Ольга поднесла бокал к лицу, медленно вдохнула аромат французского вина, тонкий, с нотами спелых ягод, и, чуть прикрыв глаза, улыбнулась.
— Божественный напиток, — произнесла она, разглядывая рубиновый оттенок жидкости, переливающийся на свету. — Вот о такой жизни я всегда мечтала: Лазурный берег, яхты, устрицы... Настоящий рай!
Она откинулась на спинку плетёного стула, стоявшего на открытой веранде ресторана, где шум волн смешивался с гомоном голосов. Алексей, её второй муж, сидевший напротив, кивнул, его губы растянулись в лёгкой улыбке, но в глазах мелькнула тень беспокойства. Они уже неделю наслаждались роскошью Лазурного берега, и счёт за их отдых стремительно рос.
— Я же говорил, Оля, жениться на тебе — лучшее, что я сделал, — отозвался он, подмигнув. — Ещё закажем бутылку или на сегодня хватит?
Его голос звучал расслабленно, но пальцы, державшие вилку, слегка дрогнули. Ольга, не замечая его тревоги, сделала ещё глоток вина, наслаждаясь его мягким послевкусием.
— Мама, ты обещала мороженое! — вмешалась Даша, их шестилетняя дочь, сидевшая рядом. Она сморщила нос, отодвигая тарелку с рыбным супом, от которого исходил резкий аромат. — Я его не хочу, он невкусный!
Ольга бросила на дочь строгий взгляд, её пальцы слегка сжали ножку бокала.
— А кто спрашивает, что ты хочешь, Даша? — отрезала она, её тон был резким, но спокойным. — Никакого мороженого. Доедаем, платим и уходим.
Она подняла руку, подзывая официанта, который тут же подошёл с профессиональной улыбкой, протянув счёт на серебристом подносе. Алексей, взглянув на цифры, нахмурился, его брови сдвинулись, а плечи напряглись.
— Оля, ты уверена, что Наталья Викторовна не против оплачивать всё это? — спросил он, понизив голос, чтобы Даша не услышала. — Смотри, счёт немаленький, а ещё отель, аренда машины, экскурсии...
Ольга отмахнулась, небрежно достав из сумочки банковскую карту, блестящую в свете солнца.
— Расслабься, Лёша, — хмыкнула она, её голос был полон уверенности. — У мамы денег столько, что их на три жизни хватит. Куда она денется?
Её тон был беспечным, но в глубине души она помнила, как Наталья Викторовна не раз упрекала их за расточительство. Однако Ольга привыкла, что мать всегда выручает, и не видела причин волноваться. Она протянула карту официанту, который кивнул и удалился.
Но через минуту он вернулся, его лицо выражало лёгкое смущение.
— Простите, мадам, платёж отклонён, — произнёс он на ломаном английском, стараясь сохранить вежливость.
— Что значит отклонён? — Ольга нахмурилась, её пальцы сжали карту, которую официант вернул. — Это что, мама заблокировала? Ну и скупердяйка!
Её щёки слегка покраснели от раздражения, а глаза метнулись к Алексею, который нервно откашлялся. Даша, сидевшая рядом, с любопытством смотрела на родителей, её ложка замерла над тарелкой.
— И что теперь? — спросил Алексей шёпотом, наклонившись ближе. — Как выкрутимся?
Ольга задумалась, её глаза пробежали по залу ресторана, где гости наслаждались едой, а за окнами искрилось море. Она наклонилась к мужу, её голос стал тише, но твёрже.
— Спокойно, Лёша. Помнишь, как в прошлом году в Италии карта не сработала? Мама тогда всё уладила, — прошептала она. — Сейчас я выйду, будто в уборную, а ты через пару минут следом. И сваливаем отсюда.
— А Даша? — Алексей кивнул на девочку, которая ковыряла ложкой в тарелке, её светлые волосы падали на лицо.
— Останется тут, — бросила Ольга, натянув улыбку, чтобы не привлечь внимания. — Никто не подумает, что мы сбежали, пока она за столом. Позвоню маме, разберусь с картой, а там решим.
