежде, что они смогут выбраться из леса. Вдруг они услышали звуки шагов. Шаги доносились спереди них. Кто-то шел им навстречу.
Они замерли на месте, притаившись за деревом. Шаги становились все ближе и ближе. Они боялись пошевелиться, чтобы не выдать себя.
Вдруг из-за деревьев показалась фигура. Это была женщина. Но женщина странная. Она была одета в длинное черное платье, ее лицо было скрыто под капюшоном. Она шла медленно и бесшумно, словно призрак.
Никита и Фёдор переглянулись. Они не знали, кто это и чего она хочет. Но они чувствовали, что приближаться к ней опасно.
Женщина остановилась прямо перед ними. Она подняла голову и посмотрела на них своими черными глазами.
"Что вы здесь делаете?" – спросила она своим леденящим душу голосом.
"Мы заблудились," – ответил Никита, стараясь держаться уверенно. – "Мы ищем дорогу домой."
"Вы попали в опасное место," – сказала женщина. – "Здесь нельзя находиться после захода солнца. Лес не любит чужаков."
"Мы знаем," – ответил Фёдор. – "Мы хотим уйти отсюда как можно скорее."
"Вы не уйдете," – сказала женщина. – "Лес не выпустит вас. Вы навсегда останетесь его пленниками."
"Это неправда!" – воскликнул Никита. – "Мы выберемся отсюда!"
"Вы слишком самонадеянны," – сказала женщина. – "Лес сломает вас. Он заберет вашу душу."
С этими словами женщина развернулась и ушла в лес.
Никита и Фёдор остались одни, потрясенные ее словами. Они не знали, верить ей или нет. Но они чувствовали, что в ее словах есть доля правды.
"Надо уходить отсюда," – сказал Фёдор. – "Надо бежать, пока не стало слишком поздно."
Они снова побежали, не разбирая дороги. Они бежали, пока не упали от усталости.
Они лежали на земле, тяжело дыша, и смотрели друг на друга. На их лицах был написан страх и отчаяние.
"Я больше не могу," – сказал Никита. – "Я устал. Я хочу домой."
"Не сдавайся," – ответил Фёдор. – "Мы должны держаться вместе. Мы должны выжить."
"Мы не выживем," – сказал Никита. – "Мы умрем здесь. В этом проклятом лесу."
"Не говори так," – ответил Фёдор. – "Мы найдем выход. Мы обязательно выберемся отсюда."
"Я не верю," – сказал Никита. – "Я потерял надежду."
Никита отвернулся от Фёдора и заплакал.
Фёдор обнял его и попытался успокоить.
"Все будет хорошо," – сказал он. – "Мы справимся. Мы друзья. Мы всегда будем вместе."
Никита перестал плакать и посмотрел на Фёдора. В его глазах появилась искра надежды.
"Ты прав," – сказал он. – "Мы должны держаться вместе. Мы должны бороться."
Они поднялись на ноги и продолжили свой путь. Но теперь они шли уже не так уверенно, как раньше. Они шли медленно и осторожно, стараясь не пропустить ни одного знака.
Вдруг они увидели сломанную ветку. Ветка лежала на земле, словно кто-то специально сломал ее, чтобы указать им направление.
Они посмотрели друг на друга и решили пойти в ту сторону, куда указывала ветка. Вскоре они увидели еще одну сломанную ветку. И еще одну.
Они шли по сломанным веткам, словно по следам, оставленным кем-то. В таком тревожном состоянии ребята не сразу обратили внимание на странную находку. Прямо посреди тропинки валялась кукла сделанная из веток.
"Смотри, какая странная кукла" - сказал Федор, рассматривая находку.
Никита молча смотрел на куклу. Она вызывала у него странное чувство тревоги. Он не понимал, почему она здесь лежит.
"Может, это чей-то знак?" - предположил Федор. - "Может, кто-то хочет нам помочь?"
"Не думаю" - ответил Никита. - "Скорее всего, это просто детская забава. Кто-то здесь играл и оставил куклу."
