Мнение: «В регионах нужно создавать комфортные условия жизни, а не закрывать алкомаркеты»

По мнению Михаила Лачугина, рост числа алкомаркетов объясняется сразу несколькими причинами. Первая — расширение их ассортимента. Если ранее в них можно было купить только алкоголь и закуски, то сейчас алкомаркеты предлагают базовый набор продуктов питания. Трансформация ассортимента позволяет магазинам выживать, подчёркивает эксперт. На фоне сокращения продаж алкоголя в России (по данным РАТК, в первом полугодии 2025 года, если не считать пиво, они снизились на 15%) розница замещает алкогольный ассортимент продуктами питания.

Комментируя инициативу депутатов дать определение термину «алкомаркет», Михаил Лачугин отмечает, что объем спиртного на полках алкомаркетов и в традиционном ритейле примерно одинаковый. Однако условные «Магнит» или «Пятерочка» располагают большей площадью и за счёт этого могут предлагать более широкий ассортимент — каждый продукт представлен не одним брендом, а пятью-шестью. За счет этого создается иллюзия, что в традиционных магазинах у дома спиртного меньше, чем в алкомаркете, подчёркивает Лачугин.

Ещё одной причиной роста числа таких магазинов эксперт называет легализацию рынка. На российском рынке работают несколько крупных производителей и дистрибьюторов, алкогольной продукции, которые фактически поделили между собой рынок. И у многих из них есть свои торговые сети.

— Россия сделала большой шаг вперед в легализации алкоголя и сокращении теневого сегмента бизнеса. И легальные алкомаркеты в этом смысле точно лучше, чем нелегальные торговые точки с суррогатом, — резюмирует Лачугин.

Большое количество алкомаркетов, которое критикуют в Госдуме, объясняется ещё и тем, что крупные федеральные сети, в том числе специализированные алкогольные, иногда открывают магазины просто чтобы выполнить свои количественные показатели, не задумываясь об эффективности торговой точки. В ближайшие годы рынок сам отрегулирует количество магазинов у дома, подчёркивает Михаил Лачугин, и количество алкомаркетов сократится независимо от заградительных мер.

— Скоро мы достигнем потолка, и начнется некоторый обратный процесс. Нет спроса на такое количество точек, через каждые 100 метров, а во многих городах уже нет и коммерческих помещений под них. Уже сейчас федералы смотрят больше на качественные показатели, а не количественные, — поясняет эксперт.

По мнению Михаила Лачугина, обсуждение ограничений для алкомаркетов связано с борьбой лоббистов — классические крупные торговые сети недовольны тем, что алкомаркеты оттягивают у них трафик и отбирают покупателей.

— Я вижу в этой истории не столько заботу о людях, сколько столкновение бизнес-интересов и борьбу за трафик и кошелек потребителя. Надо отметить, у алкогольной индустрии тоже сильное лобби, и они наверняка сумеют в той или иной мере отстоять свои интересы, — полагает Лачугин.

По мнению эксперта, любые ограничения ассортимента алкомаркетов или самого их количества могут привести только к ограничению конкуренции в пользу крупных федеральных торговых сетей и к росту теневого сегмента бизнеса.

Комментируя заявления депутатов о том, что алкомаркеты якобы заманивают детей дешёвыми сладостями, Михаил Лачугин отмечает, что отношение ребёнка к алкоголю должно формироваться на уровне воспитания, чтобы, став взрослым, человек сам мог оценить, нужно ли ему употреблять алкоголь.

— Профориентация, формирование здоровых привычек у детей, определенного мировоззрения и менталитета — вот чем нужно заниматься. Это долгая работа, на которую уходит не один год, а иногда десятилетия. Ребенок, который хочет купить конфеты, может увидеть алкоголь в любом магазине у дома. Чем в этом плане «Магнит» или «Пятерочка» отличаются от «Красного и белого»? Тогда давайте во всех магазинах, торгующих алкоголем, запретим продавать сладости.

Демографические проблемы нужно решать системно, отмечает эксперт.

— Чтобы люди не уезжали из регионов, хотели там оставаться и рожать детей, нужно создавать комфортные условия жизни, а не закрывать алкомаркеты. Это абсолютно популистская мера, которая вызывает много обсуждений, но ключевую проблему не решает.