Ольга Петровна сидела в зале суда и нервно теребила ремешок сумочки. Напротив неё за столом ответчика расположился её младший брат Анатолий с адвокатом. Он даже не смотрел в её сторону, будто она воздух.
— Дело о признании завещания недействительным, — объявил судья. — Истец — Ольга Петровна Кравцова. Ответчик — Анатолий Петрович Кравцов.
Ольга встала, когда её попросили изложить суть претензий.
— Ваша честь, я считаю завещание моего отца недействительным. Он составил его в состоянии, когда не мог адекватно оценивать свои действия.
— На чём основываются ваши утверждения? — спросил судья.
— Отец был тяжело болен. У него была деменция, он плохо соображал. А главное — он не мог знать, кто из детей действительно о нём заботился.
Адвокат Анатолия поднялся с места.
— Ваша честь, завещание составлено в полном соответствии с законом. Завещатель был признан дееспособным, нотариус это подтвердил.
— Дееспособным! — не выдержала Ольга. — Он в последние месяцы не понимал, где находится!
— Прошу соблюдать порядок в зале, — предупредил судья. — Продолжайте.
Ольга взяла себя в руки и заговорила спокойнее.
— Ваша честь, я ухаживала за отцом последние пять лет. Бросила работу, переехала к нему. А мой брат появлялся дома от силы раз в месяц.
— Это неправда! — вскочил Анатолий. — Я часто навещал отца!
— Часто! — развернулась к нему Ольга. — Ты отцу даже воды не подал, а теперь — наследник?
— Прошу свидетелей и стороны не перебивать друг друга, — сделал замечание судья. — Ольга Петровна, расскажите подробнее о том, как ухаживали за отцом.
— Я переехала к папе, когда ему поставили диагноз. Врачи сказали — нужен постоянный уход. Готовила ему, убиралась, водила к врачам, давала лекарства. Спала в соседней комнате, чтобы ночью слышать, если что-то понадобится.
— А где в это время находился ответчик?
— Анатолий жил своей жизнью. У него семья, дети, работа. Он заходил изредка, минут на двадцать, и сразу уходил.
— Это клевета! — возмутился Анатолий. — Я регулярно навещал отца!
— Регулярно! — фыркнула Ольга. — Раз в месяц — это регулярно?
— Я работал! У меня обязательства есть!
— У меня обязательств не было? Я что, не работала?
— Работала, но у тебя детей нет! Тебе проще было!
— Проще! Анатолий, ты представляешь, что значит круглосуточно ухаживать за больным человеком?
— Представляю. Но ты сама выбрала этот путь.
— Выбрала! А ты выбрал забыть об отце!
— Не забывал! Деньги давал на лекарства!
— Деньги! Анатолий, а кто эти лекарства покупал? Кто в аптеки бегал?
— Ты бегала, потому что рядом жила!
— Рядом жила! А ты где жил? На Луне?
— Я в другом районе живу! Мне до отца час ехать!
— Час! Какое препятствие! А мне пять лет каждый день ехать было!
— Ольга Петровна, — вмешался судья, — давайте по существу. Что именно заставляет вас сомневаться в дееспособности отца на момент составления завещания?
— Ваша честь, папа в последние месяцы часто не узнавал людей. Мог спросить, кто я такая. Забывал, ел ли сегодня. Путал день с ночью.
— У вас есть медицинские документы, подтверждающие это?
— Есть справки от невролога. Диагноз — деменция с умеренными когнитивными нарушениями.
— Хорошо. А когда было составлено завещание?
— За месяц до смерти папы.
— Анатолий Петрович, расскажите о своих отношениях с отцом.
Анатолий встал и начал говорить ровным голосом.
— Ваша честь, я любил отца и регулярно его навещал. Правда, не мог быть рядом постоянно из-за работы и семейных обязательств. У меня двое детей, жена. Но я всегда интересовался папиным здоровьем, помогал материально.
— Материально! — не удержалась Ольга. — Сколько ты давал? Пять тысяч в месяц!
— Давал столько, сколько мог.
— Мог! А знаешь, сколько тратилось на лекарства? Двадцать тысяч в месяц!
— Не двадцать, а меньше.
— Меньше! Анатолий, я же все чеки сохранила! Могу показать!
