Когда американский президент Дональд Трамп снова решил поиграть в геополитику подлодками, он наткнулся на старого и куда более изворотливого игрока — Турцию. Конвенция Монтрё, подписанная почти век назад, вдруг стала для Вашингтона каменной стеной, а для Анкары — идеальным щитом, за которым можно уверенно сказать: «Нет». И в этот раз «нет» значит действительно «нет».
Дональд Трамп — человек, который привык мыслить масштабно и заказывать музыку, но иногда жизнь подсовывает подводные камни, которые не так-то просто обойти. В нашем случае — это Турция, Конвенция Монтрё и узкий Босфорский пролив.
Когда американский президент заявил, что две атомные подводные лодки уже недалеко от России, он, возможно, рассчитывал произвести впечатление. Однако Чёрное море — это не Атлантика и даже не Тихий океан. Это закрытый бассейн с особым режимом, и Турция — единственный привратник в эти воды. А у привратника есть ключи и очень четкая инструкция: кому можно, кому нельзя. Инструкция эта датируется 1936 годом и носит имя Конвенции Монтрё.
В ней чёрным по белому прописано: военным кораблям нечерноморских стран вход строго по правилам и с ограничением срока пребывания. Постоянная дислокация атомных подлодок США в Чёрном море? Даже в фантастических романах такое с трудом помещается, а в международном праве — и подавно.
Турция, как и положено хорошему хозяину, ещё с начала российской специальной военной операции закрыла проливы для прохода военных кораблей стран-участниц конфликта. И уж точно не откроет их ради красивого жеста Дональда Трампа, каким бы громким ни был его пост в соцсетях. У Анкары в этом плане железная позиция: действовать в интересах собственной безопасности и региональной стабильности.
Конечно, кто-то в Вашингтоне может надеяться, что Турция — страна гибкая, и с ней можно договориться. Но у Реджепа Тайипа Эрдогана уже достаточно примеров, когда Анкара шла поперек американских интересов, если это совпадало с ее внутренними и внешнеполитическими задачами. Достаточно вспомнить закупку российских С-400, которая вызвала у Пентагона нервный тик.
А теперь представим на минуту: США все же пытаются провести атомные подлодки в Черное море, обходя правила. Это не просто нарушение международного права — это вызов России, ядерной державе, которая в таких случаях не склонна к долгим дипломатическим дискуссиям. И Турция прекрасно понимает, что оказаться в эпицентре такой конфронтации ей не нужно ни за какие политические бонусы.
Интересно и то, что сам Трамп, делая свои громкие заявления, явно пытался не столько реализовать военную операцию, сколько оказать психологическое давление на Россию и Турцию. Но в дипломатической игре давление работает только тогда, когда у вас есть реальные рычаги. В данном случае рычаги — у Турции, а не у Белого дома.
Вся эта история наглядно показывает, что эпоха, когда США могли беспрепятственно перемещать свои флотилии по всему миру, уходит в прошлое. Сегодня даже региональные державы, такие как Турция, способны поставить Вашингтон в подводный тупик. И в этом есть особая ирония: американская «сила» натолкнулась не на российские ракеты и не на китайские эсминцы, а на 19-ю статью конвенции, подписанной ещё в межвоенной Европе.