Но Федор не был уверен. Ему казалось, что кукла нечто большее, чем просто игрушка. Ему казалось, что она - предупреждение.
Ребята решили не трогать куклу и пошли дальше.
Солнце не появлялось, было пасмурно. Не было понятно где находятся запад и восток. В какой-то момент Никита не выдержал.
"Все! Я больше не могу! Мне надоело это все! Мы ходим кругами! Мы никогда отсюда не выберемся!" - закричал он в отчаянии.
"Не говори глупости! Мы обязательно выберемся! Просто надо немного потерпеть!" - ответил Федор.
"Терпеть? Сколько можно терпеть? Мы всю ночь бродим по этому проклятому лесу! Мы голодные, холодные и уставшие! Я больше не могу!"
"А ты думаешь, мне легко? Я тоже устал! Но я не собираюсь сдаваться! Я буду бороться до конца!"
"Бороться? С чем бороться? С лесом? С судьбой? Это бесполезно! Мы всего лишь маленькие дети, которые заблудились в лесу! Мы никто!"
"Мы не никто! Мы - друзья! Мы всегда помогали друг другу! Мы не бросим друг друга в беде!"
"Я не верю в дружбу! Все в этом мире - ложь и обман! Все хотят использовать тебя в своих целях!"
"Это неправда! Я никогда тебя не предам! Я всегда буду рядом с тобой!"
"Ты врешь! Ты просто хочешь, чтобы я продолжал идти! Ты хочешь использовать меня, чтобы выбраться из этого леса!"
"Я не такой! Я никогда бы этого не сделал!"
Никита оттолкнул Федора и убежал в лес.
"Никита! Стой! Куда ты?" - закричал Федор, но Никита не остановился. Федор попытался догнать его, но Никита бежал слишком быстро. Федор потерял его из виду.
"Никита! Вернись!" - кричал Федор, но ответа не было.
Федор остановился и огляделся вокруг. Он был один в темном и страшном лесу. Он потерял своего лучшего друга. Он был в отчаянии.
В эту минуту он почувствовал, что больше не может держаться. Он упал на землю и заплакал.
В голову лезли самые страшные мысли. Было холодно, голодно и страшно. В какой-то момент он вспомнил свою маму, как она его любила, переживала за него. И он понял, что он просто не имеет права сдаваться. Он должен выжить ради нее.
Федор встал на ноги и вытер слезы. Он решил, что должен найти Никиту. Он не мог его бросить в беде.
Он пошел в том направлении, куда убежал Никита. Он надеялся, что сможет его найти.
Фёдор осознал страшную правду: Никита убежал. Не просто отошел, не заигрался, а именно – убежал. Это осознание ударило в грудь, словно кувалда, выбивая воздух и заставляя сердце болезненно сжаться.
Фёдор стоял на опушке леса, чувствуя, как холодный ветер пробирает до костей. Он чувствовал как в душу заползала ледяная тревога. Тревога этого тёмного густого леса, который словно живой организм дышал своей собственной, непонятной жизнью.
Дышать стало труднее, воздух наполнился запахом прелой листвы, влажной земли и грибов. Под ногами хрустели сухие ветки, каждый звук казался оглушительно громким в этой звенящей тишине.
"Никита!" – крикнул Фёдор, его голос дрожал от страха и напряжения. Тишина. Только шелест листьев в ответ.
Он шёл, продираясь сквозь заросли кустарника, спотыкаясь о коряги, чувствуя, как острые ветки царапают лицо и руки. Фёдор кричал снова и снова, надрывая горло. "Никита! Отзовись!" Но лес словно поглощал его голос, не возвращая ни звука.
Только ночные лесные звуки окружали Федора: уханье совы, писк летучих мышей, шуршание каких-то мелких зверьков в кустах. Каждый звук пугал, заставляя Фёдора вздрагивать и озираться по сторонам. Он чувствовал, как ледяной пот струится по спине, а сердце бешено колотится в груди.
