Девушек выстроили в ряд. Еремей Писарев аж поперхнулся от такого. Все хорошенькие, улыбчивые, все готовые услужить. Но… алеутки. Уже третий месяц скучал Еремей в Ново-Архангельске и однажды понял: тоска заедает! Нужно было срочно что-то придумать. Ведь на Аляске не хватало женщин!
Охотники и рыболовы, торговцы и промысловики… Таким было основное население Русской Америки. И, конечно, чиновники, прибывшие с Большой Земли! С момента, как начали осваивать эту далекую территорию, начали возникать на Аляске маленькие русские поселения. Первые наши соотечественники появились в тех местах в 1648 году, когда состоялась экспедиция Семена Дежнева.
Климат суровый, непривычный, даже для тех, кто каждый год переносил знаменитые русские морозы. Так что осваивать негостеприимный край приходилось ох как непросто.
«Писано об Америке, - рассказывал Семен Ремезов, русский энциклопедист, скончавшийся после 1720 года (точнее данных нет!), - яко стоит средь великого моря окияна, человеком вся та земля непостижна суть…»
Но был императорский приказ «непостижную суть» обязательно постигнуть. И по двум путям – морскому, через Берингов пролив, и по «Алеутскому пути» потянулись русские путешественники.
Первое торговое русское поселение называли Уналашкой. Поставили несколько изб, возвели подобие острога. Вели торговлю пушниной, и там же, в 1778 году, состоялась историческая встреча: купец Григорий Измайлов повстречал экспедицию знаменитого Кука. Даже подарками обменялись два путешественника! А когда была создана Российско-американская компания, Уналашка стала центром колонии.
Церковь построили, лавки открыли, даже школа была. Всё как у людей… Отец Иннокентий создал первую алеутскую письменность и даже перевел на язык аборигенов православную Библию… Но места все равно привлекали очень немногих переселенцев. Далеко, холодно, чужое все! Только отважные мужчины, в поисках прибыли, отправлялись в столь дальний путь. Да чиновники, каковым дан приказ…
Еремей Писарев, представитель небогатого дворянского рода, прибыл на Аляску в 1818 году. Был он мужчина крепкий, видный, и быстро заскучал. Тяжело без женского ласкового взора! Трудно без любимой супруги, каковая осталась в Рязанской губернии.
На Аляске не хватало женщин с самого начала. Сохранились цифры статистики: в Ново-Архангельске (еще одном русском поселении, которое впоследствии стало называться Ситкой) женщин было только 14%. А на острове Кадьяк – вообще полтора процента.
И не только в ласке было дело! Как вести хозяйство, как готовить и прибирать? Нужна была женская рука в каждой избе… А ее не было. Так что потянулись русские путешественники к местным, к алеутам. С просьбой незамысловатой: не отдаст ли отец свою дочь? Или молодую сестру? Не обидят, наоборот, окружат почетом!
Алеуты против такого не возражали. Привозили с собой путешественники невиданные товары, да и дома строили прочные, хорошие… Так что Еремею Писареву вскоре предложили на выбор сразу несколько кандидаток: выстроили в ряд – смотри, какая люба!
И он выбрал. Девушка понимала его плохо (хотя со временем и освоила немного русский язык) и называл он ее по-своему, Машей. Стала Маша хозяйкой в его доме, исполняла всю женскую работу безукоризненно. Правда, пришлось ее учить, как готовить по-русски, ведь норовила Маша замороженное мясо нарезать тонкими лоскутами, да так и отдать Писареву…
А после возникла еще одна проблема, деликатного свойства. Понесла Маша. И, всплеснув руками, Еремей отправился к батюшке в Вознесенскую церковь: что делать-то?
- Ребеночка крестим в православной вере, - спокойно отвечал отец Пантелеймон, - воспитаем. Да и мать надобно к вере приучить.
Так и постановили: стала Мария православной алеуткой. Дали ей отчество Еремеевна, по имени Писарева. А когда пришел час рожать, то с радостью констатировали – на Русской Аляске новый человечек! Младенец Александр, в честь государя-императора. Записан был Писаревым, по отцу. Пусть бастард, но ведь любимое дитя…
С той поры такие истории случались ох как часто. Брали себе путешественники местных девушек, во временные жены. Ведь чаще всего, на Большой Земле, у них оставались собственные семьи. Женщин на Аляске не хватало все время, пока существовала Русская Америка. К моменту, когда Аляску стали продавать, то соотношение мужчин и женщин было один к трем, в пользу сильной половины человечества…
Русские власти неодобрительно относились к таким союзам. Рождались дети вне брака. Получается, что поощрялись «неправильные» отношения. Церковь смотрела на это сквозь пальцы – на местах! – но в столице обсуждали с негодованием. Так что, отправляя чиновников на Аляску, начали ставить условие: пусть едут женатыми. С семьями. Так лучше, чем вводить в искус, на месте.
Судьба алеутских девушек, которые жили с путешественниками, была различна. Кто-то из русских оставался в колонии навсегда (даже после продажи Аляски). Кто-то увозил свои новые семьи с собой, в родные места. Иные просто ставили жен перед фактом: так мол, и так. Вот есть такая Маша с приплодом. Будем жить под одной крышей.
Судьба Еремея Писарева теряется. Судя по всему, он был как раз одним из тех, кто остался в Русской Америке и после 1867 года. Маша родила ему двух сыновей. Кстати, в 1863 году на территории Русской Аляски проживали уже почти 2 тысячи потомков русских переселенцев!
В 1827 году правитель Аляски, Пётр Чистяков, обратился к властям в Петербурге с предложением: пусть пришлют в колонию русских женщин! Но эта просьба осталась без ответа. Посчитали, что женщины не согласятся на такой далекий переезд. По крайней мере девушки из достойных семей. Одни, без сопровождения? Ну а каторжниц отправлять в Америку не захотели (хотя в правление Елизаветы Петровны женщин-заключенных отправляли в Сибирь).
Детей от смешанных союзов называли креолами. Многие из них охотно принимали православную веру, многие говорили по-русски, следовали традициям, которые их отцы привезли из России. И по сей день в бывшей Русской Америке живут их потомки.
Подписывайтесь на мой канал Ника Марш!
Лайки помогают развитию канала!