Находясь в длительном перерыве между двумя альбомами (“Ultimate Sin”, 1986 и “No Rest For The Wicked”, 1989), проходя ещё один непростой период борьбы с зелёным змием, Осборн решил почтить память давно ушедшего друга и соратника выпуском концертного материала с его участием. Что же это был за музыкант?
Рэнди Роудс (полное имя – Randall William Rhoads) к моменту встречи с Оззи был молодым, малоизвестным, но перспективным гитаристом. Начав с классической гитары и работая её преподавателем, он выработал свой стиль игры, который впоследствии перенёс в тяжёлый рок, бывший тогда на подъёме. Будучи на 8 лет моложе Оззи, всего 23 лет от роду, совершенно не звезда, лишённый амбиций и самомнения, он необъяснимым образом завоевал внимание Оззи и стал гитаристом его группы, которая только создавалась:
«Его прослушивание у Оззи стало легендарным: юный гений просто приехал с гитарой «Gibson Les Paul» и усилителем «Fender», минут пять поиграл разные риффы и получил работу. С тех пор Оззи часто говорил, что у него чутье на хороших гитаристов – чутье, проявлявшееся и позже. Как он вспоминает, «я приехал в Лос-Анджелес и прослушал столько ребят, косящих под Тони Айомми, что просто уму непостижимо… Рэнди еще только настраивался, когда я сказал ему: „Ты принят". Феноменально. Одно его присутствие! Я… черт, как бы получше объяснить… у меня есть чутье на правильных людей. Ты можешь быть лучшим гитаристом в мире, но если я не почувствую, что ты – тот, кто мне нужен, я тебя не выберу» (цит. по Д. Макайвер, «Black Sabbath: история группы»).
Не лишне вспомнить, что Оззи в тот период переживал непростые времена: Саббат, из которых его турнули, в конце 70х дрейфовали в сторону пыльных легенд, теснимых молодёжью. Им на пятки наступали такие люди, как Van Halen. Оззи, чтобы звучать достойно в грядущем десятилетии, одних только его харизмы, известности, сценического и исполнительского таланта было недостаточно – нужна была современная группа с актуальным звучанием. И человеком, сформировавшим это звучание, стал именно Рэнди Роудс.
Будто бы родившийся с гитарой в руках, казалось, он ничем более не интересовался и хотел одного – играть. Будучи сам преподавателем классической гитары, он сам в разных городах брал уроки гитары у разных преподавателей, стремясь почерпнуть что-то новое. Грубая, но меткая метафора Оззи о нём звучала примерно так: если для многих гитаристов их гитара была продолжением их члена, то для Рэнди его член был продолжением его гитары. То есть – в то время, когда масса амбициозных людей шла в рок-музыку за чем угодно – за деньгами, за славой, за женщинами, то Роудс пришёл туда именно за реализацией себя как гитариста – потому что не мог не играть. Остальное прилагалось к пути рокера, но интересовало его далеко не в первую очередь. Алкогольно-наркотические загулы, характерные для рокеров тех лет (и особенно для Оззи), тоже не особо занимали одарённого гитариста.
Лёгкость и филигранность игры, виртуозное владение инструментом, композиторский дар, умение работать в разных амплуа – всё это определило лицо первых сольных альбомов Оззи, ставших его лучшими альбомами на всю оставшуюся жизнь. Словом, Рэнди Роудс всегда всеми если и вспоминается, то, как правило, в восторженном, положительном ключе. Да, многие сравнивали его с современниками (тем же Эдди Ван Халленом) в пользу других, но – Рэнди выпало очень немного лет на этом свете, и кто знает, как бы он раскрылся, если бы прожил дольше – если бы в 1982 году, во время тура Diary Of A Madman его жизнь не оборвалась во время катастрофы.
