Найти в Дзене

Первый штурм. Итог.

Мои боевые товарищи Опер и Иваныч. часть первая https://dzen.ru/a/aH-x1WOFmVTuNe4n часть вторая https://dzen.ru/a/aIWef_fZKAZhhQbg Как я уже писал в предыдущей части, вынесли мы тяжелораненых из этого длинного оврага и понесли дальше. Шел я без одного берца, всё боялся наступить на какую-нибудь неприятную штуку, но дошли по возвышенности да по тропиночке до первого на нашем пути укрепления. Укрепление состояло из больших бочек на бетонных опорах с входом в подземную часть. Там встретились с первой эвакгруппой, передохнули. Бойцы выделили мне резиновый тапок на раздетую ногу, попили воды, послушали, чем кончился штурм, вернее, что они знали об этом. Обернули раненых в МЧС-одеяла и устало понесли раненых дальше. Пригорок сменился опять оврагом, по пути тропы встретили еще наш опорник, там нам выделили свежих бойцов для переноски раненых, которых они несли нам практически еще километра 2, почти весь остаток пути до так называемого нуля. Где нас должны были эвакуировать в ближний тыл. Стоя

Мои боевые товарищи Опер и Иваныч.

часть первая https://dzen.ru/a/aH-x1WOFmVTuNe4n

часть вторая https://dzen.ru/a/aIWef_fZKAZhhQbg

Как я уже писал в предыдущей части, вынесли мы тяжелораненых из этого длинного оврага и понесли дальше. Шел я без одного берца, всё боялся наступить на какую-нибудь неприятную штуку, но дошли по возвышенности да по тропиночке до первого на нашем пути укрепления. Укрепление состояло из больших бочек на бетонных опорах с входом в подземную часть. Там встретились с первой эвакгруппой, передохнули. Бойцы выделили мне резиновый тапок на раздетую ногу, попили воды, послушали, чем кончился штурм, вернее, что они знали об этом. Обернули раненых в МЧС-одеяла и устало понесли раненых дальше.

Пригорок сменился опять оврагом, по пути тропы встретили еще наш опорник, там нам выделили свежих бойцов для переноски раненых, которых они несли нам практически еще километра 2, почти весь остаток пути до так называемого нуля. Где нас должны были эвакуировать в ближний тыл. Стояла глубокая ночь... Разрывы были слышны уже далеко, и была просто мысль дойти, с каждым пройденным километром наваливалась уже такая дикая усталость, что реально, когда дошли до развилочки тропинок перед самым нулем, где находилась небольшая лесопосадка, сил уже не было.

Там остановились передохнуть для последнего рывка, подосвиданькались с бойцами, которые помогли нам дотянуть раненых, они пошли обратно. Тут к нам подошли еще четверо из ЛНР со своим тяжелораненым, которого они несли в плащ-палатке, и попросили эвакуировать еще и его. Делать нечего, ибо и им надо было еще возвращаться назад, поэтому бойца приняли под свое крыло. Их боец оказался уж очень тяжелым по массе... Плюс и не на носилках... Его понесли первым, потом вернулись за нашими... Перетянули в лесопосадку и с чистым сердцем стали ждать эвакуации.

Эвакуировала нас мотолыга, раненых расположили внутри ее, сами взобрались на броню и, цепляясь за выступы на ней, покатились. Водитель был неопытный, поэтому часа два еще блукали по полям, прежде чем заехали на территорию завода. Как не подорвались на минах, у меня уже не было сил об этом думать, да и всё было похер на тот момент. Тяжей повезли дальше, а мы, спрыгнув с брони, побрели по своим подразделениям.

Утром я уже узнал более-менее подробности, как там наши штурмовали в первой волне. Наша арта поработала всего лишь полчаса по позициям ВСУ. Десант на танках ехал по дороге к их позициям, водитель головного танка увидел кучки противотанковых мин на обочине дороги, снизил скорость до черепашьей, и в этот момент их начали расстреливать из арты и ПТУРов. Володя, кум погибшего в первые минуты Хоттабыча, ехал на броне танка и сказал мне, что он такое видел только в кино... Когда ПТУР влетел в танк с десантом сзади них, и башня танка взметнулась в воздух на десяток метров в облаке пламени. Их танк начал поворачивать свою башню и снес их с брони на землю... Была неразбериха, беспорядочная стрельба в сторону противника...

В общем, погибших и раненых было много, но сумели зацепиться за кое-какие здания на окраине села... Но последующей контратакой были оттеснены назад. По окончательному итогу заняли пару-тройку позиций поближе к селу, и на этом всё. В дальнейшем через 10 дней был еще штурм силами ДНР... Продвинулись еще чуток и на тот момент окончательно прекратили эти попытки. Превосходство в снарядах и дронах у ВСУ было уж очень впечатляющим. Так жертвами и матюками учились воевать в новых реалиях... Где дроны и подавляющее превосходство в арте противника, неумение просто осознать новые правила штурма превращало такие штурмы в печально знаменитые мясные.

Позже, лежа в госпитале и общаясь с ранеными на эту тему, слушая новости из телевизора, искренне недоумевал, а потом стал ненавидеть эти бравурные утверждения разнообразных, так называемых лидеров общественного мнения, об опупенном обеспечении наших снарядами, дронами и неуклонном снижении и отсутствии их у противника. Как потом оказалось на гражданке, такая бессмысленная пропаганда ненастоящности принесла свои плоды в том, что в гражданском обществе к этой войне относятся как к чему-то далекому и не родному для жителей страны. А так нельзя... Потому что только в полном осознании, почему, зачем и по справедливости, можно потом перестроить в близкое к идеальному состояние.

Война безжалостно вскрывает все недостатки системы, впрочем, как и ее достоинства. Но на недостатки обращаешь внимание обостренно, потому как я, допустим, устал жить всю жизнь в обещании светлого и справедливого будущего... И люди кладут души свои не за тимуров ивановых или тупых сенаторов, и депутатов с чиновниками, извергающих инциативы, от которых просто охота уже блевать от отвращения. Я понимаю, что нужны вертикали власти исполнители... Но теперь, надеюсь, пришло время и творчески мыслящих исполнителей, потому что с такой заскорузлой и набором равнодушных, а также невменяемых исполнителей на всех уровнях системой, даже гениальным руководителям не спасти в дальнейшем страну. В общем, я надеюсь, что выжившие фронтовики поставят на их истинное место всю шваль, которая, как гроздья клещей, высасывают посмеиваясь с нашего отечества кровь и жизнь.