— Ольга Петровна, — остановил её судья, — вы утверждаете, что несли основные расходы по уходу за отцом?
— Утверждаю! Лекарства, продукты, памперсы, услуги сиделки, когда мне нужно было отлучиться. Всё это я оплачивала из своих денег.
— А откуда у вас брались деньги, если вы не работали?
— Я продала свою квартиру. Переехала к папе и на эти деньги его содержала.
— Вы продали квартиру для ухода за отцом?
— Да. А что оставалось делать? Анатолий помочь отказался.
— Не отказался! — возразил брат. — Я помогал, как мог!
— Как мог! Пять тысяч в месяц — это вся твоя помощь!
— У меня тоже расходы есть! Семью содержать надо!
— Семью! А отца содержать не надо?
— Надо, но не в ущерб детям!
— В ущерб детям! Анатолий, а папе что, легче было одному?
— Не одному! Ты с ним была!
— Я была! Я свою жизнь положила на уход за ним!
— Никто не заставлял!
— Не заставлял! А кто должен был это делать?
— Можно было сиделку нанять!
— На какие деньги? На твои пять тысяч?
— На общие деньги!
— Каких общих? Ты же отказался участвовать!
— Не отказался! Просто не мог больше!
— Не мог! А я могла?
— Ольга Петровна, — вмешался судья, — у вас есть свидетели, которые могут подтвердить ваши слова?
— Есть. Соседка тётя Валя. Она видела, как я ухаживала за папой. И врач участковый может подтвердить.
— Хорошо. Анатолий Петрович, почему, по вашему мнению, отец оставил всё наследство именно вам?
— Потец, видимо, считал, что я как мужчина должен распоряжаться семейным имуществом.
— Семейным имуществом! — взорвалась Ольга. — Какое это семейное? Это папин дом!
— Папин, но теперь он должен остаться в семье по мужской линии.
— По мужской линии! Анатолий, а я что, не семья?
— Семья, но я продолжатель рода.
— Продолжатель рода! А кто род продолжал, пока ты по своим делам бегал?
— Ольга, хватит истерить!
— Истерить! Я пять лет жизни отдала, а ты истерикой называешь!
— Ваша честь, — поднялся адвокат Анатолия, — моя сторона утверждает, что завещание составлено в соответствии с волей покойного. Нотариус засвидетельствовал дееспособность завещателя.
— Засвидетельствовал! — крикнула Ольга. — А этот нотариус видел папу раньше? Знал его состояние?
— Нотариус провёл беседу и пришёл к выводу о дееспособности.
— К выводу! За полчаса беседы пришёл к выводу! А я пять лет наблюдала деградацию!
— Ольга Петровна, успокойтесь, — попросил судья. — Расскажите конкретно, что заставляет вас думать, что отец не понимал значения своих действий.
— Ваша честь, за неделю до составления завещания папа спросил у меня, как меня зовут. А ещё через день не помнил, что завтракал. Как такой человек может принимать решения о наследстве?
— Может быть временное помутнение, — сказал адвокат. — Но в момент составления завещания он был ясен.
— Ясен! — горько рассмеялась Ольга. — Да он последние полгода думал, что ещё молодой! Собирался на работу идти, хотя на пенсии был двадцать лет!
— Это не влияет на способность распоряжаться имуществом.
— Не влияет! А то, что он забыл, что у него дочь есть?
— Не забыл. В завещании вы упомянуты.
— Упомянута! Мне оставлены мамины кольца! Стоимостью в пять тысяч рублей!
— Это тоже наследство.
— Наследство! За пять лет ухода — пять тысяч рублей!
— Ольга Петровна, — спросил судья, — как вы считаете, чего заслуживаете?
— Ваша честь, я не прошу всё наследство. Но считаю справедливым получить половину. Я заботилась об отце, тратила на него свои деньги, время, здоровье.
— А я что, ничего не заслуживаю? — встрял Анатолий.
— Что ты заслуживаешь? — развернулась к нему Ольга. — За что?
— За то, что я сын! За то, что я продолжатель фамилии!
— Продолжатель фамилии! Анатолий, а где ты был, когда папа помирал?
— Работал! Не мог же я всё бросить!
— Не мог! А я могла?
— У тебя ситуация другая была!
— Другая! Какая другая?
— У тебя семьи нет, тебе проще!