Страх – вот что он чувствовал. Не детский испуг, а животный, первобытный ужас. Лес словно ожил, окружил его со всех сторон, навис над ним, угрожая поглотить. Фёдор понимал, что он здесь чужой, незваный гость. Этот лес принадлежал кому-то другому, чему-то древнему и могущественному.
Он продолжал идти, двигаясь больше интуитивно, чем осознанно. В голове крутились обрывки воспоминаний о Никите: его звонкий смех, его доверчивые дружеские глаза. Эти воспоминания давали ему силы, заставляли двигаться вперёд, не сдаваться.
Прошло, казалось, целая вечность, прежде чем Фёдор увидел её – хижину.
Она стояла в небольшой низине, окружённая густыми зарослями папоротника и колючего кустарника. В лунном свете, пробивавшемся сквозь листву, она казалась призрачным видением, словно сотканным из теней и тумана.
Стены покосились, прогнили и покрылись толстым слоем мха, словно зеленой шубой. Крыша провалилась под тяжестью упавшего дерева, оставив дыру, сквозь которую виднелось звёздное небо. Окна были забиты досками, а дверь висела на одной петле, скрипя на ветру, словно стонущий призрак.
Фёдор остановился, как вкопанный. Он чувствовал, как по спине пробегает холодок. От хижины исходила какая-то зловещая аура, ощущение безнадёжности и запустения. Место это было проклято подумал он.
Он слышал о ней. Старые бабки в деревне рассказывали страшные сказки о заброшенной лесной хижине, где когда-то жила ведьма. Говорили, что она похищала детей, варила из них зелья и призывала тёмные силы. После её смерти хижина опустела, но её злобный дух остался здесь, отравляя всё вокруг.
Фёдор постарался отогнать от себя суеверные мысли. Это всё глупости, сказки для маленьких детей. Но страх не отступал. Он чувствовал, как что-то невидимое наблюдает за ним, обжигает взглядом.
Всё же он понимал, что должен проверить хижину. Никита мог спрятаться там. Фёдор глубоко вздохнул, пытаясь успокоить дрожащие руки.
Он медленно подошёл к двери, стараясь не шуметь. Дверь поддалась с противным скрипом, открывая вход в тёмную, зловещую пасть.
Внутри было еще темнее и страшнее, чем снаружи. Запах сырости, плесени и гниения бил в нос, вызывая тошноту. Фёдор достал из кармана зажигалку и чиркнул колёсиком. Маленький огонёк вспыхнул, освещая крошечный клочок пространства.
В луче света Фёдор увидел: разрушенную мебель, покрытую толстым слоем пыли и паутины; разбитые глиняные горшки, осколки стекла, разбросанные по полу; и крысиные норы в углах. На стенах виднелись какие-то тёмные пятна, возможно, кровь.
"Никита?" – прошептал Фёдор, его голос дрожал как осиновый лист.
Тишина. Только ветер свистел в щелях, разнося по хижине жуткий вой.
Фёдор сделал несколько шагов внутрь, держа зажигалку перед собой. Огонь дрожал и мигал, бросая причудливые тени на стены, превращая обычные предметы в зловещих монстров. Казалось, что хижина живая, дышит, наблюдает за ним.
Он обошёл комнату, заглядывая за шкаф, под кровать, в тёмные углы. Нигде не было ни следа Никиты. Только паутина, пыль и страх.
"Никита, это я, Фёдор! Не бойся, я здесь!" – крикнул Фёдор, отчаявшись от безысходности.
В ответ – тишина.
Внезапно, зажигалка в его руке погасла, погружая хижину в кромешную тьму. Фёдор вздрогнул, чувствуя, как по спине пробегает ледяной пот. Он остался один в этой проклятой хижине, один на один со своими страхами.
