Моя бабушка училась в школе для бедных в голодные послереволюционные годы. Тетрадей не было, не говоря об учебниках. Ученики писали на пролетарских листовках, на обрывках афиш. Старшей среди детей в семье, ей довелось ходить в школу всего 5 лет. При этом она была идеально грамотным человеком. И опыт письма у неё был всегда: личные дневники, ежедневные письма, также она писала стихи и прозу. О причастиях, прилагательных и исключениях бабушка не имела никакого представления. Меня, еще дошкольницу, и моих подруг постарше, уже школьниц, она учила правильно произносить слова и различать произносимые звуки, которые она называла буквами: –"ОсеННий, раННий, долгождаННый" – слышите, как длится здесь буква Н, – говорила она. – Её можно петь! А если не петь, а сказать коротко –"осений, раний", то язык обмякнет у вас во рту, как тряпка. А слова? Из них как будто бы пружину вынули. – ДраНики, вареНики, жареНый петух! Вот тут букву Н мы не поём, а языку легко, он и не шлепает. И слова-то легкие, сам