«Вам так идёт военная форма. А вот песни Битлз вы тоже поёте в гимнастёрке?
Если да, то спойте что-нибудь». «Я скажу вам, что, поскольку все вокальные партии я записал один на этой пластинке,
у нас не было задачи исполнять всё это на сцене. Это просто работа такая — студийная.
Вот поэтому мы Битлз, к сожалению, не поём вот так вот на сцене, чтобы…
Где-то в компании, под гитарку — это вполне возможно». Он не уходит от вопроса, не юлит.
Да, форма — его сценический образ.
Нет, Битлз в гимнастёрке — не поют.
Он не выставляет себя более “народным” или более “гибким”, чем есть на самом деле. Он честно объясняет: участие в записи пластинки с песнями Beatles было исключительно студийным проектом, без намерения выводить его на сцену.
Это профессиональный, сухой, но честный ответ: «Это была не концертная, а студийная задача.» С оговоркой: «Где-то в компании, под гитарку — это вполне возможно.»
Он этим оставляет живую человеческую сторону: не как артист “Любэ”, а как просто Николай.
Без