Тьма давила на Фёдора со всех сторон. Зажигалка предательски молчала, отказываясь давать жизнь искре света, и он чувствовал себя абсолютно беспомощным в этой проклятой хижине. Каждый шорох, каждый скрип половицы отдавался в голове, усиливая панику. Он вытянул руки вперед, пытаясь нащупать хоть что-то, чтобы сориентироваться в пространстве.
"Никита?" – вновь прошептал он, но на этот раз в его голосе прозвучала отчаянная мольба.
И тут он почувствовал запах. Сначала еле уловимый, едва заметный, но затем – резкий, пронзительный, заполняющий все вокруг. Запах серы.
Запах, который Фёдор помнил из детства, когда они с отцом разжигали костёр для пикника. Запах спичек, горящей древесины, дыма. Но этот запах был другим. Он был гнилым, едким, словно исходящим из самой преисподней.
Серный запах заставил Фёдора замереть. Теперь он знал, что в этой хижине есть что-то большее, чем просто запустение и разруха. Здесь обитало зло.
Он медленно повернулся, пытаясь определить источник запаха. Он казался вездесущим, проникающим в каждую щель, в каждую трещину. Фёдор сделал несколько шагов назад, нащупывая рукой стену.
И вдруг он услышал звук. Тихий, едва различимый шорох, словно кто-то скребётся по дереву. Звук доносился из соседней комнаты.
Страх парализовал Фёдора. Он не мог двинуться с места. Он знал, что должен бежать, но ноги отказывались слушаться. Звук усилился, стал более отчётливым, более настойчивым.
Фёдор стиснул зубы и медленно, с трудом переставляя ноги, направился к двери в соседнюю комнату. Серный запах стал невыносимым, словно обжигающим лёгкие.
Он нащупал дверной косяк и осторожно заглянул внутрь. Комната была меньше, чем предыдущая, и почти полностью завалена мусором. Сквозь щели в забитых досками окнах пробивался слабый лунный свет, освещая лишь небольшую часть пространства.
И тут он увидел его - Никиту.
Он стоял в углу комнаты, спиной к Фёдору, и смотрел в окно. Он был одет в ту же одежду, в которой убежал – те же джинсы и футболка. Но что-то было не так.
Никита стоял абсолютно неподвижно, словно каменная статуя. Его плечи были опущены, голова склонена набок. И от него тоже исходил запах серы.
"Никита?" – вновь позвал Фёдор, на этот раз гораздо тише, почти шёпотом.
Никита не ответил. Он продолжал стоять в углу, не двигаясь.
Фёдор медленно приблизился к нему, стараясь не шуметь. Он хотел обнять его, прижать к себе, сказать, что все хорошо. Но что-то его останавливало. Что-то подсказывало, что Никита – уже не тот Никита, которого он знал.
Когда Фёдор подошёл достаточно близко, Никита медленно повернулся.
И Фёдор застыл в ужасе.
Лицо Никиты… Оно было искажено гримасой безумия. Глаза – пустые, чёрные, словно два колодца, наполненные тьмой. В уголках рта запеклась кровь.
"Никита?" – прошептал Фёдор, но в этот раз это был уже не вопрос, а утверждение. Он знал, что перед ним – не его друг.
"Ты пришёл," – прохрипел Никита, его голос звучал чужим, зловещим. – "Я ждал тебя."
Фёдор отшатнулся, словно от удара. Внутри всё похолодело от ужаса. Эти глаза… Эти слова… Это была не его друг. Это было что-то другое, что-то ужасное, поселившееся в теле Никиты.
"Что ты сделал с ним?" – прохрипел Фёдор, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
"Он теперь – часть меня," – ответил Никита, его голос стал более чётким, более уверенным. – "Мы теперь – одно целое."
Он медленно двинулся к Фёдору, его шаги были неестественно плавными, бесшумными. От него исходил нестерпимый запах серы, заставляющий Фёдора закашливаться.
"Ты тоже станешь частью нас," – сказал Никита, его лицо расплылось в жуткой улыбке. – "Мы будем вместе навсегда."
