Я был инженером. По диплому и должности. А хобби у меня было – искусство- и литературоведение. И там – я жил. А на работе… Рвал и метал. От ненависти. Будучи в элите конструкторского отделения более чем в сто человек численностью. И я автор одного изобретения, хоть оно не было внедрено, а с другим я на 20 лет опоздал. Так что объективно в элите был не зря. Но считал себя, тоже объективно, инженером нижайшего пошиба. Я был механик, а одевать в материал мне пришлось электрические схемы. А там свирепствовала микроминиатюризация, механику постепенно сводившую к минимуму, и отраслевая стандартизация. Постепенно замами главного конструктора по конструкторской части стали назначать даже девочек. В общем, была масса рутинной работы. Я от ненависти к ней выполнял её со всей мыслимой скоростью. Кроме того было полно филонов. Их не увольняли из-за авралов. Тогда они не филонили. А вне авралов, чтоб с ними не гыркаться, я, сколько мог, брал их работу – рутинную, конечно – на себя. Аж удивлял иных своим рвением. В общем, рвал и метал. Ещё и потому, что верил в коммунизм, а филоны своим поведением демонстрировали, что словосочетание: «труд есть первая потребность человека при коммунизме», - похоже на обман.
Собственно, аналогично себя чувствовали и первые футуристы. Они верили в прогресс, а тот имел отрицательные стороны. Например, социальная революция в России то тянула с приходом, то уклонялась в строну. И славили они прогресс, как бы до боли закусив губу – что есть натурокорёжение.
Что есть моё открытие, похвастаюсь. Никем не подхватываемое, так как свирепствует среди учёных, критиков и художников формализм. И натурокорёжение считается – в лучшем случае для памяти об идеале – образом «Свободы от» (не «Свободы для»).
Ну учёные и критики – ладно – особь статья. А художники, - по крайней мере большинство тех, с которыми у меня были личные отношения, - темно чуяли, что ими руководит ЧТО-ТО, словами невыразимое. Я это называю подсознательным идеалом, чтоб не слыть идиотом, повторяя старинное – богодухновение.
Надо было быть семи пядей во лбу, чтоб расшифровать меня, когда я на работе рвал и метал, что это бушует во мне спрятанный от меня самого идеал коммунизма как самосовершенствования (а не труда как первой потребности), чем я и занимался в своём хобби.
С СВО в России то же, что с трудом при так называвшемся социализме. Нельзя выражать ненависть к войне как таковой. Но что поделаешь с подсознательным идеалом? Он же скрыт от сознания автора. Он только прорывается странностями в таком, например, стихотворении.
Семён Пегов
И не столько кланяясь, сколько скалясь,
Отправляюсь трассою скоростной
На Донбасс, опрокинутый плясом в Кальмиус,
Свистом пронизанный и тоской.
.
Здесь мои товарищи, съев землицы,
Рассчитавшись однажды на «раз-два-три»,
Научили, зарывшись в окоп, молиться
Даже самых яростных шурави.
.
Что нам белых и красных делить на фронте -
Если каждый под толщей цветных эпох
Всё равно захлебнётся в кромешной рвоте,
Звёзды померкнут и станет пох..?
.
Ведь свои-чужие в метели смерти,
Волей вынесенные на остриё,
За безобразный базар ответят:
«Боже Твои мы, здесь всё Твоё!».
2025
Если применены слова, за значением которых надо лезть в интернет, это я считаю странностью. Как и недопонятности.
«Кальмиус» странен не только неизвестностью, но и латинским звучанием (образ чуждости). А это, оказывается, река, протекающая мимо Донецка. – Чужое это для глубинного россиянина место, бывшее Дикое Поле, когда-то города-заставы от крымчаков ставили перед ним, а не в нём.
«шурави» - так стали называть самых остервенелых военных, вернувшихся из Афганистана и влюбившихся в войну как ценность. Такие не молятся от страха. Тут тоже есть эхо отторжения от них обычных контрактников.
