— Мама, какой у тебя замечательный сад! — восхищалась невестка Лена, глядя на мои яблони. — И домик такой уютный.
Я улыбнулась, поправляя садовые перчатки. Дача действительно была моей гордостью. Тридцать лет мы с покойным мужем вкладывали в неё душу и деньги.
— Спасибо, дорогая. Мы с Петром много трудились.
— Мам, а ты не думала о том, чтобы передать дачу детям? — спросил сын Игорь, присаживаясь на лавочку под вишней.
— Зачем передавать? Я же ещё жива.
— Живая, конечно. Просто в твоём возрасте такое хозяйство тяжело вести.
— Мне не тяжело. Я люблю здесь работать.
— Любишь, но силы уже не те, — вмешалась дочь Марина. — Посмотри, какие у тебя грядки большие. А поливать каждый день надо.
— Поливаю. Справляюсь.
— Пока справляешься, — вздохнул Игорь. — А что потом будет?
— Что потом?
— Ну, когда совсем тяжело станет. Кто дачу содержать будет?
— Игорь, не говори о таком. Я ещё не собираюсь умирать.
— Мам, никто не говорит об этом, — успокоила Марина. — Просто лучше заранее всё оформить.
— Что оформить?
— Дарственную. Чтобы дача официально к нам перешла.
— А зачем?
— Затем, что мы будем её содержать. Поможем тебе.
— Мне помощь не нужна.
— Нужна, мам. Ты просто не хочешь признавать.
— Лена права, — поддержал сына Игорь. — Посмотри, забор покосился. Крышу надо ремонтировать.
— Так отремонтируете.
— Отремонтируем, если дача будет наша.
— А если моя — не отремонтируете?
— Отремонтируем, но это же неправильно. Тратить свои деньги на чужую собственность.
— Чужую? Игорь, я твоя мать!
— Мать, конечно. Но по закону дача твоя личная собственность.
Я задумалась. Действительно, дети правы. Забор покосился, крыша местами протекает. А у меня денег на ремонт нет.
— Хорошо, — сказала я. — Подарю дачу вам.
— Вот и умница! — обрадовалась Лена. — Теперь мы всё приведём в порядок.
— Только как делить будем? — спросила Марина. — Нас двое, а дача одна.
— Давайте на меня оформим, — предложил Игорь. — Я мужчина, мне проще хозяйством заниматься.
— Почему на тебя? — возмутилась сестра. — У меня тоже руки есть.
— Есть, но ты в городе живёшь. А мне ближе ездить.
— Дети, не ссорьтесь, — вмешалась я. — Давайте пополам оформим.
— Как пополам? — не понял Игорь.
— Ну, по половине каждому.
— Мам, это неудобно. Лучше на одного оформить.
— Тогда на меня, — сказала Марина. — Я старше.
— Возраст здесь ни при чём.
— При чём. Я дольше на даче бываю.
— Это когда ты дольше бываешь?
— Каждые выходные приезжаю.
— С детьми приезжаешь поесть маминых помидоров.
— А ты что делаешь? Тоже приезжаешь со своими детьми.
— Я хотя бы помогаю. Дрова колю, забор чиню.
— А я огород пропалываю.
— Дети, хватит! — прикрикнула я. — Оформим на Игоря. Он действительно больше помогает.
Марина надулась, но спорить не стала.
Через месяц дача официально стала принадлежать сыну. Игорь сразу взялся за дело. Забор выровнял, крышу подлатал, новые грядки сделал.
— Вот видишь, мам, как хорошо получилось, — говорил он, показывая мне отремонтированный сарай. — Теперь всё в порядке.
— Да, сынок. Спасибо тебе.
— Не за что. Теперь это моя забота.
— Наша забота, — поправила я.
— Конечно, наша. Ты здесь главная хозяйка.
Но постепенно я стала замечать перемены. Игорь начал принимать решения без меня. То цветы пересадит в другое место, то грядку перекопает под газон.
— Игорь, зачем ты мои астры выкорчевал?
— Мам, они место занимали. Я газон засеваю.
— Но я же астры люблю!
— Любишь, но газон практичнее. Не надо полоть.
