Приключенческая повесть
Все части повести здесь
– Скажите, Саюри – спрашиваю я – в тот единственный раз, когда вы с ним виделись вживую, если это правда, конечно, между вами что-то было?
– А почему это вас волнует? Вы вроде замужем... Или до сих пор... ревнуете его?
– Просто в нашей жизни слишком много нехороших событий связано с Масловым, и мне теперь интересно, чего ждать от вас.
Она довольно длительное время смотрит мне в глаза не мигая, а потом отвечает:
– Ну, во-первых, я никогда не лгу – мне это не нужно. А во-вторых... такая женщина, как я, меньше всего хотела бы быть в отношениях с таким мужчиной, как Данила. В данном случае дружба более ценна, чем низменный животный инстинкт. Разве у вас с ним было не так? Кстати – она резко переводит разговор на другое – как ваш приятель? Я слышала, он сам вышел к деревне.
– Нормально – ровным голосом отвечаю я и тоже стараюсь перевести разговор – кстати, ваша дочь очень хорошо поет.
Часть 10
Зато Дима сообщил нам, что медведь был убит очень и очень просто – судя по ране на его шее, кто-то прыгнул ему на спину и перерезал горло. Останки туши тоже были транспортированы в лабораторию, так что именно там и сделали вывод, что таким незамысловатым способом мишка нашел свою смерть. Кроме того, тому, кто это сделал, особого труда это не составило, так как в нескольких местах его туши были обнаружены колотые раны. Теперь понятно, почему в лесу мы с Ханом обнаружили капли крови, тянущиеся почти сплошной полосой – раненое животное пыталось убежать от преследования. Ну, и судя по характеру царапин и ран на теле Марка, преследователем был именно он, и именно он бежал следом за животным, которое, видимо, в процессе схватки несколько раз умудрилось его приложить где когтями, а где зубами. Еще Дима добавил, что от Марка так и не смогли добиться того, почему он решил преследовать косолапого и кто вообще вбил ему в голову мысль, что медведь должен быть убит. А кроме того, возникал еще и другой вопрос – как животное оказалось так близко от населенного пункта, потому что все-таки это считается близким расстоянием.
Анютка решительно мотала головой:
– Я не верю в то, что такой тщедушный тип, как Марк, мог в одного завалить медведя. Наши мужики в Заячьем испокон веков охотились, но медведя даже самые отъявленные крепыши и смельчаки, побеждали только вдвоем.
– Ань, если делать так, как сказал Дима – вполне можно и одному справиться.
– Но какого лешего он вообще пошел его убивать?
– Как это – какого лешего? Вспомни, чего не было у медведя, и ты поймешь, в чем была цель. А знаешь, мне кажется, кто-то пытается нарушить вот это негласное правило в Заячьем – не охотиться, кто-то хочет все сделать по-своему...
– Самое главное, чтобы снова не дошло до охоты на людей – недовольно бубнит Анька, вспоминая историю с зайцами – какая я была тогда дура...
– Чего теперь об этом вспоминать? Ты была влюблена... – я стараюсь быстро перевести разговор на другое – как там Агния?
– Рассказала я ей про наши дела в Заячьем – она очень заинтересовалась и обещала приехать в воскресенье.
– Отлично! Может быть, подкинет какую идею...
Итак, к Марку нельзя... А это значит, что полицейские во главе с Димой боятся либо того, что информация, которую все-таки сообщил Марк, выйдет за рамки их узкого круга, либо... Либо боятся за жизнь Марка, думая о том, что кто-то может убрать его... Как свидетеля... Нет, второй вариант отметается, ибо эти люди знали, что делали, а потому напрочь стерли или перепутали в голове Марка все, что можно было в ней перепутать. То есть остается первый вариант, а это значит, что Марк что-то все-таки рассказал. Эх, как бы пробраться в больницу к нему?!
Но скорее всего, сейчас, как никогда, сделать это труднее... Если бы времечко отмотать на пять-шесть лет назад! Тогда я могла бы запросто выяснить, где именно лежит Марк, и найти способ пробраться к нему хоть по стене больницы снаружи, в окно... Но сейчас... Сейчас будет труднее это сделать. Хотя ничего невозможного нет, в этом я уверена – выбиралась еще и не из таких передряг.
Обо всем этом я думаю, сидя на работе в кабинете. Глядя на меня, Анютка говорит:
– Ты уже тридцать минут грызешь карандаш и взгляд у тебя отсутствующий. Скажи – ты что задумала?
– Хочу выяснить, где лежит Марк. Мне кажется, он что-то вспомнил...
– Ох, Ася! Не лезла бы ты в это! Ты и так вон, сколько всего прошла – огонь, воду и медные трубы. Мне кажется, сейчас всем должна заниматься полиция, потому что дело это намного опаснее и серьезнее, и связано с гражданами другой страны.