Фёдор знал, что должен бежать. Он должен спастись. Но ноги словно приросли к полу. Он стоял, парализованный страхом, наблюдая за тем, как Никита приближается к нему.
Внезапно, Никита бросился на Фёдора, сжимая пальцы в когти. Фёдор инстинктивно увернулся от удара и оттолкнул Никиту. Тот пошатнулся, но удержался на ногах.
Фёдор понимал, что ему не победить Никиту в рукопашной схватке. Он был слабее, меньше, и к тому же – парализован страхом. Он должен использовать свой ум, свою хитрость.
Он огляделся по сторонам, ища хоть что-то, что могло бы ему помочь. Его взгляд упал на обломок доски, валявшийся в углу комнаты. Он быстро схватил его и замахнулся.
"Отойди!" – крикнул он, чувствуя, как страх начинает отступать, уступая место ярости.
Никита замер, глядя на Фёдора пустыми, чёрными глазами. Он словно изучал его, оценивал его силу, его решимость.
И тут он снова бросился в атаку.
Фёдор отбил удар доской, но Никита успел схватить его за руку. Он сжимал пальцы так сильно, что Фёдору казалось, будто кости сейчас сломаются.
Фёдор закричал от боли и попытался вырваться. Он бил Никиту доской, пинал его ногами, но тот не отпускал его руку.
Внезапно, Фёдор почувствовал, как Никита кусает его. Острая боль пронзила его руку. Он заорал и отбросил Никиту.
Тот упал на пол, но тут же вскочил на ноги и вновь бросился в атаку.
Фёдор понимал, что долго не продержится. Никита был сильнее, быстрее, и к тому же – не чувствовал боли. Он должен бежать.
Он отбросил доску и бросился к двери. Никита попытался преградить ему путь, но Фёдор оттолкнул его и выбежал из комнаты.
Он бежал по коридору, спотыкаясь и падая, слыша за спиной, что его преследуют шаги Никиты. Серный запах преследовал его, словно дыша в спину. Он понимал, что Никита не отстанет. Он будет преследовать его до тех пор, пока не поймает.
Фёдор добежал до входной двери и попытался открыть её. Но она была заперта.
Он дёргал за ручку, толкал дверь, но она не поддавалась. Он чувствовал, как Никита приближается к нему.
"Ты не убежишь," – прохрипел Никита, его голос звучал совсем рядом. – "Мы будем вместе навсегда."
Фёдор отчаялся. Он был в ловушке.
И тут он вспомнил про окно.
Он оглянулся и увидел его – маленькое, забитое досками окно. Он бросился к нему и начал вырывать доски.
Руки дрожали от усталости и страха, но он не сдавался. Он вырывал доску за доской, пока не образовалась достаточно большая дыра, чтобы пролезть через неё.
Он залез на подоконник и выпрыгнул на улицу.
Он бежал, не оглядываясь, слыша за спиной шаги Никиты и жуткий, загробный смех.
Фёдор бежал, не чувствуя ног, спотыкаясь о корни деревьев и проваливаясь в мягкий мох. Сердце колотилось в груди, словно пойманная в клетку птица, а в ушах звенел заглушающий все вокруг звук собственного дыхания. Он не оглядывался, не хотел видеть преследующего его Никиту, вернее, ту тёмную сущность, что облачилась в его облик. Страх застилал глаза, лишая разума.
Наконец, силы стали покидать его. В груди горело, в боку кололо, ноги подкашивались. Он понимал, что долго так не протянет. Фёдор отчаянно искал глазами укрытие, хоть какое-нибудь место, где можно перевести дух и подумать, что делать дальше.
Внезапно его взгляд зацепился за большую кочку, поросшую густым кустарником. Она казалась достаточно высокой и широкой, чтобы спрятаться за ней. Фёдор, не раздумывая, бросился к ней и, задыхаясь, забился под низкие ветви.
Он лежал, прижавшись к холодной земле, стараясь дышать ровно и тихо. Ветки кустарника царапали лицо, но он не обращал на это внимания. Главное – не быть замеченным.
