Документы на переоформление квартиры лежали на столе уже неделю. Всё было готово — нотариус ждал только нашей подписи. Трёшка в хорошем районе, которую я покупала в девяностые на все свои сбережения, должна была стать свадебным подарком дочери.
— Мам, ты уверена? — спросила Оленька, перебирая бумаги. — Это же твоя единственная квартира.
— Уверена, доченька. Вы молодые, семью создаёте, детишек планируете. А мне что — в однушке своей прекрасно живётся.
— Но мам...
— Никаких "но"! — я обняла дочь. — Хочу, чтобы у вас всё было хорошо. Чтобы жильё своё было, чтобы никого не зависели.
Руслан, зять мой, молчал. Сидел и какие-то бумажки перебирал на телефоне. Странный он какой-то стал последнее время — раньше общительный был, а теперь всё больше молчит да в телефон уставился.
— Руслан, ты как? Согласен? — спросила я.
— А, да, конечно. Спасибо большое, Антонина Васильевна.
Говорил он это как-то рассеянно, будто мысли где-то далеко. Но я списала на волнение — всё-таки квартиру получает, не каждый день такое случается.
Подписали мы документы, нотариус всё оформил. Квартира теперь в совместной собственности у дочки с зятем. А я довольная домой поехала — хорошее дело сделала, детям помогла.
Олечка звонила каждый день, благодарила, рассказывала, как они квартиру обустраивают. Мебель новую покупают, ремонт небольшой делают. Я радовалась — молодым всё к лицу.
Только вот Руслан что-то совсем странным стал. Раньше "мамой" называл, а теперь только по имени-отчеству. И смотрит как-то... не так. Холодно что ли.
— Оля, а что это Руслан стал таким официальным? — спросила я как-то дочку.
— Да ничего особенного, мам. Устаёт на работе, нервничает.
— А чего нервничать? Квартира есть, работа есть.
— Мам, ну мало ли что у людей на душе. Не все же свои переживания наружу выносят.
Решила я не лезть. Пусть разбираются сами — молодая семья, сами разберутся.
А тут вдруг звонит мне Оленька, голос испуганный:
— Мам, можно к тебе приехать? Поговорить надо.
— Конечно, доченька. А что случилось?
— По телефону не скажу. Сейчас приеду.
Приехала она бледная, глаза красные — видно, плакала.
— Оля, что стряслось-то?
— Мам, у нас с Русланом проблемы.
— Какие проблемы? Поругались?
— Не поругались... Он изменился, мам. Совсем другим стал.
— В каком смысле другим?
— В прямом. Раньше он добрый был, весёлый. А теперь... — она заплакала. — Теперь он считает, что всё может себе позволить.
— Что значит всё может?
— Он говорит, что теперь он хозяин квартиры. И может делать что хочет.
— Ну так он же хозяин. Вы оба хозяева.
— Мам, ты не понимаешь. Он говорит, что я теперь должна его слушаться во всём. Что квартира делает его главным в семье.
Не понравились мне эти слова.
— Оленька, а что именно он говорит?
— Он запретил мне подруг приглашать. Говорит — его квартира, он решает, кого пускать. И готовить заставляет только то, что он любит. А если не согласна — пусть съезжаю.
— Как съезжаю? Это же твоя квартира тоже!
— Формально да. А по факту он считает себя единственным хозяином.
Плохо мне стало. Неужели я такого человека в зятья получила?
— Оля, а может, ты преувеличиваешь? Может, он просто шутит?
— Мам, какие шутки? Он вчера серьёзно сказал, что если мне что-то не нравится, могу к тебе переехать. А квартира останется ему.
— Что?! Как это останется ему?
— А так. Говорит, раз я не справляюсь с обязанностями жены, значит, не достойна такого жилья.
Кровь у меня в жилах закипела. Вот негодяй! Подарила я им квартиру от чистого сердца, а он теуже мою дочь унижать начал!
— Оленька, а ты что ему отвечаешь?
— А что отвечать? Он психует, кричит. Говорит, что имеет право требовать, раз квартира есть.
— Какое право? Квартира подарена вам обоим!
— Мам, ему всё равно. Он считает, что мужчина в доме главный, а женщина должна подчиняться.
— Раньше-то он не так думал!
— А раньше у него квартиры не было. А теперь есть — и характер показал.
Сидим мы с дочкой, чай пьём, а на душе тяжело. Такого оборота я не ожидала.
— Мам, а что мне делать? — спрашивает Оля.
— Не знаю, доченька. Надо подумать.
— А может, с ним поговоришь? Ты же ему квартиру подарила, может, послушает?
— Попробую.
На следующий день поехала я к ним. Руслан дома был, в спортивках на диване сидел, телевизор смотрел.
— Здравствуй, Руслан.
— О, Антонина Васильевна! Проходите, садитесь.
