- Кто это к тебе, Степановна, на такой дорогущей машине приезжал? – соседка сгорала от любопытства.
- Ой, Лид, будто и не видела, сноха же приехала, вон продуктов купила, сумки принесла. На столе стоят, разобрать мне надо.
- А что же это она даже не разобрала что ли?
- Нет, на стол поставила, да сбежала. Наплела с три короба, что из детского сада звонили, мол, за Аленкой надо бежать, и рванула. Ну да скатертью дорожка ей.
- Когда же это они такую машинку-то купили?
- Да откуда я знаю. Все жилы из моего сына, поди, вытянула, он бедный на работе живет и днем и ночью. Это надо столько денег тратить. Поди, все в кредитах, а ей все мало.
- Это что же, она не работает у тебя что ли?
- Ну как, до того как Аленку родила, работала, сидела акушеркой в поликлинике районной. Потом в декрет ушла, обучилась эти из ноготочки пилить и всё, на работу из декрета и не вышла. Ой, как я Ваньку ругала, когда он сказал, что Катька заявление на увольнение написала. Ну как так, на что жить-то? Он один ведь на работу ходит. Я думала, Катька с Аленкой сидеть будет, раз уволилась, так нет ведь, в садик отдали. Да не в какой-нибудь, а в частный. Вот откуда у нее деньги на частный сад, что обычных нет? Там и не хуже, чем в этом частном. Так нет же, выпендриться надо, ни рубля не заработала сама, а поди же ты, частный сад им подавай. И вот с тех пор на работу и не ходит. Я уж Ваньку и ругала, и кричала, плакала даже, им хоть кол на голове теши. Она работает. Кем работает? Ноготки пилит, так это разве работа? Тут он мне, представляешь, заявил, у Катьки бизнес, она свой салон открыла. Взяли они у государства деньги на развитие, забыла, как называется эта помощь. И вот что теперь делать? Ведь промотают все деньги, а чем отдавать? Ко мне придут, вот будь уверена, придут.
- А давно они деньги-то взяли на бизнес?
- Так уже год прошел.
- И всё не отдали?
- Сын говорит, если чеки все предоставишь, то отдавать не надо, но я уверена, врут. Вон еще и машину какую купили. Ну точно все в долгах.
Степановна разбирала в это время пакеты с продуктами, которые неугодная сноха оставила на кухне. Мясо и рыба, фарш. Степановна обязательно просила себе фарш из говядины, чтобы котлетки делать и фрикадельки. Макароны, колбаса, пара пакетов крупы. Она увидела эту крупу в магазине. Не рис с гречкой, нет, она захотела купить что-то новое, но в ее пенсию это уже не помещалось, пришлось добавить кускус и белую фасоль в список продуктов, которые должен был привезти сын. Еще туда добавила копченной колбаски, баночку икры и меда. Масло сливочное выбрала самое дорогое, даже фото магазинной полки прислала сыну, чтобы понял, какое ей надо. Любимые конфеты и коробка ванильного зефира. Каждый пакет она внимательно просматривала, сверяя сроки годности, мало ли что ей тут понакупят.
Ого, сколько тебе всего привезли, даже про твою кошку не забыли облезлую. Это же вся пенсия за один поход в магазин.
Ой, да ладно тебе, мне немного надо. Пошли лучше чай с зефиром пить, следующий раз малиновый надо просить, чтобы купили, ванильный надоел мне что-то.
Сноха в это время забирала маленькую Аленку из садика. Она даже порадовалась, что сегодня ей не нужно было заезжать на работу, салоны один день проработают и без нее. Утром прошлась по магазинам, купила свекрови продукты и лекарства, отвезла ей их, а вот разобрать не успела. Из сада позвонили, Аленка упала с горки и разбила колено. Просили забрать домой. Следующую неделю дочка будет сидеть дома с няней. Они всегда вызывают одну и ту же женщину, Аленка ее знает и без проблем с ней остается. С бабушкой она так не сидит. Аленка не любит ездить к бабушке, та все время ворчит и ругает маму за то, что та лентяйка.
Катерина после техникума работала по специальности акушером в поликлинике, там же, где и практику проходила. Муж в этой же поликлинике хирургом. Зарплаты у врачей слезы, поэтому как вышла в декрете сразу прошла курсы переобучения от фонда социальной защиты. Потом еще платно прошла, получила сертификат и стала работать. Благо роды прошли хорошо, Аленка была на редкость спокойным ребенком. Это позволило за три года не только набить руку, но и набрать хорошую базу клиенток. Зарплата стала в разы выше, чем у бывших коллег, и Катя решила не возвращаться в поликлинику, написала заявление на увольнение и засела дома.
Чуть позже знакомая предложила открыть совместный салон красоты, она даже нашла помещение с недорогой арендой. Но одна все равно боялась прогореть и не потянуть оплату. Катя согласилась, отправила дочь в частный сад, и работа закипела.
Вот спустя два года у нее уже три салона, подруга, что предложила совместное открытие, не вытянула. А Катька ничего, крутанулась, выкупила помещения, сдает подруге место в аренду в своем салоне. Все довольны. Вот машину взяли новую. Не так давно ремонт сделали в квартире, окна заменили.
Пока Катя училась и открывала салоны, муж ее поддерживал, а сейчас, когда все стало более или менее стабильно, сам ушел на переобучение. Работает в частной клинике, после работы едет на учебу, повышает квалификацию, дома бывает нечасто. Приходит поздно, уходит рано, но у него есть цель. После обучения и получения сертификата он будет получать больше денег и должность станет выше. Катя все понимает, сейчас его очередь. Не понимает только мама Ивана, она все пилит сына за то, что у него жена дома сидит. По мнению свекрови, Катька лентяйка, которая целыми днями ничего не делает. После того как ребята машину купили, она вообще сыну покоя не давала, пока он ее номер не заблокировал. После этого мать притихла. Боится, что он совсем ее бросит, но Катя же видит, каким взглядом каждый раз смотрит на нее свекровь. Следующий раз она к ней не пойдет, закажет доставку и все, устала уже от нападок.
А Степановна в это время сидела на кухне, пила чай с ванильным зефиром, который ей привезла беспутная жена сына, и жаловалась на нее соседке. Рассказывая ей свои домыслы и фантазии.
- И ведь не работает, ну вот как так живут, я не понимаю. Представляешь, они же загранпаспорта в этом году сделали. Говорят, путевки купим, полетим на отдых, а я вот думаю, кто их пустит с их долгами за границу. Наверное, сперва долги надо раздать, а потом уже летать-то? И на какие шиши они покупать путевку-то будут. Ох, вот как придут они ко мне, как выставят мне счет, как скажут: «Плати, мать». Это где ж я столько денег-то возьму, квартиру если только продать. А самой где жить потом? Вот не поверишь, целыми днями думаю, сижу думаю, аж голова болеть начинает.
- Да ты погоди суету наводить, не пришли же еще. Сколько лет назад, говоришь, они эти выплаты брали и ни разу не побеспокоили тебя, с чего ты решила, что сейчас придут-то?
- А как же, это они столько лет не платили, там проценты-то какие набежали, видать, только и делают, что деньги в долг берут, иначе на что им жить. Ох, грехи наши тяжкие, – качала головой Степановна, мысленно представляя, как приходят сын с женой к ней на поклон, а она им фигу в нос сует. Она даже речь придумала, столько раз ее у зеркала репетировала, вот только случая пока не представилось ее произнести.