— А мне нравится полоть. Это моё удовольствие.
— Мам, в твоём возрасте нужно беречь спину.
— Моя спина в порядке.
— Пока в порядке. А потом что?
— Игорь, ты же обещал, что я останусь главной хозяйкой.
— Остаёшься. Просто я помогаю принимать решения.
— Без моего участия?
— С твоим участием. Я же с тобой советуюсь.
— Когда советуешься? Астры выкорчевал — не спросил. Газон засеял — не предупредил.
— Мам, это мелочи. Главное, что дача в хорошем состоянии.
— Для меня астры не мелочи.
— Посадим в другом месте.
— Где?
— Найдём место.
Но место не нашлось. Игорь весь участок переделал под свой вкус. Вместо моего пёстрого сада появился аккуратный газон с розами по периметру.
— Красиво получилось, — одобрила Лена. — Как в журнале.
— Мне нравился мой сад, — грустно сказала я.
— Твой сад был старомодный, — возразила невестка. — А теперь современно и стильно.
— Я не люблю современное. Мне милее было по-старому.
— Привыкнешь, мам. Красота требует жертв.
Но я не привыкала. Каждый раз, приезжая на дачу, я с грустью смотрела на ровный газон вместо моих любимых клумб.
— Игорь, а можно мне хотя бы маленькую грядку оставить? Для цветов.
— Мам, зачем портить вид? Посмотри, как красиво всё получилось.
— Красиво, но не моё.
— Как не твоё? Ты же здесь живёшь.
— Живу, но не хозяйничаю.
— А зачем тебе хозяйничать? Отдыхай, наслаждайся красотой.
— Я не умею просто отдыхать. Мне нужно что-то делать.
— Делай. Полы мой, посуду убирай.
— Игорь, я о садовых работах.
— Садовые работы теперь моя забота.
— А моя забота какая?
— Следить за домом. Готовить, когда мы приезжаем.
Постепенно я поняла, что из хозяйки дачи превратилась в обслуживающий персонал. Каждые выходные приезжали Игорь с семьёй, Марина с детьми. Все ждали, что я их накормлю, развлеку внуков, приберу за всеми.
— Мам, а что у нас на ужин? — спрашивал Игорь, устраиваясь в кресле с пивом.
— Не знаю. Что приготовишь, то и будет.
— Как что приготовлю? Ты же хозяйка.
— Я думала, ты хозяин. Дача же твоя.
— Дача моя, но готовить — женское дело.
— Тогда пусть Лена готовит.
— Лена устала с дороги.
— А я не устала?
— Мам, ты же здесь постоянно живёшь. Привыкла.
— Привыкла не значит, что не устаю.
— Ну что ты споришь? Сделай что-нибудь простое.
И я шла на кухню готовить ужин для семи человек. Потом мыла посуду, убирала, стирала. А утром все уезжали, оставляя меня одну убирать за ними.
— Игорь, — сказала я однажды, — может, мне лучше в город переехать?
— Зачем в город? Тебе здесь хорошо.
— Хорошо, но одиноко.
— Как одиноко? Мы каждые выходные приезжаем.
— Приезжаете поесть и уехать. А я всю неделю одна сижу.
— Мам, зато какой у тебя воздух! Какая тишина!
— Слишком большая тишина.
— Привыкнешь. В городе шум, суета.
— В городе люди. Магазины, поликлиника рядом.
— А здесь природа, покой.
— Игорь, я не хочу покоя. Я хочу жить.
— Ты и живёшь. Прекрасно живёшь.
— Живу как сторож на даче.
— Не как сторож, а как хозяйка.
— Какая я хозяйка? Ты же всё решаешь.
— Решаю хозяйственные вопросы. А ты душа дома.
— Душа дома, которая готовит и убирает.
— Мам, не преувеличивай. Мы тебя очень ценим.
— Ценят обычно за что-то.
— Мы ценим тебя за то, что ты есть.
— И за то, что содержу дачу в порядке?
— И за это тоже.
— Игорь, а если я не буду содержать?
— Как не будешь?
— Ну, перестану готовить, убирать.
