— Какая красота, живут же люди! У нас никогда так не будет, хотя нефти в стране столько же, — восхищалась Лариса, рассматривая фотографии подруги Лены из поездки в Дубай.
Лариса, пухлая смешливая блондинка под пятьдесят, подняла большие зеленые глаза на Лену и покачала головой, то ли от восхищения увиденным на фотках, то ли от возмущения, что у нас не так, как в Эмиратах.
— А ты хорошо выглядишь, почти такая же стройная, как и в универе, и стрижка короткая тебе идет, — сделала она комплимент подруге, разглядывая фотографии в смартфоне.
Лариса не льстила, Лена и правда с молодости осталась довольно стройной дамочкой с короткой стрижкой. Дружили они еще со студенческих времен, когда изучали английский язык и литературу. После окончания университета встречались часто, подолгу болтали. Всегда было, что обсудить.
В последнее время виделись редко, только по особым поводам. Например, после интересной поездки, чтобы поделиться впечатлениями. Они сидели в кафе, попивая капучино.
Лене нравилось летать в ОАЭ, действительно все знаковые места, типа Дубай Марина, остров Саадият в Абу-Даби с Лувром, Ски Дубай или знаменитый самый высокий фонтан в мире около Дубай Молла вызывали восхищение, но она видела и обратную сторону всей этой роскоши, далеко не парадную.
Местных людей, пользующихся всеми этими благами, нигде и не увидишь. Ни на улицах, ни в торговых центрах. Работают они только в качестве госслужащих. Приезжие могут их видеть в основном на пограничном пропуске в аэропорту, и то с каждым годом местных пограничников становится меньше, потому что везде устанавливают пункты пропуска с автоматическими камерами и сканерами. Рядом с ними уже мечутся гастарбайтеры, помогая прилетающим или улетающим туристам сканировать свои паспорта и посадочные талоны.
Зато везде видно большое количество выходцев из Индии, Пакистана, Малайзии. Они подметают, продают, работают на стройках с шести утра и до позднего вечера, с одним выходным днем.
— Ларис, хорошо там живут только местные, граждане ОАЭ, остальные вкалывают как рабы на галерах, причем гастарбайтеров в стране в три раза больше, чем местных. Но съездить посмотреть можно. В туристических местах очень комфортно и красиво.
У Лены через пару месяцев после поездки стал всплывать в голове случай, заставляющий ее испытывать стыд за себя, да и за все мироустройство, несправедливость которого особенно наглядно видно в Дубае. Одни разъезжают на шикарных автомобилях с номерами, которые стоят миллионы долларов, а другие…
…Однажды в поездке в Дубай, куда Лена полетела со взрослым сыном, в пятницу вечером на арендованной машине они поехали в ресторан.
Сын хотел угостить маму каким-то особым копченым мясным деликатесом. Погуглил, нашел место, где готовили такое блюдо.
На радость сына ресторан находился в той части города, где в пятницу вечером пробки не ожидались. Они ехали по окраине Дубая вдоль роскошных особняков вдали от всех распиаренных небоскребов. Им начало казаться, что едут они не туда куда надо, вряд ли в таком районе находится ресторан, но всезнающий навигатор уверенно вел их вдоль особняков и привел к территории, огороженной забором и накрытой парусиновым шатром.
Заинтригованные, они решили провести разведку на местности и довести начатый эксперимент до конца.
Вышли из автомобиля, нерешительно зашли на огороженную территорию. На ней рядами слева и справа стояли палатки, в которых что-то жарилось, запекалось и готовилось другими способами. Запах запеченного мяса и специй стоял такой, что хотелось немедленно купить и приступить к трапезе. Но…
Вся остальная площадь заставлена столиками, за которыми сидели местные мужчины в своих длинных белых одеждах и ужинали. Между столиками бегали мальчишки разных возрастов.
Взрослые повернулись и посмотрели на туристов так, вроде они были пришельцами из другого мира. Туристы поежились, взгляды явно показывали, что их не ждали, и им тут не место.
Лена с сыном поняли, что оставаться на территории не имело смысла, хотя блюда наверняка готовились отменные. Напротив входа они увидели светящиеся двери супермаркета.
Еще по дороге они пожалели, что не взяли с собой воды, поэтому рискнули дойти до магазина. Под мрачными выжидательными взглядами потомков бедуинов, они прошествовали от ворот до супермаркета. Купили воду и набор из трех упаковок фиников в шоколаде, попавшихся на глаза.
