— Андрей, нам срочно нужно поговорить, — сказал отец, едва я переступил порог родительского дома.
Мама суетилась на кухне, но я заметил, как она напряжённо прислушивается к нашему разговору. Обычно при моём приходе она тут же бежала обниматься, а сегодня даже не поздоровалась.
— Что случилось, пап?
— Садись. Серьёзный разговор у нас будет.
Отец достал из ящика стола какие-то документы и положил передо мной.
— Это завещание. Я его недавно составил.
— Зачем мне это показывать? Ты же здоровый.
— Здоровый, но не вечный. В завещании указано, что квартира и дача переходят тебе. Плюс накопления и акции. В общем, всё наше имущество.
— Пап, не хочу об этом думать.
— А придётся. Потому что есть одно условие.
Я насторожился. Когда отец говорил таким тоном, жди подвоха.
— Какое условие?
— Развод с Оксаной.
У меня отвисла челюсть.
— Что?
— Ты меня понял. Либо разводишься с этой особой, либо из завещания вычёркиваю.
— Пап, ты что, с ума сошёл? Мы с Оксаной пять лет женаты!
— И что? Может, как раз пора понять, что ошибся.
— Какая ошибка? Я её люблю!
— Любишь? — фыркнул отец. — Андрей, открой глаза. Она тебя использует. Вышла замуж за квартиру и перспективы.
— Папа, это бред!
— Бред? А то, что она на работу устраиваться не хочет? А то, что ты её содержишь как куклу? А то, что она каждый раз, когда сюда приходит, по сторонам пялится, прикидывает, что здесь чего стоит?
— Оксана просто стесняется вас. Вы к ней холодно относитесь.
— Стесняется! — вмешалась мама, выходя из кухни. — Андрюша, она на нас смотрит как на банкоматы. Думает, мы не видим?
— Мам, что ты говоришь?
— Правду говорю! Помнишь, на прошлой неделе приходили? Так она весь вечер о ремонте говорила. О том, какие дорогие сейчас материалы, как хочется квартиру обновить.
— И что в этом плохого? Мы действительно ремонт планируем.
— На какие деньги? — спросил отец. — На твою зарплату программиста? Андрей, будь честен с собой. Она рассчитывает на наши деньги.
— Нет! Мы копим сами.
— Сколько накопили?
Я замолчал. Действительно, денег у нас было мало. Зарплата моя неплохая, но Оксана не работала, говорила, что ищет себя в творчестве. Рисовала картины, которые никто не покупал.
— Вот видишь, — продолжил отец. — А теперь представь, что с нами что-то случится. Получишь наследство. Думаешь, твоя жена останется прежней?
— Конечно останется!
— Наивный ты, сын. Деньги меняют людей. А Оксана уже не такая, какой была в начале ваших отношений.
— Как это?
Мама села рядом и взяла меня за руку.
— Андрюша, помнишь, когда вы только познакомились? Она была скромная, милая. Работала в магазине, сама себя обеспечивала. А теперь что? Маникюр-педикюр, массажи, салоны красоты. На что?
— На мои деньги.
— Правильно. И чем дальше, тем больше ей надо. Сейчас спа-процедуры, завтра машину захочет, послезавтра квартиру побольше.
— Мам, она имеет право хорошо выглядеть.
— Имеет. Но на свои деньги.
— А почему она не работает? — спросил отец. — Образование есть, руки-ноги на месте.
— Она художник. Ищет вдохновение.
— Андрей, прекрати! — рассердился отец. — Художник! Пять лет вдохновение ищет! За это время можно было Эрмитаж расписать.
— Творчество — дело тонкое.
— Тонкое, да. Особенно когда муж деньги на это творчество зарабатывает.
Я встал из-за стола.
— Хватит! Не позволю обсуждать мою жену!
— Не позволяешь? — отец тоже поднялся. — Тогда вали отсюда. И наследство можешь забыть.
— Пап!
— Никаких "пап"! Либо разводишься с этой дамочкой, либо получаешь по нулям.
— Ты меня шантажируешь!
— Я тебе условие ставлю. Хочешь наследство — выполняй.
Я ушёл, хлопнув дверью. Дома рассказал Оксане о разговоре с родителями.
— Андрей, ты понимаешь, что происходит? — она была в ярости. — Они нас разлучить хотят!
— Понимаю. Но не знаю, что делать.
— Как что? Скажи им, что не позволишь собой манипулировать!
— Легко сказать. А если действительно вычеркнут из завещания?
— И что? Мы что, сами не справимся?
— Оксана, ты же понимаешь... Квартира стоит миллионов семь. Плюс дача, плюс накопления. Это наше будущее.