Через некоторое время шаги Никиты, вернее, того существа, что носило его имя, стали слышаться всё ближе и ближе. Фёдор затаил дыхание, боясь даже шелохнуться.
И вот, он увидел его.
Никита шёл по тропинке, медленно, словно выслеживая добычу. Его лицо по-прежнему было искажено гримасой безумия, глаза – пустыми и чёрными. Он оглядывался по сторонам, принюхивался, словно зверь.
Фёдор чувствовал, как внутри всё сжимается от ужаса. Он боялся, что Никита найдёт его и расправится с ним. Но он не мог ничего сделать. Он был слишком слаб, слишком испуган.
И тут произошло нечто невероятное.
Из тела Никиты вдруг вырвался клубок серого дыма. Он был густым и плотным, словно туман, и в нем чувствовалась какая-то зловещая сила. Дым медленно поднимался в воздух, образуя причудливые фигуры, словно танцующие призраки.
Никита замер на месте, словно остолбенев. Глаза его расширились, на лице появилось выражение удивления и страха. Он попытался что-то сказать, но из его горла вырвался лишь хрип.
Клубок серого дыма продолжал подниматься вверх, пока не исчез в кронах деревьев. И в тот же момент Никита рухнул на землю, как подкошенный.
Фёдор не мог поверить своим глазам. Что это было? Что случилось с Никитой? Неужели всё закончилось?
Он медленно выполз из своего укрытия и, дрожащими ногами, направился к Никите. Он боялся подойти к нему, боялся, что это какая-то ловушка. Но любопытство и надежда пересилили страх.
Он подошёл к Никите и присел рядом с ним на корточки. Лицо брата было бледным и измученным. Глаза были закрыты, дыхание – слабым и прерывистым.
"Никита?" – тихо позвал Фёдор, стараясь не напугать его.
Никита медленно открыл глаза. В них больше не было безумия и тьмы. В них была лишь усталость и испуг.
"Фёдор?" – прошептал он, его голос был слабым и тихим. – "Что случилось?"
Фёдор почувствовал, как по щекам текут слёзы. Это был его друг. Настоящий Никита.
"Ты ничего не помнишь?" – спросил Фёдор, стараясь сдержать рыдания.
Никита покачал головой. – "Я помню, как заблудился в лесу," – прошептал он. – "Мне было очень страшно. А потом… Потом я ничего не помню."
Фёдор обнял Никиту, крепко прижав его к себе. – "Всё хорошо," – прошептал он. – "Теперь всё хорошо. Я здесь."
Они сидели так некоторое время, обнявшись, пока Никита немного не пришёл в себя. Потом Фёдор помог ему подняться на ноги.
"Нам нужно уходить отсюда," – сказал Фёдор. – "Здесь опасно."
Никита кивнул. – "Я боюсь," – признался он.
– "Я тоже боюсь," – ответил Фёдор. – "Но вместе мы справимся. Мы должны найти дорогу домой.
Объединившись, Фёдор и Никита покинули место, где только что произошло нечто ужасное. Никита, хоть и ослабленный пережитым, крепко держал Фёдора за руку, и это придавало обоим силы.
"Что это было, Фёдор?" – спросил Никита, его голос дрожал от страха. – "Что со мной случилось?"
"Это был призрак," – ответил Фёдор. – "Злой дух этого леса. Он хотел сделать тебе плохо, но теперь он ушёл. Он больше не сможет причинить тебе вреда."
Никита посмотрел на Фёдора с сомнением. – "Но почему он хотел сделать мне плохо?"
– "Не знаю," – ответил Фёдор. – "Не все призраки злые. Может быть, он просто заблудился и хотел найти дорогу домой."
Фёдор понимал, что его объяснения звучат глупо, но он не хотел пугать Никиту ещё больше. Главное – вытащить его из этого проклятого леса.
