В предместье Минска Прилуках– небольшой дворец.
Дворец фон Гуттен-Чапских.
На табличке указано-
вторая половина XYIII века.
Как же так? Гуттен-Чапские стали владельцами усадьбы только в 1872 году. Какой XVIII век.
Вообще-то, господский дом стоял тут еще в XVII веке. Тогда эти земли Огинским принадлежали. Анна Огинская (Статкевич) основала здесь монастырь. Почему-то, мужской. Вот чтобы с мужиками не толкаться и построила небольшой замок. Отдельный.
Этот замок, судя по всему стоял до середины XIX века. И даже легендами оброс. Польский поэт Антон Одынец целую балладу написал. О заколдованном замке. И замурованной в его стенах служанке.
А этот дворец в 1851 году построил Иосиф-Ізідор-Атон Горватт. Или просто Антон. Будучи Минским губернским предводителем.
Так что получается не вторая половина XYIII века. А середина XIX-го.
Ошиблись в Министерстве культуры Беларуси?
В 1871 году дом сгорел. Вот тогда аварийную недвижимость и купил Эмелик Гуттен- Чапский.
Кто такие Гутен- Чапские? Якобы, старинный рыцарский род. С 930 года известен.
Можно предположить, что раз есть guten- хорошие- Чапские, значит есть и schlechten- плохие- Чапские.
Но нет. Про Шлехтен- Чапских ничего не нашел.
Ко времени покупки Эмелик отошел от чиновничьих дел. Был какое-то время губернатором Великого Новгорода, потом вице–губернатором Санкт–Петербурга. И быстренько дворец восстановил.
Примерно в таком виде дворец и дошел до наших дней. Вот только башня каланча не уцелела. Уже после войны исчезла.
После войны и сам дворец в руинах был.
Во время оккупации здесь резиденция гауляйтера Вильгельма Кубе была.
Гяуляйтера партизаны казнили.
А вот кто усадьбу сжег- то ли немцы при отступлении, то ли наши при наступлении- спорят.
Чапский, похоже, при ремонте здания ничего особенного не добавлял.
Как описывают дворец Горватта, это был «двухэтажный дворец в стиле псевдоготики, с четырьмя гранёными башенками с кремальерами, с ризалитами со стрельчатыми аркадами и внешними лестницами; с правой стороны башня с галереей и стрелковыми проемами, поставленная на высокую террасу».
Все на месте.
Башенки.
Стрельчатые окна и балкон- галерея на ризалите.
Парковый фасад выглядит даже более броско.
Примерно, как сто лет назад.
После революции Чапских выгнали. Несмотря но то, что они guten. Разбрелись кто куда.
Внук Эмелека- Юзеф- стал художником и писателем.
Но знаменит не этим.
Анну Андреевну Ахматову с ума свел. Поэтесса в войну в эвакуации была. Сначала в Чистополе. Потом в Ташкент перебралась. Там, в литературной гостиной Алексея Толстого, и встретилась с Юзефом. В 1942 году.
Было ли что у престарелой русской поэтессы и побывавшего в советском плену польского офицера? Ахматоведы до сих пор спорят.
Судите сами.
«В ту ночь мы сошли друг от друга с ума,/Светила нам только зловещая тьма,/Свое бормотали арыки,/И Азией пахли гвоздики».
А во дворце после революции разместили дом отдыха НКВД. Как дворец тогда выглядел можно судить по кадрам из фильма «Лесная быль». 1926 года. Первенца белорусской кинематографии.
После войны дворец восстановили. С 1961 года - Научно - исследовательский институт защиты растений.
Дворец для ученых маловат оказался. Слева пристроечку приделали.
Как живут белорусские защитники растений узнать не удалось. Выходной. Двери закрыты. Даже на лавочке для курильщиков никого нет.