— Мам, что ты говоришь? Ты же мать семейства.
— Мать семейства или бесплатная домработница?
— Какая домработница? Ты наша мама!
— А мама должна всю жизнь обслуживать детей?
— Не обслуживать, а помогать.
— Помогать можно по желанию. А у меня выбора нет.
— Почему нет?
— Потому что я здесь живу. Некуда мне деваться.
— Зачем деваться? Здесь твой дом.
— Мой дом, но твоя дача.
— Мама, ты что-то странно рассуждаешь.
— Нормально рассуждаю. Просто поняла своё положение.
— Какое положение?
— Содержанки дачи.
— Мам, не говори глупости!
— Не глупости. Я содержу дачу, а дача принадлежит тебе.
— Ну и что? Мы же семья.
— Семья, в которой у меня нет никаких прав.
— Как нет прав?
— А какие у меня права? Цветы посадить не могу — ты против. Переехать в город не могу — ты против.
— Мам, я не против. Просто считаю, что тебе здесь лучше.
— А моё мнение?
— Твоё мнение неправильное.
— Почему неправильное?
— Потому что ты не видишь всей картины.
— Какой картины?
— Ты здесь в безопасности. Воздух чистый, стресса нет.
— А одиночество?
— Какое одиночество? Соседи рядом.
— Соседи — это не семья.
— А мы разве не семья? Каждые выходные к тебе ездим.
— Ездите поесть домашней еды и отдохнуть.
— А что плохого в том, что мы к тебе ездим?
— Плохого ничего. Но это не общение.
— А что такое общение?
— Когда интересуются твоими делами, твоими мыслями.
— Мы интересуемся.
— Чем интересуетесь?
— Ну... как дела, как здоровье.
— И всё?
— А что ещё?
— Можно спросить, о чём я думаю. Что читаю. О чём мечтаю.
— Мам, в твоём возрасте о чём мечтать?
— Вот видишь. Ты считаешь, что в моём возрасте мечтать не о чём.
— Не считаю. Просто не знаю, о чём можно мечтать.
— Можно мечтать о многом. О путешествиях, например.
— Какие путешествия? У тебя давление скачет.
— Скачет, но это не значит, что я должна сидеть на даче.
— Должна беречь себя.
— Игорь, а может, всё-таки вернуть мне дачу?
— Зачем?
— Чтобы я могла сама решать, как мне жить.
— Мам, мы уже столько денег вложили в ремонт!
— Я не прошу возвращать ваши вложения.
— Не прошу, но подразумеваешь.
— Ничего не подразумеваю. Просто хочу быть хозяйкой своей жизни.
— Ты и так хозяйка.
— Нет, не хозяйка. Я живу по вашим правилам.
— По каким правилам?
— Готовить, когда вы приедете. Убирать за вами. Не сметь ничего менять на участке.
— Мам, это не правила. Это естественный порядок вещей.
— Естественный для кого?
— Для всех. Ты мать, мы дети.
— Дети, которые распоряжаются матерью.
— Не распоряжаемся, а заботимся.
— Заботитесь, запирая меня на даче.
— Никто тебя не запирает.
— Игорь, я сама не могу принимать решения о своей жизни. Это и есть заточение.
— Мам, перестань драматизировать.
— Не драматизирую. Констатирую факт.
— Какой факт?
— Я подарила вам дачу, а вы меня туда же и сослали.
— Мы тебя не ссылали!
— Ссылали. Теперь я должна здесь жить и обслуживать вас.
— Не обслуживать, а быть частью семьи.
— Частью семьи с обязанностями, но без прав.
— У тебя есть права.
— Какие?
— Право на нашу любовь и заботу.
— А право на собственный выбор?
— Твой выбор не всегда правильный.
— Зато мой.
— Мам, ты устала. Иди отдохни. Завтра всё по-другому увидишь.
Но завтра я увидела всё так же. Красивую дачу, которая больше не моя. Газон вместо любимых цветов. И себя — бывшую хозяйку, превратившуюся в обслуживающий персонал.
А ведь когда-то я думала, что дарю детям подарок. Оказалось — подарила себе тюрьму.