Цветная палатка, нелепо торчащая возле лестницы, что вела к аудиториуму, дразнила прохожих своей аляпистостью и кричащими цветами. Красно-чёрное, в полосочку, полотнище, украшенное лентами. Флажки: синие, жёлтые и красные, - трепетали на ветру. Над входом болтался скрипучий деревянный щиток с надписью:
«Турнир по рыбной ловле! Запись здесь!»
Под навесом стоял грубо сколоченный столик, а на нём стопка грубой бумаги, перья и чернильница и большие весы - для измерения веса пойманных рыбин.
За столом сидела Габриэль и всем своим видом показывала ту глубочайшую душевную трагедию, которую сейчас переживала. Она сокрушённо подпирала ладонью щёку, а глаза её выражали такую смертную тоску, что любой, кто встретился бы с ней взглядом, моментально передумал бы участвовать в турнире, а вместо этого отправился бы спать в свою комнату...
Она зевнула.
Дерзко, демонстративно - как зевают люди, не желающие скрыть своего презрения к происходящему.
- Я... судья по рыбной ловле... - пробубнила она голосом, достойным трагической сцены театральных подмостков. - Как докатилась до жизни такой?..
А совсем рядом бушевал ураган веселья, грозивший сдуть палатку! Ураган в человеческом обличии - Катарина.
Чудовищная бой-баба, способная одним ударом выбить из седла бывалого рыцаря, сейчас она больше напоминала деревенскую озорную хулиганку. И одета была соответствующе.
Смешно приплясывая, она крутилась у входа в палатку и вовсю дразнила будущих участников турнира.
- Участвуйте-участвуйте, господа и дамы! Победителю... не знаю, что, а проигравшим - пир из общего улова! Спешите, пока всю рыбу не слопали за вас!.. Эй ты! Умник! Хватит там удочки мерять! Они все в бочках одинаковые!
Габриэль вздохнула.
- Я тут сдохну со скуки...
В этот момент Катарина втиснулась в палатку и начала там наводить шороху. Увидев кислую мину напарницы (а Катарина тоже была выбрана судьёй), она попыталась развеселить Габриэль разными забавными случаями из своей рыцарской жизни.
Но наёмница реагировала вяло. Половину слов пропускала мимо ушей, а на другую половину отвечала односложным «Угу»...
- ...А он, короче, такой голову поднимает... - давясь от смеха тараторила Катарина. - И мне: - А хде мая лошадь?.. Ахаха! Правда забавно? Сам же её на постоялом дворе пропил, и забыл! Правда забавная история?
Габриэль закатила глаза.
- Угуу...
Катарина упёрла руки в бока.
- Да что с тобой, Габи? Почему ты не смеёшься? Тебе эта история не кажется забавной?
- Конечно... Нет!
- Ну тогда посмейся для... Погоди, что?! Не показалась?
- Нет. Рыцарь, который пропил собственную лошадь... Ты, поди, его казнила за это?
Теперь уже Катарина вздохнула. Улыбка ещё кое-как держалась на её лице, но в остальном видна была досада.
- Знаешь, Габи, ты могла бы быть чуточку подружелюбнее.
- А мне обязательно быть дружелюбной?
- Как это - обязательно?.. Дружба - это, как бы, не обязательство. Но надо вести себя теплее, что ли... Как я, когда мы впервые познакомились!
Она гордо ткнула себя пальцем в грудь.
Габриэль нахмурилась, вспоминая первое знакомство.
- Аа... разве ты тогда не глядела на меня так, будто я еретичка-ведьма, которой надо срочно отрубить голову?
- Конечно! Но я всё равно потратила кучу времени, чтобы представиться и завести дружескую беседу... А ты такая: - Здрассте. Габриэль... Я тогда сразу поняла, что с тобой будет нелегко поладить.
Габриэль усмехнулась.
- А вот это признание забавное. А я в тот раз подумала, что ты просто ещё один рыцарь, которому очень нравится собственный голос.
- Голос? - удивилась Катарина. - Аа... о чём ты?
Габриэль лениво вытянула руку и ткнула указательным пальцем в ту сторону, откуда доносился рёв капитана Михаэля.
- Одна из тех типов, что любят много болтать, но в бою бесполезны.
- Эй! Габи! Это уже, знаешь, как-то немного грубовато! Обидно даже... Ты правда так подумала? - добавила она, немного помолчав.
- Да.
- Ох, Богиня! Ну ты же передумала, когда увидела меня в деле?
- Да. На удивление сильная и опасная женщина.
Катарина покачала головой.
- Да, Габи... Обаяние у тебя нулевое... Но подруга ты замечательная! Сильная... Ну, не как я, конечно, но всё же! И храбрая. Я в тебе уверена - ты всегда прикроешь спину.
- Ох, не напоминай о работе! Я бы с удовольствием сидела бы сейчас где-нибудь в засаде, а не в этой дурацкой палатке!
Катарина весело рассмеялась.
- При-кры-вать мне спину! А мы с тобой отличная команда! Даже судейство на рыболовном турнире нам по плечу! Но давай всё же попытаемся поладить, напарник!.. О! Эй ты! - Катарина резко развернулась и высунулась из палатки, махая руками. - Да, ты - картавенький! Хорош удочки тискать и поди сюда - записывать тебя будем!
- Цц... Ну раз ты так говоришь... Я не могу отказаться. - пробормотала Габриэль, кладя перед собою лист бумаги.