Совсем тонко с «Рассчитавшись на «раз-два-три»».
Строевая приучала к автоматизму реагирования солдата на приказ командира. Что с некоторой снобской точки зрения унизительно. А на запрос: «строевая подготовка у контрактников на СВО» поисковик буквосочетание «строева» по всем позициям на первой странице перечня сайтов показывает как отсутствующее. Но сидящая в подсознании ненависть к войне так сильна у Пегова, что эта «строева» невнятно всё же прорывается в текст.
Прорвавшимся в текст можно считать и мат. Он допустим по закону в художественной литературе с материальным ограничениями (предупреждениями, футлярами).
Прорвалось и то, как видит лирический герой два сообщества: своих – разделёнными на «белых и красных», и своих вместе с врагами – объединёнными в «свои-чужие» и «Боже Твои мы, здесь всё Твоё». – Из этого особенно можно вывести, каков же подсознательный идеал (обязательно положительный) распоряжается в стихотворении Пегова. Это идеализированный либерализм. Мещанский идеал. Он не видит во врагах нацистов. И свои и враг, «вынесенные на остриё», кем? – Одним и тем же: «Волей». То бишь властью. Дурастой. С нерациональными государственными притязаниями. То есть Пегов в глубине души глобалист, мир без государств (а пока тот существовал только в виде американского глобализма). Ну, значит, его идеал – американский глобализм. Тот, который организовал Международный Уголовный Суд. Это перед ним власти обеих стран «За безобразный базар ответят».
Как, спросите, такое антироссийское стихотворение оказалось в ряду патриотических? – Очень просто. Ведь ЧТО-ТО, словами невыразимое, не выражено «в лоб». Значит, может быть истолковано неадекватно.
Значит ли, что мой разбор – это политический донос? – Не думаю. Потому что считаю, что в России царствует изрядная свобода слова. Мой канал достаточно непопулярный, чтоб закрывать глаза, кого я там вывел за ушко на солнышко. И потом – сочинение стихов в значительной мере деятельность подсознательная, то есть не подсудная обычному юридическому суду. Пегов может удивиться моему синтезу из анализа, если ему случится это прочесть. Его действия вне данного стихотворения вполне могут оказаться патриотичными (что не означает неправоты моего анализа и синтеза). Ещё мыслимо различать автора и образ автора. Что если образ автора, крайне раздражённого, выражает злость автора на минутную слабость образа автора. И тогда синтез должен быть обратным. Ну и литературоведение-то, хоть и наука, но не точная. Можно ж счесть статью как ошибку автора статьи*. Например, «свои-чужие» вполне можно истолковать как братья-славяне, граждане Украины. С совершенно другим выводом относительно американского глобализма. Деление на «белых и красных» можно вполне понять, как прошедший этап. Действительно в ДНР в 2018 году «национализировано свыше пятидесяти предприятий… не только которые ранее принадлежали украинским олигархам, но и принадлежащие местным капиталистам… Не повышаются цены на ЖКХ, на общественный транспорт. Зарплаты вовремя платят. Фактически со всего мира приехали отстаивать интернационализм. Россия [считалась некоторыми донечанами] – жёсткое неолиберальное государство, именно поэтому Россия практически не помогает. Именно поэтому здесь нет российских миротворцев. Не войск, а миротворцев!.. распределение доходов стало даже более равномерным» (https://rabkor.ru/columns/interview/2018/03/19/dnr/).
Самое же ценное – в разборе самом по себе. Если б массы его освоили б, можно было б даже не думать, что в принципе мыслимо опять массовое предательство народом своей страны из-за затянувшейся войны, как в 1991-м – из-за пустых полок в магазинах.
6 августа 2025 г.
*- Нет у Вас военного опыта. Причастным все предельно! ясно в стихах Семена. Нет там никакого подсознательного идеала, от слова совсем.
- Вы оказались правы полностью. Это как обычно матерятся от неурядиц, в том числе и от такой несусветицы, как линия боевого соприкомновения.
Спасибо.
26.08.2025.