— Наше будущее — это мы с тобой, а не родительские деньги!
— Конечно, но...
— Никаких "но"! Андрей, если ты сейчас поддашься их шантажу, они всю жизнь тебя за нос водить будут.
Она была права, но мысль о потерянном наследстве не давала покоя. Семь миллионов рублей — это же целое состояние.
Через несколько дней позвонил отец.
— Ну что, подумал?
— Папа, может, поговорим спокойно? Приезжай к нам.
— К вам не поеду. Оксана твоя будет мило улыбаться, а про себя планировать, как наши деньги потратить.
— Пап, это моя жена!
— Жена, которая тебя использует.
— Откуда ты знаешь?
— Жизненный опыт. Видел я таких женщин. Красивые, ухоженные, а в голове только деньги.
— Ты же с ней толком не общался!
— А мне много и не надо. По глазам всё видно. Жадные глаза у неё.
— Папа, это неправда.
— Правда. Андрей, я последний раз спрашиваю. Разводишься?
— Нет.
— Тогда прощай. И к нотариусу завтра поеду завещание менять.
Он повесил трубку. Я сидел с телефоном в руках и не знал, что думать.
— Что он сказал? — спросила Оксана.
— Грозится завещание менять.
— Пусть меняет! Мы не нищие, проживём без его денег.
— Оксана, ты не понимаешь. Это огромные деньги.
— Понимаю. Но понимаю и то, что он тебя заставляет выбирать между женой и наследством.
— А если он прав? Если ты действительно...
— Что? — она резко обернулась ко мне. — Если я что?
— Ну... рассчитываешь на наследство.
— Андрей, ты серьёзно?
— Я просто спрашиваю.
— А я отвечаю. Да, я знаю, что у твоих родителей есть деньги. Да, понимаю, что когда-нибудь это может достаться нам. Но я на тебе женилась не поэтому!
— А почему?
— Потому что люблю, идиот!
Но сомнения уже закрались в душу. Действительно, почему она не работает? Почему тратит деньги на красоту, а не ищет заработок? Может, родители правы?
На следующий день пришла мама.
— Андрюша, давай поговорим без посторонних.
Оксана демонстративно ушла в спальню.
— Мам, зачем ты пришла?
— Сына спасать. Андрей, ты же умный мальчик. Неужели не видишь, что происходит?
— Что происходит?
— Она тебя опутала. Красивая, ласковая, а ты и попался.
— Мам, я взрослый человек.
— Взрослый, но наивный. Думаешь, почему она не работает?
— Ищет себя в творчестве.
— Ищет! Пять лет ищет! А ты знаешь, что она вчера в салоне красоты потратила восемь тысяч?
— Откуда ты знаешь?
— Галя, соседка, видела. Работает там администратором.
Восемь тысяч за один день! Это же четверть моей зарплаты.
— Мам, может, у неё были деньги отложены.
— Какие деньги? Она не работает! Откуда у неё личные накопления?
— Не знаю.
— А я знаю. Это твои деньги, которые ты ей даёшь на карманные расходы.
— Ну и что? Жена имеет право тратить семейные деньги.
— Имеет. В разумных пределах. А восемь тысяч в салоне красоты — это разумно?
Я задумался. Действительно, много.
— Андрюша, пойми. Отец не просто так завещание составил. Он видит, что происходит. Боится, что Оксана тебя разорит.
— Как разорит?
— Очень просто. Получишь наследство, а она начнёт требовать дорогие покупки. Машину, квартиру побольше, украшения. Думаешь, откажешь?
— Не знаю.
— Не откажешь. Потому что жалко будет. И деньги закончатся быстро.
— А если не получу наследство?
— Тогда будете жить на твою зарплату. И Оксана быстро поймёт, что принц превратился в нищего.
— Мам, это жестоко.
— Жизнь жестока, сын. Лучше узнать правду сейчас, чем через десять лет остаться ни с чем.
Когда мама ушла, я попытался поговорить с Оксаной о деньгах.
— Оксана, давай честно. Восемь тысяч в салоне — это не много?
— Откуда ты знаешь? — она покраснела.
— Не важно. Много или нет?
— Андрей, это были особые процедуры. Комплекс омоложения.
— На восемь тысяч?
— Красота требует жертв.
— Чьих жертв? Моих?
— Наших. Мы же семья.
— Семья, которая копит на ремонт.
— Копим.
— Сколько накопили?
— Ну... пятнадцать тысяч.
— А потратили в этом месяце на твои процедуры?
— Не считала.
— А я считал. Двадцать три тысячи.
— Андрей, ты что, за мной следишь?