К палатке и правда осторожно подбирался уже один из учеников младшего звания. Минуту назад он занудствовал, поправляя большие тяжёлые очки, перед небольшой компанией учеников, объясняя им всю суть турнира, полезность рыбалки, которая по его словам развивала такие важные качества, как ловкость, внимательность и терпение, правильные способы оценки и выбора удочки, а также даже сделал предположение, что рыболовный турнир и вовсе часть подготовки к будущему экзамену.
Габриэль записала его имя, а Катарина наградила парня таким дружеским хлопком по спине, что тот едва не потерял очки и едва не излечился от картавости!
- Ты во всём прав, малыш! - прогремела она, пока парень охал, приходя в себя. - Только забыл самое главное!
- Что?.. - выдохнул тот.
- Рыба - вкусная! Ахаха!.. Следующий! О! Рейнард! Пришёл со своей удочкой? Ща мы тебя запишем!
Записавшись на турнир, Рейнард не стал толкаться у палатки и выслушивать умные речи очкастого любителя тактики и рыбалки, а направился вверх по лестнице.
Народ всё прибывал, а Катарина записывала желающих поучаствовать в турнире с таким ехидным выражением лица, будто по секрету знала, что в пруд выпустили морское чудище и бедолаги скоро получать «сюрприз»!
С обзорной террасы, слева и справа от лестницы, открывался выгодный вид на озеро. Отсюда удобно будет наблюдать за суетящимися студентами, всё прибывающими из двух арок по обеим сторонам озера. Хорошо слышан был искристый смех девчонок и байки о том, как кто-то выловил рыбину, размером с телегу.
Но сюда он поднялся не за этим.
Чарити стояла тут, облокотившись о перила. Как обычно - босиком, зато в просто невероятном платье! Даже человек, далёкий от моды, безошибочно распознал бы: одна только ткань стоила целое состояние, а если учесть ещё и безупречную работу мастера... Но этого Чарити было мало - видно было, что хозяйка самостоятельно перешила дорогущий наряд. И сделала это столь искусно, что не испортила его, а добавила ещё больше лоска! И теперь платье это буквально притягивало взгляды.
Девушка любовалась озером. Взгляд её был неподвижен, как у человека, погружённого в свои мысли.
Рейнард приметил её уже давно. Ему даже показалось, что это именно за ним она следит взглядом. Но это, конечно же, не так. И всё же он тут. И сделал шаг в сторону одноклассницы.
- Доброго дня!
Чарити медленно повернулась и мило улыбнулась ему.
- О! Господин дворянин! Доброго... А чего это вы тут, а не там - внизу, - она указала пальцем за перила. - вместе со всеми?
- Опять а вы? - нахмурился Рейнард.
- Ладно, ладно, не злись! Я же просто пошутила, мой дорогой чувствительный дворянин! Хехе...
Улыбка её говорила сама за себя, но... хотя бы так! Можно и стерпеть небольшой сарказм.
- Ты тоже пришла участвовать в турнире? - спросил Рейнард, устроившись возле Чарити.
Девушка брезгливо насупила носик.
- Турнир? Фи!.. Я ненавижу рыбалку, Рейнард!
Неожиданно, презрение и брезгливость на лице сменила грусть.
Чарити похлопала ладонями по перилам.
- Когда я была маленькой, мне приходилось рыбачить... Но это было не весёлое занятие. Не турнир, не для удовольствия... А чтобы добыть хоть немного еды.
Она поправила шляпку, чтобы ветер не тревожил её так сильно.
- Несколько часов стоишь по колено в ледяной воде. Так, что ноги потом ломит, и пальцы сводит судорога... И всё это ради пары рыб... Если посчастливится. Знаешь, Рейнард, ловить рыбу голыми руками - та ещё задачка.
Рейнард опустил голову. Ему тяжело было слушать рассказ Чарити.
Частенько ему доводилось раздавать милостыню бездомным детям, что крутились у храмов, на площадях и возле рынка. Будучи маленьким мальчиком, он не понимал до конца их нужду, но знал - это важное и милосердное дело.
А родители, конечно же, были и не против. Даже наоборот - всячески потакали его жалостливости. Ведь это и выглядит достойно: сын первого министра заботится о самых несчастных и бедных. Да и как для дворянина очень важно - учиться быть благородным, участливым и щедрым. Настоящий дворянин ведь всегда протянет руку тому, кто оказался в беде. Это правильно. Хорошее воспитание и повод для разговоров в высших кругах.
Поэтому родители с лёгким сердцем жертвовали внушительные суммы.
Рейнард тоже был рад и не жаден. Но уже тогда понимал, что всех денег не раздашь и всех не осчастливишь своим кошельком. Это его огорчало, но отец дружески похлопывал по плечу и улыбался:
- А ты не считай. Просто помогай по мере сил, и всё...
- А как же... почему руками? - спросил Рейнард. - Ведь удочка же...
Чарити рассмеялась. Звонко, громко, даже о него опёрлась, чтобы не свалиться от смеха.
- Ах, добрый господин дворянин! Глупенький! Кто ж нищей девочке удочку даст? Аах...
Она утёрла слезу, повисшую на реснице.
- Если бы тогда, в детстве, кто-то дал бы мне одну из этих жирных рыбин, которых мы тут каждый день лопаем... я, наверное, расплакалась бы.
Рейнарду вдруг показалось, что слёзы у одноклассницы совсем не от смеха, но она, поймав на себе внимательный взгляд, немедленно улыбнулась.
- А ты знаешь... Ты не так уж и плох, для господина дворянина... Участвовать в турнире я не буду, но, пожалуй, буду болеть за тебя! Так что иди и победи всех!