— Проще! Анатолий, у меня семьи нет, потому что я папой занималась!
— Это твой выбор был!
— Мой выбор! А твой выбор — забыть об отце!
— Не забывал!
— Забывал! Анатолий, когда ты последний раз с папой нормально разговаривал?
— Разговаривал каждый раз, когда приходил!
— О чём разговаривал?
— О разном. О здоровье, о делах.
— О делах! Анатолий, папа последний год вообще ничего не понимал!
— Понимал! Просто плохо соображал!
— Плохо соображал! И такой человек завещание писать мог?
— Мог, если помочь ему!
— Помочь! Кто помогал? Ты помогал?
— Не я. Но нотариус же проверил всё!
— Нотариус! Чужой человек за полчаса больше понял, чем дочь за пять лет!
— Ольга Петровна, — сказал судья, — у вас есть документы о ваших тратах на отца?
— Есть. Все чеки, справки, выписки из банка. Я потратила на его содержание триста тысяч рублей.
— А стоимость наследства?
— Дом оценили в два миллиона. Плюс дача за восемьсот тысяч.
— Анатолий Петрович, вы можете подтвердить, что сестра тратила свои средства на уход за отцом?
— Тратила, но это её решение было!
— Решение! — не выдержала Ольга. — А если бы я не потратила? Что с папой было бы?
— Не знаю. Может, в дом престарелых отдали бы.
— В дом престарелых! Слышите, ваша честь? Он готов был родного отца в дом престарелых сдать!
— Не готов был! Просто вариант такой есть!
— Вариант! Анатолий, а почему ты этот вариант не рассматривал для себя?
— Какой вариант?
— Почему ты сам не ухаживал за папой?
— У меня семья! Обязательства!
— Обязательства! А передо мной обязательств нет?
— Есть, но другие!
— Другие! Анатолий, ты отцу даже воды не подал, а теперь — наследник?
— Подавал! И не только воду!
— Что ещё подавал?
— Ну... помогал чем мог!
— Чем мог! Пять тысяч в месяц — это всё, чем мог?
— Не только деньгами! Морально поддерживал!
— Морально! Как поддерживал?
— Приходил, разговаривал!
— Разговаривал! О чём?
— О жизни, о здоровье!
— О здоровье! Анатолий, ты же не знал, какие у него лекарства!
— Знал! Примерно знал!
— Примерно! А кто их покупал каждую неделю?
— Ты покупала!
— Я! А кто с врачами разговаривал?
— Тоже ты!
— Тоже я! А ты что делал?
— Я... поддерживал!
— Поддерживал! Чем поддерживал?
— Присутствием своим!
— Присутствием! Раз в месяц на двадцать минут!
— Не на двадцать, а дольше!
— Сколько дольше?
— По-разному. Иногда час сидел!
— Час! Анатолий, а я сколько сидела?
— Ты постоянно сидела!
— Постоянно! Пять лет постоянно! И что за это получила?
— Получила... ну, удовлетворение от того, что помогла!
— Удовлетворение! А в завещании что получила?
— Кольца мамины получила!
— Кольца! За пять лет жизни — кольца!
— Ольга Петровна, — обратился к ней судья, — что вы просите от суда?
— Прошу признать завещание недействительным и разделить наследство пополам. Я заслужила это своим трудом и заботой.
— Анатолий Петрович, ваша позиция?
— Прошу оставить завещание в силе. Отец сам решил, кому что оставить.
— Сам решил! — крикнула Ольга. — В состоянии деменции сам решил!
— Решил! И я буду выполнять его волю!
— Волю! Чью волю? Твоей жены волю?
— При чём тут жена?
— При том, что это она тебя подговорила завещание писать!
— Не подговаривала!
— Подговаривала! Я же слышала ваши разговоры!
— Какие разговоры?
— Когда вы к папе приходили! Обсуждали, что с домом делать!
— Не обсуждали!
— Обсуждали! И решили, что лучше на тебя оформить!
— Ольга, ты фантазируешь!
— Не фантазирую! Ты отцу даже воды не подал, а теперь — наследник!
Судья объявил перерыв. Ольга вышла в коридор и заплакала. Пять лет жизни, потраченные на уход за отцом, а в итоге брат получает всё наследство. Справедливости в этом мире нет.