— Не слежу, а интересуюсь семейным бюджетом.
— Хочешь поставить меня на довольствие?
— Хочу понять, на что уходят деньги.
— На жизнь! На то, чтобы я хорошо выглядела для тебя!
— А работать не хочешь?
— Хочу заниматься творчеством.
— Оксана, творчество должно приносить доходы.
— Не всегда искусство окупается быстро.
— А пока оно не окупается, кто семью содержит?
— Ты. И что?
— А то, что устал тащить всё на себе.
— Тогда женись на карьеристке. На той, которая будет зарабатывать наравне с тобой.
— Может, и женюсь.
— Что? — она подскочила. — Ты о чём?
— О том, что родители правы. Ты меня используешь.
— Андрей, как ты можешь!
— Очень просто. Пять лет не работаешь, тратишь мои деньги и ещё обижаешься, когда я об этом говорю.
— Я твоя жена!
— Жена, а не иждивенец.
Мы поссорились. Оксана ушла к подруге, сказала, что подумает о наших отношениях.
Вечером позвонил отец.
— Ну что, определился?
— Не знаю, пап.
— Андрей, я понимаю, тебе тяжело. Но лучше потерять неправильную жену, чем правильное наследство.
— А если я ошибаюсь в ней?
— Тогда время покажет. Но пока все факты против неё.
— Какие факты?
— Не работает, тратит твои деньги, при виде наших родителей глаза загораются.
— Может, она просто молодая, неопытная.
— В тридцать лет? Андрей, она прекрасно знает, что делает.
— Пап, дай мне ещё время подумать.
— Времени нет. Завтра иду к нотариусу. Либо привозишь документы о разводе, либо завещание переписываю на благотворительность.
На следующий день Оксана вернулась домой.
— Андрей, мы должны поговорить.
— Слушаю.
— Я поняла, что была неправа. Буду искать работу.
— Серьёзно?
— Серьёзно. И перестану тратить много денег на салоны.
— А родители?
— Попробую с ними подружиться. Докажу, что не такая, какой они меня считают.
Я обрадовался. Может, всё ещё можно исправить.
— Оксана, а ты правда любишь меня? Не из-за денег родителей?
— Андрей, если бы любила из-за денег, вышла бы замуж за кого-то богатого сразу. А не за программиста на зарплате.
Она была права. Когда мы познакомились, я работал обычным айтишником, снимал однушку на окраине. Никаких денег у меня не было.
— Хорошо. Попробуем исправить ситуацию.
Но родители остались непреклонны.
— Поздно, — сказал отец. — Завещание уже переписал.
— На кого?
— На детский дом. Пусть сироты пользуются, а не какая-то охотница за наследством.
— Пап, Оксана изменилась. Устроилась на работу.
— Устроилась? Куда?
— В рекламное агентство. Дизайнером.
— Зарплата какая?
— Тридцать тысяч.
— Понятно. Копейки. Но хоть что-то.
— Пап, может, дашь ей шанс?
— Нет. Решение принято.
Прошёл год. Оксана действительно работала, мы экономили, даже начали копить деньги. Но отец не сдавался.
— Всё это показуха, — говорил он. — Временная. Как только получишь наследство, она истинное лицо покажет.
— Пап, ты ошибаешься.
— Посмотрим.
И вот недавно отец попал в больницу. Сердце прихватило. Врачи сказали — ничего страшного, но беречься надо.
— Андрей, — позвал он меня к постели. — Может, я был неправ насчёт Оксаны.
— Почему ты так решил?
— Она вчера приходила. Принесла фрукты, посидела, поговорила. Не о деньгах, не о наследстве. О жизни просто.
— И что?
— И ничего. Просто показалось, что искренне переживает.
— Она тебя любит, пап. Как и я.
— Может быть. Андрей, если со мной что-то случится, завещание в тумбочке лежит. Там всё на тебя записано.
— Ты его вернул?
— Вернул. Месяц назад. Решил дать Оксане шанс.
Отец поправился и выписался. Теперь мы регулярно навещаем родителей всей семьей. Оксана помогает маме по хозяйству, с отцом о политике беседует.
— Нормальная девочка, — признался отец недавно. — Может, я действительно поторопился с выводами.
— Может, пап.
— Только смотри за ней. Деньги — штука коварная. Портят даже хороших людей.
— Буду смотреть.
Но пока смотреть особо не за чем. Оксана работает, мы копим деньги, строим планы. И наследство перестало быть камнем преткновения в наших отношениях.
Хотя иногда ловлю себя на мысли — а что, если отец был прав? Что, если получение большой суммы действительно изменит мою жену? Время покажет.