Шли они долго, уставшие и измученные, ориентируясь по звездам и мху, которые, словно знаки, указывали им дорогу. В голове у Фёдора пульсировали обрывки воспоминаний, смешиваясь со страхами и надеждами. Он чувствовал, как пережитое давит на него тяжелым грузом, отравляя радость от освобождения.
И вот, когда силы почти покинули их, впереди, сквозь деревья, забрезжил слабый свет. Надежда вспыхнула в сердцах братьев, заставляя их ускорить шаг.
Выйдя на небольшую поляну, они увидели ветхую хижину, освещенную теплым, уютным светом, льющимся из окон. Возле хижины, склонившись над костром, стоял старик. Его лицо, изборожденное морщинами, говорило о прожитых годах и мудрости, а взгляд, чистый и ясный, излучал доброту.
Увидев парней, старик выпрямился и посмотрел на них с теплой улыбкой. Он что-то прошептал, перекрестил их обеими руками и проговорил тихо, но отчетливо:
– Слава Богу, что привел вас ко мне, дети мои. Вижу, нелегкие испытания выпали на вашу долю. Идите ко мне, отдохните и наберитесь сил.
Фёдор и Никита, словно зачарованные, подошли к старику. Они чувствовали, как от него исходит волна спокойствия и умиротворения.
Старик провел их в хижину, накормил теплой похлебкой и уложил спать на мягкой соломе. Друзья заснули мгновенно, погрузившись в глубокий, безмятежный сон, впервые за долгое время.
Утром следующего дня, проснувшись от пения птиц, они почувствовали себя обновленными и полными сил. Старик напоил их травяным чаем и объяснил, как добраться до ближайшей деревни.
– Идите с Богом, дети мои, – сказал он, провожая их. – И помните, что даже в самой темной ночи всегда есть надежда на свет.
Парни поблагодарили старика и отправились в путь. К полудню они добрались до деревни, где их ждал теплый прием и долгожданное спасение.
Эпилог
Они выбрались из леса, но лес этот, страшный и темный, навсегда остался с ними. Тяжелым грузом воспоминаний он давил на их души, отравляя радость жизни.
Фёдор и Никита вернулись домой, но они уже не были прежними. Лес отнял у них часть детства, оставив взамен лишь шрамы в сердце.
Но они не сломались. Они выстояли. Они стали сильнее. И они научились ценить друг друга еще больше, чем раньше.
Они никогда и никому не рассказали о том, что произошло в лесу. Это была их тайна, их общая боль, их страшный сон, который они решили похоронить глубоко в своих сердцах.
Больше никогда Никита и Фёдор не ходили в лес. Даже за грибами в ближайшую рощу они ходили с опаской, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху.
Фёдор долгое время страдал от ночных кошмаров. Ему снились темные деревья, красные глаза призрака и крик Никиты, зовущего на помощь. Но постепенно, с годами, кошмары стали приходить реже, а воспоминания о лесе – тускнеть.
Никита никогда не говорил о лесе и старался избегать любых тем, связанных с ним. Он боялся, что если он вспомнит, то кошмар вернется.
Несмотря на все пережитое, Фёдор и Никита поддерживали друг друга, помогали пережить трудности и радовались вместе успехам.
И даже спустя много лет, когда они стали взрослыми, они помнили о том, что произошло в лесу. Они помнили о том, как страх сковывал их, как они боролись за выживание, как они победили зло.
И это воспоминание, несмотря на всю его мрачность, давало им силы жить дальше и верить в то, что даже в самой темной ночи всегда есть надежда на свет.
Деньги на самолеты друзья скопили на другой работе уже в самой деревне, занимаясь плотническими работами.
Поддержать канал любой суммой можно на главной странице в разделе "Поддержите автора" либо по ссылке https://dzen.ru/gitaritm?donate=true
Подборка статей на канале https://dzen.ru/suite/45bf116a-0c18-4c06-bf62-f7342001b1f1?share_to=link
Страшилки на ночь
Если вам понравилась история поставьте лайк, подпишитесь на канал, делитесь историей