Голос вежливый, но в глазах что-то недоброе.
— Руслан, я хотела с тобой поговорить. Оля расстроенная приезжала.
— А, расстроенная... — он усмехнулся. — Да, бывает у неё настроение портится.
— Говорит, у вас проблемы в семье.
— Никаких проблем нет. Просто я объясняю жене, что в семье должен быть порядок.
— Какой порядок?
— Нормальный. Мужчина работает, обеспечивает семью, женщина дом ведёт и мужа слушается.
— Руслан, но Оля же тоже работает.
— Работает. Ну и что? Зарплата у неё копеечная, не то что у меня.
— При чём тут зарплата?
— При том, что кто больше зарабатывает, тот и главный.
Не нравился мне этот разговор.
— Руслан, а квартира тут при чём?
— Квартира? — он выпрямился. — А при том, что теперь у меня есть собственность. Есть что терять. И я не позволю никому командовать в моём доме.
— В своём доме? Руслан, квартира подарена вам обоим.
— Формально да. А по сути кто в ней хозяин? Я.
— Почему ты?
— Потому что я мужчина. И потому что я больше зарабатываю.
— Руслан, это неправильно. Оля твоя жена, а не прислуга.
— Антонина Васильевна, — голос у него стал холодным, — спасибо вам за квартиру. Но теперь это наши семейные дела. И вмешиваться в них никто не имеет права.
— Как не имею права? Я мать Оли!
— Мать — да. Но квартира теперь не ваша. И порядки в ней устанавливаю я.
Я аж опешила от такой наглости.
— Руслан, ты забыл, кто тебе эту квартиру подарил?
— Не забыл. Подарили — спасибо. Но подарок означает, что теперь это наше. И мы сами решаем, как жить.
— Ваше, но не только твоё!
— Моё в том смысле, что я глава семьи.
— Какой ты глава семьи? Ты мальчишка!
— Мальчишка? — он встал. — Антонина Васильевна, я взрослый мужчина. У меня есть работа, есть жильё, есть жена. И никто не будет мне указывать, как жить.
— Я не указываю. Я прошу не обижать мою дочь.
— Никто её не обижает. Просто объясняю, что в семье должны быть правила.
— Какие правила?
— Простые. Жена должна мужа уважать, слушаться, создавать уют. А если не нравится — может уйти.
— Куда уйти? Это её квартира тоже!
— Ну так пусть остаётся. Но тогда пусть выполняет обязанности жены.
— Какие обязанности? Оля же всё делает!
— Не всё. Подруг всяких приводит, болтает с ними часами. Готовит не то, что я люблю. Спорит со мной.
— И что, за это её выгонять?
— Не выгонять. Объяснять, как надо себя вести.
Я поняла, что с ним бесполезно разговаривать. Квартира его испортила окончательно.
— Руслан, я очень разочарована в тебе.
— Ваше право, Антонина Васильевна. Но жить мне с женой, а не с вами.
— Если ты будешь так дальше себя вести, то жить тебе будет не с кем.
— Посмотрим.
Ушла я от них расстроенная. Видно, ошиблась я в человеке. Показал Руслан своё настоящее лицо.
А через неделю звонит мне Оля, рыдает в трубку:
— Мам, он меня выгнал!
— Как выгнал?
— Сказал, чтобы убиралась к тебе. Что надоела ему со своими капризами.
— Оля, приезжай сейчас же!
Приехала дочка с одним чемоданом, глаза опухшие от слёз.
— Рассказывай, что случилось.
— Да ничего особенного. Я подругу пригласила на чай. Он пришёл с работы, увидел её, начал орать. Говорит — сколько раз говорил, чтобы чужих не водила! А когда я возразила, что это моя подруга и мой дом тоже, он взорвался.
— И что сказал?
— Сказал, что если мне не нравятся его правила, могу убираться. Что он теперь хозяин квартиры и будет жить, как хочет.
— А документы на квартиру где?
— У него. Он их спрятал, говорит — на всякий случай.
Плохо мне стало. Понимаю — надо что-то делать, но что?
— Мам, а может, к нотариусу сходить? Узнать, можно ли дарение отменить?
— Можно попробовать.
Пошли мы к нотариусу. Объяснили ситуацию.
— К сожалению, — говорит нотариус, — просто так дарение не отменишь. Нужны серьёзные основания.
— А какие основания?
— Ну, например, если одаряемый покушался на жизнь дарителя. Или причинил существенный вред.
— А моральный вред считается?
— В суде можно попробовать доказать. Но это сложно.
Вернулись мы домой ни с чем. Сидим, думаем, что делать.
А тут звонок в дверь. Открываю — Руслан стоит.
— Антонина Васильевна, можно войти?
— Заходи.
Зашёл он, сел за стол, вид у него наглый такой.
— Я по поводу Оли приехал.