— Мама, ты куда? — Даша подняла голову, её глаза расширились от тревоги, а маленькие руки сжали салфетку.
— Сиди тихо, — прошептала Ольга, наклонившись к дочери. — Начнёшь реветь — останешься здесь. Будут заставлять тебя этот суп есть, поняла?
Даша замерла, сжав губы, её глаза заблестели от страха. Ольга, бросив последний взгляд на стол, поднялась и направилась к выходу, её шаги были лёгкими, но уверенными. Алексей, помедлив, последовал за ней, стараясь не оглядываться.
Официант, заметив их уход, нахмурился. Метрдотель, стоявший у входа, что-то шепнул коллеге, но парочка уже скрылась за стеклянной дверью. Даша осталась за столом, глядя на пустую тарелку, её пальцы мяли салфетку, а слёзы начали скапливаться в уголках глаз.
На улице Ольга, отойдя на несколько шагов от ресторана, достала телефон и набрала номер матери. Наталья Викторовна ответила почти сразу, её голос дрожал от возмущения.
— Ты что натворила, Оля? — резко начала она. — Карты я заблокировала, да! Вы с Лёшей совсем совесть потеряли, тратите мои деньги, как свои!
— А ты что, решила нас без копейки оставить? — огрызнулась Ольга, сжимая телефон так, что побелели пальцы. — Из-за тебя мы Дашу в ресторане бросили! Не смогли заплатить за обед, пришлось уйти. Она там одна теперь, отдувается!
— Что?! — Наталья Викторовна ахнула, её голос сорвался. — Вы ребёнка бросили? Да что ты за мать такая! Карту сейчас разблокирую, но вы немедленно возвращайтесь и забирайте Дашу! И перезвони мне, поняла?
— Давно бы так, — хмыкнула Ольга, отключая телефон. Она повернулась к Алексею, который стоял рядом, нервно оглядываясь на ресторан. — Всё сработало. Пошли обратно, деньги есть.
Но, вернувшись в ресторан, Ольга остановилась на пороге. Её уверенная улыбка исчезла. За столиком, где сидела Даша, теперь стояли официанты, а девочка, сжавшись, смотрела на них со слезами на глазах, её маленькие плечи дрожали.
— Мама, мамочка, мне страшно! — всхлипнула Даша, заметив Ольгу, её голос дрожал, а слёзы потекли по щекам.
Среди официантов выделялся молодой мужчина, Роман, который, услышав русскую речь, поспешил к директору ресторана.
— Сергей Михайлович, тут ситуация, — сказал он, подойдя к высокому мужчине в строгом костюме. — Похоже, родители девочки сбежали, не заплатив. Она одна осталась, русская.
Сергей, директор, нахмурился и направился к столику. Увидев Дашу, он замер, его лицо выразило удивление, а глаза расширились.
— Привет, не бойся, — мягко сказал он, присев рядом с девочкой. — Хочешь мороженое? У нас есть вкусное, с ягодами.
Даша шмыгнула носом, её пальцы разжали салфетку, и она кивнула.
— Хочу... А мама говорила, что суп надо есть, — пожаловалась она, её голос всё ещё дрожал.
Сергей улыбнулся и дал знак официанту. Через минуту перед Дашей появилась вазочка с ванильным мороженым, украшенным свежими ягодами, и тарелка с эклерами.
— Ешь, это вкусно, — сказал он, его голос был тёплым. — Меня зовут дядя Серёжа. А тебя как?
— Даша... Дарья Михайловна Полякова, — ответила девочка, с аппетитом пробуя мороженое.
Сергей замер, его глаза расширились ещё больше.
— Даша Полякова? — переспросил он, его голос дрогнул от удивления. — Не может быть...
В этот момент в зал вошла Ольга, за ней — Алексей. Увидев Сергея, Ольга остановилась, её лицо побледнело, а глаза сузились.
— Серёжа? — выдохнула она, её голос был полон недоверия. — Ты здесь?
— Мамочка! — Даша вскочила и бросилась к матери, обхватив её ноги.
