- Ты серьёзно сейчас?! - Варя ввалилась на кухню с таким лицом, будто увидела призрак, - Мама, ты только что… ты допустила это?
В коридоре пахло кофе и освежителем с запахом чего-то "альпийского", которого в их жизни никогда не было. Варька стояла, не веря. Катя сидела за столом, в новом пиджаке, с бейджем на груди.
Екатерина Павловна Елисеева
Специалист по внешним коммуникациям
- Варя… - пробормотала Катя. - Давай поговорим.
- Ага. Только ты теперь не дома живёшь, а на работе. У "них".
Катя посмотрела вниз. Потом встала, сложила руки. Молчит. Всегда молчит, когда надо сказать.
- Ты знала, как я мечтала об этой работе, - голос Варвары дрожал. - Ты. Всё. Знала.
Мама умерла в декабре. Тихо. С отложенным горем. Она рставила трёшку в Медведкове, старый сервант и две дочки - с разными отцами, с разными судьбами, с одинаковыми чёрными глазами, как у той самой мамы, что так любила по вечерам резать яблоки и молчать.
Катя жила с мужем, но часто оставалась у Варвары. Варя звала её "моей девочкой". Катя не возражала. Всё детство Варя её тянула - за руку, за шиворот, за ухо. Варя собирала Катю из кусков: после отцов, после маминых истерик, после больниц.
- Не переживай, Катенька, - говорила она когда-то. - Мы с тобой как мамины запасы: под плёнкой, но выживем.
Они обе знали про конкурс на вакансию в медиахолдинге "Октава". Варя готовилась к нему как к марафону. Брала дополнительные курсы, писала резюме ночами, стирала и гладила костюм. Всё в ней было под это - опыт, энергия, упёртость, страсть.
А Катя... Катя случайно познакомилась с Алёной Витальевной на тренинге. Алёна Витальевна смеялась с её шуток и сказала:
- Ох, мне как раз такие нужны. Знаешь, с лицом нормальным и словарём не из "ТикТока". Приходи.
Катя пришла. И осталась.
- Значит, ты просто… решила не говорить мне, да? - Варя сидела на кухне, тёрла ногти о бок чашки.
- Я боялась, что ты… ну… - Катя заикнулась, - не поймёшь.
- Я не пойму, что сестра пошла работать на мою работу, по знакомству, молча?
- Варя…
- Ты трусиха. Ты всегда была трусихой. Даже когда мы на даче кошку хоронили - я рыдала, а ты говорила, что так надо. И всегда так: ты под одеяло, а я - в драку.
Катя опустила глаза.
- И в этот раз - то же самое, - сказала Варя тихо.
Варя живёт в квартире мамы. Окна на школу, где она училась. Каждый день дети - шарики, крики, звонки. А у неё - отчёты, кружка без ручки, два кота и чувство, что кто-то забрал воздух.
Она больше не верит в победу. В успех. В себя.
Потому что сестра с тем же лицом и голосом - оказалась быстрее.
Ей сорок два. Катя младше на восемь. Катя всегда догоняла. А теперь - перегнала.
И вот Варя сидит, слушает, как по радио говорят про новые медийные проекты "Октавы". Она выключает. На стене - мамина фотография. Взгляд оттуда строгий, как у школьной училки.
- Меня-то ты воспитала, - говорит Варя в пустоту. - А Катя? Её ты сама упустила.
Катя пытается загладить. Привозит торт, молчит на кухне. Варя ходит по квартире, как хозяйка в замке.
- Хочешь - живи здесь. Хочешь - уйди, - говорит Варя. - Только знай: ты меня предала.
Катя встаёт.
- А может, ты сама себя предала?
- Что?
- Может, ты столько лет играла в героиню, что не поняла, как другие просто живут?
- Я жила ради тебя! Ради мамы! Ради этого дома!
- А я, Варя? Ради кого мне жить было?
Они стоят молча. Кухня шумит холодильником.
Катя растёт в новой работе. Интервью, репортажи, шеф улыбается. Но внутри всё - ледяная лужа. Варя больше не звонит. Не пишет. На день рождения прислала открытку с надписью: "Знаешь ли ты теперь, каково это - быть старшей?"
Катя плачет по ночам. Муж не понимает.
- Ты же добилась. Чего ты хочешь ещё?
Катя не знает.
Проходит год. У Вари появляется новая работа - в фонде. Она помогает женщинам, оказавшимся в сложных ситуациях. Она смеётся иначе - тише, глуше. Но смеётся. Её начинают звать на конференции. Она пишет колонку.
Катя однажды приходит на одно из мероприятий. Стоит в углу. Варя её видит. Но не подходит.
Катя уходит, не попрощавшись.
Весной мама приходит во сне. Сидит у окна. Нарезает яблоко.
- Девочки мои, - говорит. - Хватит.
Катя просыпается в слезах. Пишет Варе письмо. Без требований. Без просьб. Просто:
"Я скучаю. Всё время. Мы же однажды хотели вместе на Алтай. Поехали?"
Ответа нет. Но через неделю в дверях появляется Варя. Без сумки. Без выражения лица.
- Я подумаю.
Катя кивает. Варя уходит. За ней пахнет сиренью.
Через два месяца они едут на Алтай. Молчат. Говорят. Опять молчат. Варя берёт Катю за руку. Катя смеётся.
В одном посёлке девочка спрашивает у них:
- А вы кто друг другу?
Катя отвечает:
- Сёстры.
Варя добавляет:
- Но это временно.
Девочка не понимает. А они - смеются.
Варя устраивается в новую компанию. Катя уходит из "Октавы". Теперь у неё своё агентство. Они не живут рядом. Не пишут каждый день. Но знают друг о друге.
И каждую весну, в начале мая, одна из них пишет другой:
"Назови лето первой. И я приду".