— И что по поводу Оли?
— Пусть возвращается. Я согласен её простить.
— Простить? За что простить?
— За непослушание. За то, что спорила со мной.
— Руслан, ты совсем обнаглел?
— Я не обнаглел. Я взрослый мужчина, который знает, чего хочет.
Оля вышла из комнаты, лицо бледное:
— Руслан, я не вернусь.
— Оля, не дури. Где ты жить будешь? У мамы? В однушке?
— Буду. Зато спокойно.
— Спокойно... — он усмехнулся. — А деньги где брать будешь? Зарплата у тебя копеечная.
— Как-нибудь проживу.
— Как-нибудь... Оля, ты взрослая женщина. Пора мозгами думать. У тебя есть хорошая квартира, есть муж, который зарабатывает. Что тебе ещё надо?
— Уважения надо.
— Уважение заслужить нужно.
— Как заслужить?
— Быть хорошей женой. Слушаться мужа, не спорить, дом вести.
— Я и так всё это делала!
— Не всё. А то, что делала, делала через силу, с недовольным лицом.
Я не выдержала:
— Руслан, хватит! Ты превратился в какого-то тирана!
— Антонина Васильевна, — он повернулся ко мне, — а вы вообще молчите. Это не ваше дело.
— Как не моё? Это моя дочь!
— Ваша дочь — моя жена. И семейные дела нас касаются только нас.
— Руслан, ты забыл, что квартира — мой подарок?
— Не забыл. Но подарок стал нашей собственностью. И никто не имеет права диктовать нам, как в ней жить.
— Я не диктую. Я прошу не унижать мою дочь.
— Никто её не унижает. Просто требую выполнения супружеских обязанностей.
— Каких обязанностей?
— Обычных. Готовить, убирать, мужа слушаться.
— А что взамен?
— Взамен? — он удивился. — Крыша над головой, еда, одежда. Разве мало?
— Мало. Любовь где? Уважение?
— Любовь и уважение нужно заслужить.
— Оля их не заслужила?
— Пока нет.
Я встала:
— Руслан, убирайся из моего дома.
— Как угодно. — он тоже встал. — Но Оле передайте — если хочет вернуться, пусть приходит с извинениями.
— За что извиняться?
— За непослушание. За то, что со мной спорила.
— А если не придёт?
— Не придёт — её дело. Но квартира останется за мной.
— Как за тобой? Она там прописана!
— Прописана, но не живёт. А я живу и коммунальные плачу.
— Оля тоже платила!
— Копейки платила. А основную сумму я плачу.
И тут он выдал такое, что я чуть не упала:
— Кстати, Антонина Васильевна, если хотите к нам приезжать, тоже придётся платить.
— Что платить?
— Аренду. За пользование квартирой.
— Какую аренду? Это же моя квартира была!
— Была. А теперь наша. И если кто-то хочет в ней находиться, должен компенсировать расходы.
— Руслан, ты совсем с ума сошёл?
— Нет, просто навожу справедливость. Квартира стоит денег. Коммунальные стоят денег. Почему я должен всё сам оплачивать?
— Потому что ты там живёшь!
— Я плачу за себя. А если кто-то ещё хочет пользоваться благами, пусть тоже платит.
— Какие блага? Это обычная квартира!
— Обычная, но хорошая. В центре, с ремонтом. За такую на рынке приличные деньги просят.
Я поняла — он совсем обнаглел. Квартира его окончательно испортила.
— Руслан, плати или убирайся — это я тебе говорю! Убирайся из подаренной квартиры и больше не показывайся!
— Антонина Васильевна, квартира моя по закону. И выселить меня оттуда никто не может.
— Посмотрим.
— Посмотрим. Но пока я живу там законно. А если кто-то хочет приходить — пусть платит или убирается.
Он ушёл, а мы с Олей остались в шоке. Не может быть, чтобы закон был на его стороне!
На следующий день пошли к юристу. Выяснили — формально он прав. Квартира оформлена на них обоих, но если Оля не живёт, то её права ограничены. А выселить Руслана нельзя — он собственник.
— А что делать? — спросила я.
— Либо мириться, либо через суд делить имущество при разводе, — ответил юрист.
— А дарение отменить?
— Очень сложно. Нужно доказать, что муж угрожал или причинил существенный вред.
Вот так и получилось — подарила я квартиру от души, а получила неблагодарного зятя, который теперь требует плату за посещение собственного подарка.
Оля подала на развод. Квартиру будут делить в суде. Но пока Руслан там живёт один и наслаждается властью.
А я думаю — как же можно так ошибиться в человеке? Казался хорошим парнем, а оказался настоящим хищником. Дождался подарка и показал истинное лицо.
Теперь буду знать — дарить недвижимость нельзя никому. Даже самым близким. Люди меняются, когда у них появляется собственность. И не всегда в лучшую сторону.