Сергей поднялся, его взгляд стал холодным, но в нём мелькнула боль.
— Ольга? Так это наша Даша? — спросил он, переводя внимание на девочку. — Ты бросила нашу дочь в ресторане?
— Не твоё дело, — отрезала Ольга, притянув Дашу к себе, её голос сочился раздражением. — Вижу, ты тут неплохо устроился. Директор, да? А о ребёнке забыл.
— Забыл? — Сергей повысил голос, его кулаки сжались. — Сколько раз я пытался связаться с тобой, чтобы видеть Дашу! Ты же всё блокировала! Пошли в мой кабинет, там разберёмся.
Он кивнул на дверь, заметив любопытные взгляды других гостей, которые начали оборачиваться, теряя интерес к своим блюдам. Ольга, фыркнув, последовала за ним, держа Дашу за руку. Алексей плёлся следом, его лицо выражало неловкость.
Кабинет Сергея был небольшим, но уютным, с деревянным столом, заваленным документами, и большим окном, через которое доносился солёный запах моря. На стене висела фотография улыбающейся девочки, похожей на Дашу, в ярком платье. Ольга уселась на стул, скрестив руки, её взгляд был полон раздражения. Даша прижалась к матери, но её глаза то и дело возвращались к Сергею, который присел перед ней, пытаясь поймать её взгляд.
— Так ты мой папа? — тихо спросила девочка, её голос дрожал от любопытства и страха. — Мама говорила, ты уехал и меня бросил.
Сергей покачал головой, его лицо смягчилось, а в глазах мелькнула боль.
— Нет, Дашенька, я не бросал тебя, — сказал он, осторожно коснувшись её плеча. — Хочешь, останешься со мной? У меня есть дочка, твоя сестрёнка, Лиза. Вы будете играть вместе, гулять по набережной.
— Хочу! — Даша захлопала в ладошах, её лицо озарилось улыбкой, но тут же она посмотрела на мать, словно ища одобрения.
— А моего мнения никто не спрашивает? — Ольга прищурилась, её голос сочился язвительностью. — Ну и жизнь у тебя, Серёжа, сплошной праздник: ресторан на Лазурном берегу, новая семья, море под боком. А о Даше вспомнил только теперь, когда мы случайно пересеклись?
Сергей вздохнул, откинувшись на спинку кресла, его пальцы пробежали по краю стола.
— А что тебе не нравится, Оля? У тебя ведь тоже всё неплохо, — он кивнул на Алексея, который неловко стоял у двери, переминаясь с ноги на ногу. — Новый муж, отдых на побережье, всё за счёт твоей мамы. Я уехал не по своей воле. После развода я ввязался в бизнес, взял кредиты, а партнёр меня обманул. Вывел деньги и сбежал, оставив меня с долгами.
Он помолчал, глядя в окно, где море искрилось под солнцем, а чайки кружили над волнами.
— Пришлось уехать из страны, чтобы не сесть за долги. Первый год жил нелегально, пока не встретил друга детства. Он уже был здесь, владел сетью ресторанов. Предложил мне работу, и я начал с нуля. Теперь я расплатился с долгами, получил гражданство, завёл семью. Даже маму сюда перевёз.
— Молодец, — язвительно бросила Ольга, её губы сжались в тонкую линию. — Но Дашу ты не получишь. Живи своей красивой жизнью и не лезь в нашу.
— Не лезть? — Сергей прищурился, его голос стал твёрже. — Ты оставила ребёнка одного в ресторане, среди чужих людей, в чужой стране. Это преступление, Оля. Могу позвонить в полицию.
Алексей, до того молчавший, кашлянул, шагнув вперёд.
— Оля, может, не надо до полиции доводить? — тихо сказал он, его голос дрожал от неловкости. — Давай решим всё мирно, а?
Ольга фыркнула, но её глаза дрогнули, она отвела взгляд в сторону, на фотографию на стене.
— Ладно, — буркнула она, сжимая руку Даши. — Но с мамой по поводу Даши ты сам будешь объясняться. Я умываю руки.