Судьба и роль Рэнди Роудса поразительно схожа с судьбой и ролью другого гитарного самородка, известного, правда, только на постсоветских просторах. Игорь Чумычкин, гитарист золотого состава Алисы, посвящавший гитаре по многу часов в день и выросший куда выше многих современников и коллег по цеху, прошёл очень похожий путь. Судите сами:
- оба гитариста начинали в менее известных проектах (Игорь – 99%, Рэнди – Quiet Riot),
- оба стали известны как гитаристы знаменитых рок-групп своей среды, сделав с ними лучшие (по мнению большинства) альбомы этих групп (Алиса – «Шестой лесничий», «Шабаш», «Для тех, кто свалился с Луны», Ozzy – “Blizzard Of Ozz”, “Diary Of A Madman”), и в известной мере принеся им славу,
- оба ушли внезапно, трагически, во цвете лет (Чумычкин – 27, Роудс – 25), оставив незаживающую рану в сердцах соратников и поклонников.
Именно этому гитаристу, подарившему Оззи новые крылья и массу отличной музыки, и посвящён концертный альбом Осборна, увидевший свет в 1987 году. И он великолепен. Включающий в основном материал с “Blizzard Of Ozz” (альбом сыгран здесь полностью), для меня он в изрядной мере заменяет этот самый альбом – если хочется именно этих песен, то на концертнике они звучат не в пример ярче, насыщеннее, динамичнее, чем на студийной альбомной записи. Несколько песен с “Diary Of A Madman” и классических саббатовских номеров (“Iron Man”, “Children Of The Grave”, “Paranoid”) дополняют картину и позволяют понять, насколько мощной была группа Оззи Осборна тех лет.
Гитара Роудса в память об усопшем выведена на первый план, её много, в ней утопаешь, ею наслаждаешься. Здесь и все классические соло той программы, и богатейшая, способная и мёртвого поднять из гроба импровизация Рэнди, оставшегося на сцене в одиночестве (“Suicide Solution”). Здесь и, например, лирическая “Revelation: Mother Earth”, через сложный инструментальный кусок органично переходящая в “Steal Away (The Night)”. И – по прошествии лет, после знакомства с работой последующих гитаристов Осборна (а это были большие мастера из той же высшей лиги, без дураков – Джейк И Ли, Закк Уайлд и др.), понимаешь, что адекватно воспроизвести роудсовские партии – дело, почти что всегда обречённое на неудачу. Слушаешь эти песни на концертниках вроде “Ultimate Ozzy” или “Live & Loud” и понимаешь, что мастерство у идущих следом есть, стиль есть, а вот – той лёгкости и чистоты недостаёт.
Тень предшествующего соло-гитариста всегда висит над тем, кто приходит следом в подобные группы. К слову, схожая проблема становилась ловушкой и для гитаристов Алисы, пытавшихся играть песни, сделанные в своё время Чумычкиным. Воспроизвести адекватно партии таких людей – та ещё задачка. В этом свете, кстати, интересно послушать, как на “Randy Rhoads Tribute” сам Рэнди берётся за партии саббатовских песен, сделанные маэстро Айомми. И тоже впечатление двоякое: сыграно по-своему изящно, мастерски, бегло, но – тоже не так, как все привыкли. Роудс, не имевший травмы пальцев, повлиявшей на манеру игры Айомми, конечно, сыграл легче и стремительнее, но той основательности и риффовой мощи не воспроизвёл (впрочем, тут сыграла роль и эпоха – поколение Роудса, отстоявшее от поколения Айомми лет на 10, не ориентировалось на блюзы, а стремилось к иному, более прогрессивному звучанию).
Подводя итог можно сказать, что пластинка вышла достойным памятником и эпохе, и ушедшему гитарному гению, и является одним из лучших концертных альбомов всех времён и народов.
А ещё… а ещё она завершается интересной студийной записью. Коротенькая акустическая вещица “Dee”, вошедшая на “Blizzard Of Ozz”, здесь представлена как репетиционная запись, в процессе работы над ней. Мы слышим разговор Роудса с кем-то в студии, его смех, его ошибки. Он начинает её несколько раз, ошибается, сбивается, в итоге играет верно, затем… просто кладёт гитару, и мы слышим звук его удаляющихся шагов.
Вот это трогательно. Вот это красиво. Так оно вышло и в жизни – великий и скромный музыкант просто сложил инструмент и ушёл в вечность, оставив лидера группы в отчаянии и на краю, а миллионы слушателей – с записями и грустью о тех, кого не вернуть.