Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
С укропом на зубах

Как я свою несчастную мать счастливой делала

Я решилась на путешествие во времени после похорон матери. Говорят, в такие минуты, когда горе и эмоции затмевают разум  нельзя совершать судьбоносные поступки. Но именно в этот момент, глядя на незнакомое тело в гробу, которое нарядили, разукрасили и предъявили мне, как мать, которым это тело уже не являлось, я как никогда прежде была уверена в своём выборе. Моя мать была глубоко несчастна. Я не помню ни одного дня в своём детстве, чтобы она не плакала, отвернувшись в попытке скрыть свои слезы от маленькой меня. Маме хронически не везло: с друзьями, работой, с мужчинами. Друзья её предавали, с работы увольняли, а мужья бросали. Но главное мамино разочарование, это, конечно, я. Каждая мама хочет иметь умного, красивого, талантливого и успешного ребёнка. Каждая, да. И на меня у мамы была последняя надежда. Когда я была совсем маленькая она усаживала меня напротив себя у окна и долго внимательно рассматривала. Трогала скулы, приоткрывала рот, чтобы убедиться – зубы мои не стали ров

Я решилась на путешествие во времени после похорон матери.

Говорят, в такие минуты, когда горе и эмоции затмевают разум  нельзя совершать судьбоносные поступки. Но именно в этот момент, глядя на незнакомое тело в гробу, которое нарядили, разукрасили и предъявили мне, как мать, которым это тело уже не являлось, я как никогда прежде была уверена в своём выборе.

Моя мать была глубоко несчастна.

Я не помню ни одного дня в своём детстве, чтобы она не плакала, отвернувшись в попытке скрыть свои слезы от маленькой меня.

Маме хронически не везло: с друзьями, работой, с мужчинами. Друзья её предавали, с работы увольняли, а мужья бросали.

Но главное мамино разочарование, это, конечно, я.

Каждая мама хочет иметь умного, красивого, талантливого и успешного ребёнка. Каждая, да. И на меня у мамы была последняя надежда.

Когда я была совсем маленькая она усаживала меня напротив себя у окна и долго внимательно рассматривала. Трогала скулы, приоткрывала рот, чтобы убедиться – зубы мои не стали ровнее и меньше - щупала жиденькие невнятного цвета волосы, проводила пальцем по горбинке на носу, вздыхала, отворачивалась и бесцветным голосом, не пытаясь скрыть разочарования, говорила.

-Иди, почитай, что ли.

Мама надеялась, что не уродившись внешне, я хотя бы умом компенсирую этот недостаток. И я старалась, очень старалась, долго притворялась, что люблю читать, что задачи по математике решаю сама, а не соседка по парте, для которой я ношу записки мальчику из параллельного класса.

Только моя бездарность вскрылась. Мама слушала, как обо мне говорят на родительском собрании и мечтала провалиться под землю. Меня не ругали, не хвалили. На мне поставили крест. От меня ничего не ждали. Я бесперспективная. Меня, как будто нет.

После того собрания мама перестала сажать меня у окна и больше не отправляла читать ненавистные книги. Она как будто прозрела. Как будто ей наконец-то сказали: Ольга Викторовна, ваша дочь Полина ничтожество, невидимка, но, ничего, и в ПТУ должен кто-то учиться.

Я прилежно отучилась в ПТУ, и стала делать то единственное, что получалось у меня лучше всего – служить своей маме. Больше всего на свете, я хотела сделать её счастливой, увидеть радость на лице. Даже не благодарность, а просто тень счастья. Потому что, когда любишь, то спокойствие и благодать близкого дают умиротворение и твоей душе.

Поэтому я ничуть не жалела, что отказалась от единственного шанса построить свою семью. Да, даже такая уродина, как я, смогла вызвать интерес у мужчины. Но я отказала ему. Я не стала очередным предателем в жизни моей мамы.

-Я иногда думаю, как сложилась бы моя жизнь, если бы я не вышла замуж за твоего отца, – задумчиво говорила иногда мама, уже незадолго до смерти. Она сидела в том самом кресле, где я разочаровывала её своей некрасивостью, смотрела подолгу в окно и листала страницы памяти, пытаясь найти в своей жизни хоть что-то хорошее. Искала, но не находила.

Мама жила и умерла несчастной.

Я не плакала на её похоронах. Я уже все решила.

Каждому из нас при рождении даётся подарок - билет в прошлое, чтобы изменить один-единственный день, час, минуту, поступок, последствия которого мучают нас всю жизнь.

При выписке из роддома вместе с пелёнками и погремушками от Государства мы получаем конверт. Это наш бонус, наша живая вода 22-го века.

И я использую свой шанс, исполню самое главное желание своей жизни – сделаю маму счастливой. Я вернусь в прошлое и не дам ей встретиться с моим отцом. Она получит шанс прожить свою жизнь  по-другому. Без меня.

-Как забавно все складывается, – печально заметила пожилая профессор Академии времени, диктуя на облако данные Полины Аркадьевны Потаповой, 53 лет от роду, не замужем, детей нет. При активации путешествия в прошлое, клиент должен подробно объяснить, на что потратит свой бонус, чтобы его действие не затронуло развитие цивилизации в целом. Данные Полины Аркадьевны профессор отправила в папку с активированным бонусом ее матери. – Когда-то её мать потратила бонус на то, чтобы вернуться в прошлое и оставить своего ребёнка, от которого избавилась в свое время. Да, очень забавно.

Она вздохнула ещё пару раз и отправила папку Потаповых в архив.