– Так и скажи – с китайцами – ухмыляюсь я.
В этот момент дверь приоткрывается и в щели показывается лицо Олега.
– Ань – говорит он – там эта, Саюри ИньХу явилась.
– О, помянешь черта! Что ей надо? Я сейчас совсем не расположена ее видеть!
– Сказать, что ты занята?
– Нет! Веди ее сюда. Чем быстрее я с ней развяжусь – тем лучше.
Как всегда улыбающаяся, плавной, грациозной походкой, Саюри проходит в кабинет. На ней светлый, песочного цвета, брючный костюм с широкими брюками и поясом, перетягивающим осиную талию, и туфли на высоких каблуках.
– Вы сняли кимоно? – широко улыбаясь, со скрытым ехидством спрашивает Анька.
– В нем не так легко ходить – заявляет гостья – хотя ради того, чтобы завоевать понравившегося мужчину, можно надеть на себя хоть сто кимоно...
– Чтобы завоевать понравившегося мужчину – парирует Анька – лучше вообще все с себя снять.
– Китайские женщины – существа целомудренные. Впрочем, я пришла не об этом. Я по вот этим документам с поставками.
Добрый час они обсуждают с Анькой условия, и если подруга моя кипятится временами, что-то доказывая, то Саюри спокойна, как удав. Когда они заканчивают, она поворачивается ко мне:
– Ася Николаевна, вы не окажете мне любезность проводить меня до машины?
– С удовольствием! – за спиной китаянки я строю Аньке рожу и выхожу вслед за Саюри.
Мы идем до ее машины сначала молча, а потом она вдруг заявляет мне:
– Меня тянет к вам, как магнитом, Ася Николаевна. Наверное, потому что подсознательно я скучаю по Даниле, а вы чем-то похожи на него.
Вот это заявочки! Меньше всего мне хотелось бы быть похожей на убийцу и изверга Маслова, у которого, к слову, харизмы было не занимать.
– Скажите, Саюри – спрашиваю я – в тот единственный раз, когда вы с ним виделись вживую, если это правда, конечно, между вами что-то было?
– А почему это вас волнует? Вы вроде замужем... Или до сих пор... ревнуете его?
– Просто в нашей жизни слишком много нехороших событий связано с Масловым, и мне теперь интересно, чего ждать от вас.
Она довольно длительное время смотрит мне в глаза не мигая, а потом отвечает:
– Ну, во-первых, я никогда не лгу – мне это не нужно. А во-вторых... такая женщина, как я, меньше всего хотела бы быть в отношениях с таким мужчиной, как Данила. В данном случае дружба более ценна, чем низменный животный инстинкт. Разве у вас с ним было не так? Кстати – она резко переводит разговор на другое – как ваш приятель? Я слышала, он сам вышел к деревне.
– Нормально – ровным голосом отвечаю я и тоже стараюсь перевести разговор – кстати, ваша дочь очень хорошо поет.
– У Мин бесспорный талант... Она любит петь в лесу... это привлекает зверей...
– Что?
Она смеется:
– Неужели вы поверили? Конечно, нет, она поет для удовольствия!
А я вдруг думаю о том, что могу прощупать почву.
– Кстати, а вы не боитесь отпускать свою дочь в лес одну?
– Чего же мне бояться? Мин может за себя постоять...
– Но я не про людей сейчас...
– А про кого? Неужели и у вас здесь есть Гуй?
– Кто?
– О, не берите в голову – это злые духи... Я поняла – вы о животных... Но насколько мне известно, здесь была развита охота...
– Сейчас уже нет. Здесь будет заповедник, а потому животных убивать запрещено.
По ее реакции ничего невозможно угадать, но она спрашивает меня:
– Ася Николаевна, вы часто собираетесь с друзьями на посиделки?
– Да, бывает. В основном семьями – меня вдруг осеняет – вот, как раз в это воскресенье приедет моя подруга с мужем... Я приглашаю и вас с дочерью. Отведаете нашего шашлыка...
Лицо ее вспыхивает:
– Я с радостью. И тоже принесу что-нибудь вкусное.
Когда возвращаюсь в кабинет, Анька по моему лицу понимает, что я совершила что-то такое, что ее сейчас удивит. Она слишком хорошо меня знает.
– Итак?
– Что?
– Ну, я же вижу... Тебе не терпится мне что-то сообщить...
– Да. Я пригласила Саюри с дочерью к нам в воскресенье. Приедет Агния с Леликом, приходи ты с Олегом, приглашу еще и Эда с Анфиской.