Вышли и пошли к воротам под теми же недоброжелательными взглядами местных, скорее всего владельцев тех самых особняков, мимо которых только что проезжали и шутливо выбирали, в каком хотели бы жить. Не выбрали, очень уж выбор оказался сложным.
Лена с сыном почти не разговаривали, оба кожей чувствовали, что они нежеланные гости на этом празднике жизни. Сели в свой темно-вишневый Джип, переглянулись.
— Мам, сори, не получилось угостить тебя копченым мясом.
— Да ладно, солнце, я переживу, тем более ты не виноват, это все Гугл. Зато увидели, как живут местные жители.
— Сейчас поедем в Соук Мадинат ( рынок), там есть бельгийский ресторанчик. Попробуем найти место на парковке.
— Поехали, если не найдем, вернемся в гостиницу.
Сын вырулил с парковки и поехал по направлению к центру города по двенадцати полосному шоссе Шейха Зайеда.
В темноте, потому что в Эмиратах круглый год рано темнеет, начиная с 6 часов вечера, огромные автомобили, размерами похожие на автобусы, метались по дороге в надежде проскочить быстрее собратьев.
Сверкающие высотки по обеим сторонам проспекта создавали ощущение, что находишься не на земном шаре, а в поселении на Марсе. Образ будущего и инопланетного бытия преследовал Лену в этом городе, даже до посещения удивительного здания Музея Будущего в виде серебряного бублика с арабской вязью на фасаде.
Наконец, они доехали до Соук Мадинат. Джип нырнул на подземную парковку и остановился. Все места заняты. Сын уже хотел повернуть назад, как вдруг перед автомобилем появился человек маленького роста, не выше метра пятидесяти, с крупной головой, крупными ступнями, обутыми в высокие черные ботинки, и крупными ладонями, которыми он махал вперед, призывая следовать за ним.
Сын понял пантомиму и медленно поехал за смуглым Сусаниным, который бежал впереди автомобиля по направлению к шлагбауму.
Подбежал к шлагбауму, поднял его и двинулся налево.
— А что, так можно было? — сыронизировал сын, но последовал за гидом.
Лена сидела и снисходительно смотрела на бегущего человечка. Он странно, вразнобой размахивал своими большими руками и переставлял свои большие ноги. Казалось, что он похож на крутящееся колесо мельницы. «Боже, — подумала: — Ну и странный вид заработка!»
Наконец, большеголовый остановился около свободного места. Сын высадил мать, чтобы она ненароком не задела соседнюю машину при открывании двери. В Дубае машины на парковке обычно стоят так плотно, что при открывании двери можно ненароком долбануть по соседнему дорогущему транспортному средству.
Загнал автомобиль на пустующее место, сунул денежку гиду-сталкеру, который продолжал сиять непосредственно детской улыбкой.
Лена с сыном поднялись в ресторан, заказали мидии в сливочном соусе, которые им подали в огромных черных кастрюлях. Мидии сидели в ракушках, пришлось раскрывать каждую.
Туристы устали от процесса и объелись, но все-таки добили блюдо до конца, оставив гору черных створок в другой маленькой кастрюльке. Сын заказал матери бокал бельгийского пива, со словами, где ты его еще попробуешь. Через пару часов, осоловевшие от еды, они спустились на лифте на парковку и вернулись в гостиницу…
… После путешествия, у Лены в голове часто появлялась картинка с большеголовым человечком, бегающим по парковке, размахивающим руками и радостно по-детски улыбающимся. Как мог, зарабатывал деньги для себя, хотя скорее всего не только, но и для семьи, оставшейся в Индии или другой стране.
При этом ее охватывал стыд за свои тогдашние мысли. Сама-то чем лучше? Тем, что родилась в другой стране, так это не от тебя зависело. Нашлась, богатая и успешная, прямо как в том анекдоте про яйца: — Прошло всего три минуты, а мы уже такие крутые!
— Ларис, грех жаловаться, живем как арабские шейхи. В своих квартирах, с телевизорами и интернетами. Сидим с тобой в кафе, попиваем кофеек, при этом недовольно бухтим, какого рожна нам не хватает? Прости за грубое выражение.
Лариса, откинулась назад на спинку кресла, запрокинула голову и залилась громким заразительным смехом, как могла только она одна.
— Ой, не могу, «какого рожна», так твоя мама говорила! Ленка, и правда, хорошо живем!