— Я понимаю, что всё уже давно закончилось. — Я понимаю, что он не позвонит. — Я даже понимаю, что было много боли… но я не могу его забыть. Она говорит это тихо, будто боится, что даже стены осудят. Улыбается, как будто всё в порядке, но в голосе дрожит что-то детское. Как если бы маленькая девочка всё ещё стояла у окна, ждала, верила — и всё никак не могла отпустить. И дело вовсе не в нём. Не в мужчине, с которым было несколько месяцев странных отношений. Он то отдалялся, то приближался, обещал, пропадал, путал, злился, обвинял, но всё равно возвращался. Это не он не даёт ей спать по ночам. Это — что-то глубже. Иногда мы цепляемся не за человека, а за чувство, которое он оживил. Он уходит — а внутри будто проваливается пол. И ты не можешь «перестать думать», потому что это не о нём. Это — о тебе. ... — Когда мне было девять, папа ушёл. Просто собрал вещи и больше не вернулся. Мне никто ничего не объяснил. Мама плакала, бабушка говорила: «мужики — сволочи», а я стояла в углу кухни и б