– Ася, ты что?! – вопит она, явно не ожидавшая от меня подобной прыти – где твои мозги? Эта китаянка с дочерью всех наших мужиков сведет с ума!
– А зачем тогда нужны такие мужики, которые от каких-то там китаянок с ума сойдут? Зато мы, Аня, сможем вытянуть из нее хоть какую-то информацию.
– О чем вы вообще говорили, и как тебе в голову пришла столь сумасшедшая затея?
Кратко пересказываю ей разговор с таинственной китаянкой.
– Хм – недовольно бубнит она – и тут мой папаша обозначился! Вот не верю я ей! Один раз встретились вживую и уже друзья! Так не бывает, Ася!
– Ну, вот у тебя и будет прекрасная возможность узнать, что там было на самом деле.
– Так она мне и рассказала! Эта Саюри, мне кажется, осторожна, как кошка, но в тоже время всегда готова нанести удар.
– Да ладно тебе! Мы совсем ее не знаем...
– Но с их появлением здесь начались странные события...
– И все-таки мне интересно... Марк сказал, что трофей в виде медвежьей башки он должен отнести «ему». Кому это – «ему»? Было бы логичнее думать, что ей.
– У меня не спрашивай – мыслей по этому поводу нет вообще.
– А может быть, существует кто-то, кто правит балом, и по чье указке действуют эти китайцы?
– Хорошая мысль! Осталось выяснить, кто это.
– И почему же мне кажется, что все дороги ведут в Рим? А точнее - в наш город? И даже дорога из Китая...
Анька смотрит на меня с подозрением, а потом крутит пальцем у виска. Она может крутить, сколько угодно, но меня-то предчувствия редко обманывают.
Ладно, до воскресенья еще далеко... Дома я ставлю мужа перед фактом – в воскресенье у нас гости, и не только все наши друзья, но и китайские гостьи тоже. Вадим смотрит на меня странно, но он при этом никогда мне не перечит, знает только одно в таких случаях – я что-то задумала и меня надо поддержать.
– Куплю продукты – говорит он – послезавтра после работы заеду.
Обнимает меня:
– Аська, с тобой, как на вулкане, но мне это нравится все больше и больше.
Через день Анютка дает мне внеплановый выходной – во-первых, мне надо подготовиться к воскресенью, а во-вторых – срочно нужно пристрелять ружье, для этого я отправлюсь в овраг в лес, куда беру с собой Хана.
И если с подготовкой все более-менее понятно, то с оврагом... Спускаюсь туда и понимаю, что ничего не изменилось - пристрелять сюда я хожу довольно часто, но только сегодня здесь какая-то особая атмосфера, словно я вернулась на много лет назад... Здесь впервые я встретила Данилу и его сына Гошку. Впервые обратила на него внимания и поняла, что... Впрочем, это уже неважно – Данила был монстром по своей сути и умело дергал за веревочки... За мои тоже. Вот и Саюри попала под власть его харизмы, и кто знает... может быть, эти веревочки до сих пор в чьих-то умелых руках..
Хорошо, что я не успеваю сделать первый выстрел, потому что вдруг недалеко от оврага слышу чьи-то голоса.
Кто в такое время может шляться в лесу, да еще и кучкой народа? Не иначе, снова туристы, коих тут в последнее время очень много.
Быстро прячусь за дерево, делаю знак Хану и он, прижав уши к голове, укладывается на живот и плотно вжимается в землю. Теперь он похож на бугорок, и лежать так он может очень долго. Стрекот нескольких голосов все приближается, говор и смех нетипичны для жителей Заячьего, и я осторожно высовываюсь из-за дерева, чтобы посмотреть, кто там.
Вот это новости – сотрудники кафе, те самые китайские повара во главе с Мишей. Интересно, что им тут надо? Они смеются и болтают на своем, направляясь в сторону озера, и я даже знаю, куда они пойдут потом – домой к Саюри. Но где они были до этого? Я знаю только одну дорогу - ту, которая ведет от оврага... к ферме. Это совпадение или китайцы и впрямь просто гуляли, обозревая окрестности? И потом – эта смена поваров, которые сегодня должны работать? Скорее всего, нет! Простоя бы Миша не допустил.
Они проходят мимо того места, где в овраге прячемся я и Хан, и идут дальше. Осторожно выбираюсь наружу, стараясь держаться на расстоянии, иду следом за ними, недалеко от меня тихо ступает мягкими лапами по земле мой верный спутник волкособ. Я же думаю о том, что хорошо было бы, если бы они перешли на русский, потом вспоминаю, что хмурые повара говорят на нем плохо... Но то, что идут они к дому Саюри – это бесспорно. Снова внутри все дрожит в сладком предчувствии риска, опасности и адреналина. Я обязательно должна понять, что они будут там делать!
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.