Наталья Викторовна, узнав о случившемся, не стала спорить. Несмотря на натянутые отношения Сергея с её дочерью, она всегда относилась к нему с уважением, видя в нём ответственность, которой так не хватало Ольге.
— Если Даша будет с тобой, я спокойна, — сказала она по телефону, её голос был твёрдым, но усталым. — Но держи меня в курсе, Серёжа. И не дай Оле снова всё испортить.
Ольга и Алексей вернулись домой в тот же день, оставив Дашу с Сергеем. Через неделю Наталья Викторовна прилетела на Лазурный берег, чтобы навестить внучку. Она стояла на террасе дома Сергея, наблюдая, как Даша и её младшая сестра Лиза бегают по пляжу, строя замки из песка. Сергей, стоя рядом, улыбался, глядя на дочерей.
— Бабушка, смотри, какой замок! — крикнула Даша, размахивая пластмассовой лопаткой. — Мы с Лизой его весь день строили!
Наталья Викторовна улыбнулась, её глаза смягчились.
— Молодец, Дашенька, — отозвалась она, погладив внучку по голове, когда та подбежала. — А ты, Серёжа, настоящий отец. В отличие от Оли.
Сергей кивнул, его взгляд был полон благодарности.
— Я сделаю всё, чтобы Даша была счастлива, — сказал он, глядя на девочек, которые хохотали, обрызгивая друг друга водой.
На следующий день Сергей повёл Дашу и Лизу на пирс, где они кормили чаек и ели мороженое. Даша, держа отца за руку, болтала без умолку, рассказывая о своей новой жизни.
— Пап, а мы ещё сюда придём? — спросила она, её глаза блестели от восторга.
— Конечно, Дашенька, — улыбнулся Сергей. — Теперь это твой дом.
Жизнь Ольги после возвращения домой пошла по старому сценарию. Освободившись от забот о Даше, она с Алексеем всё чаще проводила вечера в барах, возвращаясь домой под утро. Однажды, после очередной вечеринки, их машина врезалась в отбойник на пустынной дороге. Алексей, сидевший за рулём, отделался ушибами, а Ольга оказалась в реанимации с множеством переломов и тяжёлым сотрясением мозга.
Лёжа на больничной койке, окружённая белыми стенами и запахом антисептика, она впервые задумалась о своей жизни. Медсестра, молодая женщина с усталыми глазами, поправляла ей капельницу, когда Ольга вдруг заговорила.
— Я ведь всё делала не так, — прошептала она, глядя в потолок. — Дашу бросила в ресторане, маму только злила, жила, как будто всё мне должны... А теперь вот здесь.
Она закрыла глаза, её мысли вернулись к детству Даши, когда та, ещё совсем малышка, тянула к ней руки, а она отмахивалась, передавая её няне. Вспомнила, как Наталья Викторовна устало просила её взяться за ум, а она только смеялась. И Сергея, который, несмотря на всё, заботился о дочери.
Медсестра посмотрела на неё с сочувствием.
— Знаете, я видела много людей, которые ошибались, — мягко сказала она, поправляя простыню. — Моя сестра тоже когда-то запуталась в жизни, но потом нашла силы всё изменить. Главное — понять, чего ты хочешь на самом деле.
Ольга кивнула, её глаза увлажнились.
— Хватит, — выдохнула она, её голос был слабым, но решительным. — Пора меняться.
После выписки Ольга подала на развод. Алексей, не изменившийся после аварии, пытался возражать, но она была непреклонна.
— Собирай вещи и уходи, — сказала она, стоя в дверях их квартиры, её голос был твёрдым. — Я подала на развод, и ждать суда не буду. Хватит с меня этой жизни.
Алексей, потеряв дар речи, начал собирать чемодан, его движения были суетливыми.
— А ты что теперь будешь делать? — спросила Наталья Викторовна, когда за Алексеем закрылась дверь.
— Жить, как нормальные люди, — ответила Ольга, пожав плечами, её взгляд был устремлён в окно. — И начать с того, чтобы навестить Дашу.
Читайте самые интересные истории в нашем Телеграмм-канале: