Я как раз доставала из духовки пирог с яблоками, когда в дверь забарабанили так, будто дом горит. Сердце екнуло — кто это может быть в половине седьмого вечера? Вытерла руки о фартук, подошла к двери.
— Кто там?
— Это мы! Открывай скорее!
Голос показался знакомым, но я никак не могла сообразить... Открыла дверь и чуть не упала. На пороге стояла Галина Петровна, свекровь моего мужа, а за ней — целая толпа. Его брат Виктор с женой Светкой, их двое детей, и еще какая-то тетка, которую я видела всего пару раз на семейных торжествах.
— Ну что стоишь? Пускай! — Галина Петровна протиснулась мимо меня в прихожую, волоча за собой здоровенный чемодан на колесиках. — Мы к вам переехали!
— Как... переехали? — я моргала, пытаясь осознать происходящее.
— А вот так! — Светка втащила в дом еще один баул. — Нас из квартиры выселили. Долги по коммуналке накопились, ну и... В общем, теперь мы у вас жить будем, пока что-нибудь не подыщем.
Дети уже носились по коридору, а тетка — кажется, ее звали Зинаида — устало опустилась на мой любимый пуфик.
— Где Андрей? — спросила я, все еще не веря в реальность происходящего.
— А он в командировке же, — Галина Петровна сняла пальто и повесила его на крючок, как будто жила здесь всю жизнь. — Мы ему звонили, он сказал, что проблем нет, располагайтесь, мол.
— Он сказал?! — голос мой взлетел на октаву выше. — Когда это он успел сказать?
— Да вчера разговаривали, — Виктор пожал плечами. — Ты что, против родственников?
Я стояла посреди своей прихожей и чувствовала, как мир рушится. Наша двухкомнатная квартира, которую мы с Андреем так долго обустраивали, вдруг превратилась в коммуналку. Дети уже добрались до гостиной и включили телевизор на полную громкость.
— Слушайте, — я попыталась взять себя в руки, — может, стоит сначала все обсудить? У нас тут не очень много места...
— Ничего, потеснимся! — Светка уже изучала содержимое холодильника. — О, пирог! А мы как раз голодные с дороги.
— Это на завтрак Андрею... — начала было я, но Галина Петровна уже резала мой пирог на куски.
— Андрей поймет. Семья же!
Я схватила телефон и помчалась в спальню. Набрала номер мужа — недоступен. Еще раз — то же самое. Написала сообщение: "Твоя родня приехала! Со всеми вещами! Говорят, ты разрешил! Срочно перезвони!"
Вернулась в гостиную — картина была еще более удручающей. Дети размазывали варенье по дивану, Зинаида разложила на журнальном столике свои лекарства, а Виктор курил на балконе, стряхивая пепел в мой горшок с геранью.
— Виктор, у нас нельзя дымить в квартире, — сказала я как можно спокойнее.
— Да ладно, проветрится, — он даже не обернулся.
— Лен, а где мы спать будем? — Светка вытирала руки о мое кухонное полотенце. — Детям бы отдельно лучше, они беспокойные.
— Спать? — я почувствовала, как начинает дергаться глаз. — А... а вы надолго?
— Ну как получится, — Галина Петровна устроилась в моем любимом кресле. — Может, месяц, может, два. Пока жилье не найдем подходящее. Цены сейчас кусачие, сама знаешь.
Телефон молчал. Андрей как сквозь землю провалился. А тут еще младший ребенок Светки — Максимка, кажется — разбил мою вазу. Хрустальную, подарок от бабушки.
— Ой, извини! — Светка даже не поднялась с дивана. — Максим, ну что ты как слон!
— Ничего страшного, — пробормотала я, собирая осколки. Хотелось плакать.
— Лена, а у тебя случайно нет запасного одеяла? — Зинаида кашляла и чихала. — Что-то меня продуло в дороге.
— Есть... — я поплелась в шкаф за постельным бельем.
Когда вернулась, обнаружила, что Виктор уже переставляет мебель в гостиной.
— Что ты делаешь?
— Место освобождаю. Тут диван разложим, детям постелем. А мы с Светкой в вашей спальне на полу устроимся.
— В нашей спальне?! — я чуть не подавилась.
— А что такого? Места много, поместимся.
— Но это же... наша спальня!
— Ну и что? Мы же не подглядывать собираемся, — Светка хихикнула. — Потерпите немного.
Я выскочила на кухню и снова попыталась дозвониться до Андрея. Автоответчик. Написала еще одно сообщение, уже менее вежливое.
— Лен, а что у тебя на ужин? — Галина Петровна заглянула на кухню. — Мы с дороги, сил готовить нет.
— У меня... — я открыла холодильник. Там лежали два куска курицы, которые я планировала приготовить завтра. — Немного есть.
— Отлично! А гарнир какой-нибудь сделаешь? Дети картошку любят.
Я молча достала картошку и принялась чистить. В голове крутилась одна мысль: "Это кошмар. Это просто кошмар."
— Тетя Лена, а можно мультики включить? — дернул меня за рукав старший мальчик.
— Можно, — выдавила я из себя.
— А можно погромче? Плохо слышно!
— Можно...
Звук телевизора стал еще оглушительнее. Зинаида в это время рассказывала Галине Петровне о своих болячках, Светка говорила по телефону, а Виктор что-то сверлил в гостиной.
— Что он там делает? — крикнула я.
— Крючок вешает! Для одежды! — отозвалась Светка.
Крючок. В мою стену. Без разрешения.
Картошка пригорела. Я даже не заметила — стояла и тупо смотрела в окно, мечтая оказаться где-нибудь далеко-далеко.
— Ой, горит что-то! — Галина Петровна ворвалась на кухню и выключила плиту. — Ты что, совсем?
— Извините, задумалась...
— Ничего, соскребем. Главное — не отравиться.
Ужин прошел в кошмарной атмосфере. Все жаловались на пригоревшую картошку, дети капризничали, Зинаида кашляла прямо над едой. А Виктор рассказывал анекдоты, которые никому не были смешны.
— Лен, а у тебя горячая вода круглосуточно? — поинтересовалась Светка.
— Да...
— Отлично! А то мы уже неделю не мылись толком. Дети первые пойдут.
После ужина началось великое переселение. Мою спальню превратили в общежитие, гостиную — в детскую, а я осталась ютиться на кухне. Сидела на табуретке и слушала, как за стеной кто-то храпит, кто-то кашляет, а дети до полуночи носятся и визжат.
Андрей так и не перезвонил.
Утром я проснулась с затекшей шеей и больной спиной. На кухне уже хозяйничала Галина Петровна.
— Доброе утро! Я кашу сварила. Правда, молоко кончилось, на воде получилось.
Молоко кончилось. Как и хлеб, масло и сыр. Холодильник был практически пуст.
— Лен, а магазин тут рядом? — Светка появилась в халате. В моем халате. — Надо продуктов накупить.
— Рядом, — пробормотала я. — А деньги?
— Ну... мы пока на мели. Ты не могла бы? Потом отдадим.
Конечно. Потом отдадим.
Я поплелась в магазин и потратила половину зарплаты на продукты. Когда вернулась, обнаружила, что Виктор разобрал мой письменный стол.
— Зачем?!
— Да места мало, вот и решил оптимизировать пространство. Сделаю тебе полочку, будет удобнее.
— Но я не просила!
— Ну и что? Видно же, что неудобно расставлено.
Я заперлась в ванной и дала волю слезам. Потом умылась холодной водой и вышла с решительным видом.
— Все, — сказала я. — Хватит.
— Что хватит? — удивилась Галина Петровна.
— Я звоню Андрею. Прямо сейчас. И мы все выясняем.
— Да звони, звони, — махнула рукой Светка. — Он же сам разрешил.
Я набрала номер мужа. На этот раз он ответил.
— Привет, дорогая! Как дела?
— Андрей, — я говорила тихо, но внятно, — твоя родня говорит, что ты разрешил им жить у нас. Это правда?
— А... это... ну да, они звонили. Сказали, что на пару дней...
— На пару дней?! Они говорят про месяц или два!
— Что? Нет, я думал...
— Андрей, они разобрали мой стол, сломали вазу, съели весь пирог, спят в нашей спальне и требуют, чтобы я их кормила!
— Слушай, я сейчас не могу говорить, у меня совещание. Вечером созвонимся, ладно?
— Андрей!
Но он уже отключился.
Я вернулась в гостиную, где Зинаида учила детей играть в настольные игры, а Виктор пилил что-то на балконе.
— Ну что, дозвонилась? — спросила Галина Петровна.
— Да. Он сказал, что разрешил вам остаться на пару дней. Не на месяц.
— Ну, пару дней, пару недель — какая разница? — Светка пожала плечами. — Главное, что разрешил.
— Разница большая! — я почувствовала, как закипаю. — Это моя квартира! Мой дом! И я не давала согласия на то, чтобы здесь жила толпа народу!
— Ой, да ладно тебе, — Галина Петровна поморщилась. — Что ты как чужая? Мы же семья!
— Семья? — я рассмеялась истерически. — Семья — это когда спрашивают разрешения! Когда не ломают чужие вещи! Когда не едят последний кусок хлеба!
— Ну ты и жадина, — буркнула Светка. — Из-за куска хлеба такой сыр-бор.
Это была последняя капля. Я схватила сумку и выскочила из квартиры. Шла по улице и рыдала, не стесняясь прохожих. Зашла в кафе, заказала кофе и просидела там до вечера, обдумывая план действий.
Когда вернулась домой, картина была еще более удручающей. Виктор притащил откуда-то старый диван и поставил его посреди гостиной. Зинаида развесила свои лекарства по всей ванной. А дети нарисовали фломастерами на обоях.
— Где вы были? — спросила Галина Петровна с упреком. — Мы ужинать хотим.
— Готовьте сами, — сказала я спокойно.
— Как это сами? Ты же хозяйка!
— Хозяйка, которая не давала разрешения на ваше проживание здесь.
Вечером наконец дозвонилась до Андрея. Разговор был долгим и бурным. Он клялся, что не понял масштабов проблемы, обещал все уладить, но просил потерпеть еще пару дней.
— Пару дней? — я не верила своим ушам. — Андрей, они превратили нашу квартиру в проходной двор! Твой брат дымит на балконе, дети изрисовали обои, а твоя мать командует мной, как прислугой!
— Ну не преувеличивай...
— Не преувеличиваю! Они даже мой халат носят! И едят все подряд, не спрашивая!
— Лена, ну потерпи немного. Я понимаю, что тебе тяжело, но они же в беде...
— А я что, не в беде? Я в собственном доме чувствую себя изгоем!
— Хорошо, хорошо. Завтра я с ними поговорю по телефону, объясню, что это временно.
Но на следующий день стало только хуже. Виктор привел своего приятеля Сергея — "на пару часов", как он сказал. Сергей остался на ночь. Потом еще на одну. К концу недели у нас жило уже семь человек.
— Это безобразие! — я ворвалась в гостиную, где вся компания смотрела телевизор. — Сергей здесь не прописан! Это вообще незаконно!
— Да ладно тебе, — Виктор даже не поднял головы. — Серега хороший мужик, не мешает никому.
— Не мешает? Он вчера всю ночь слушал музыку!
— Тихо же слушал...
— В наушниках, но я же слышала!
Серега виновато улыбнулся:
— Извини, Лен. Я думал, не слышно.
— Дело не в том, слышно или нет! Дело в том, что вас здесь быть не должно!
Галина Петровна тяжело вздохнула:
— Ну что ты как злая собака? Людям помочь нельзя?
— Помочь можно! Но не за мой счет! Не в моей квартире! Без моего согласия!
— Твоей квартире? — Светка хмыкнула. — А Андрей что, не хозяин здесь?
— Андрей в командировке! А я здесь живу и работаю!
— Ну и мы теперь живем, — спокойно сказал Виктор. — Временно.
Временно. Это слово стало моим кошмаром. Уже прошло две недели, а они и не думали съезжать. Более того — обживались все больше. Зинаида повесила в ванной свои тряпки, Светка переставила мебель на кухне "для удобства", а дети освоили все шкафы и ящики.
Я спала на раскладушке в коридоре и чувствовала себя бомжом в собственном доме. Продукты покупала я, готовила я, убирала тоже я. А они смотрели телевизор и строили планы на будущее.
— Знаешь, — сказала как-то Светка, — а тут неплохо. Район хороший, магазины рядом. Может, и не стоит торопиться с переездом?
— Как это не стоит? — я чуть не подавилась чаем.
— Ну а что? Места хватает, живем дружно...
— Дружно? — я рассмеялась истерически. — Ты считаешь это дружной жизнью?
— А что не так? Ты какая-то нервная стала, Лен. Может, к врачу сходить?
К врачу. Мне. Потому что я нервная.
В тот вечер я приняла решение. Собрала чемодан и поехала к маме. Оставила записку: "Когда ваши гости съедут, позвони. Буду у мамы."
Мама встретила меня с распростертыми объятиями. Выслушала всю историю и покачала головой:
— Ну и нахалы! А Андрей что говорит?
— Просит потерпеть. Говорит, скоро все уладится.
— Скоро... А сколько можно терпеть? Это же твой дом!
— Вот и я так думаю.
Три дня я прожила у мамы в тишине и покое. Никто не командовал мной, не ел мою еду, не ломал мои вещи. Это было счастье.
На четвертый день позвонил Андрей. Голос у него был виноватый:
— Лена, ну что ты как маленькая? Сбежала из дома!
— Я не сбежала. Я ушла из дома, который перестал быть моим.
— Ну не говори глупости...
— Андрей, — я говорила очень спокойно, — либо они съезжают до конца недели, либо я подаю на развод.
— Что? Ты с ума сошла?
— Нет, я наконец пришла в себя. Я не собираюсь всю жизнь содержать твою родню.
— Но они же...
— Они взрослые люди. Пусть сами решают свои проблемы.
— Лена, ну будь человеком!
— Я и есть человек. Человек, который имеет право на собственный дом.
Разговор закончился ссорой. Андрей кричал, что я эгоистка, я кричала, что он тряпка. В общем, красиво получилось.
На следующий день мне позвонила Галина Петровна:
— Лена, ну что ты творишь? Андрей весь извелся!
— Пусть приезжает и разбирается.
— Он не может, у него важная командировка!
— Значит, командировка важнее семьи.
— Ну ты же понимаешь, работа...
— Понимаю. И вы поймите — я не намерена больше это терпеть.
— Ну хорошо, хорошо. Мы уже присматриваем варианты. Еще неделька, и съедем.
Еще неделька. Я уже слышала это.
— Нет, — сказала я твердо. — До воскресенья. Иначе я вызываю участкового.
— Участкового? — Галина Петровна ахнула. — Ты что, совсем озверела?
— Нет, я просто устала быть доброй дурочкой.
В субботу Андрей примчался из командировки. Приехал ко мне к маме, злой как черт:
— Ну ты и устроила! Мать в слезах, Виктор ругается...
— А мне что, жалко их должно быть?
— Лена, ну нельзя же так! Это моя семья!
— А я что, не твоя семья?
Он замолчал. Потом тяжело вздохнул:
— Хорошо. Я с ними поговорю.
— Не поговоришь. Скажешь. Четко и ясно — до завтра вечера они должны съехать.
— Но им некуда...
— Это не моя проблема. Пусть снимают квартиру, едут к другим родственникам, в гостиницу — мне все равно.
— У них нет денег на гостиницу...
— Тогда пусть Виктор идет работать, а не прохлаждается у нас.
Андрей понял, что я не шучу. В воскресенье вечером вся компания наконец съехала. Виктор со Светкой и детьми уехали к ее матери, Зинаида — к своей сестре, а Галина Петровна — к подруге.
Когда я вернулась домой, квартира выглядела как после урагана. Сломанная мебель, грязь, пятна на обоях, горы мусора. На восстановление порядка ушла целая неделя.
— Ну вот, — сказал Андрей, помогая мне отмывать кухню, — все закончилось.
— Да, — согласилась я. — Но если что-то подобное повторится, закончится и наш брак.
Он посмотрел на меня внимательно и кивнул:
— Понял. Больше такого не будет.
И знаете что? Не было. Родня мужа больше никогда не появлялась у нас с баулами. А если и приезжала, то максимум на день-два и обязательно предварительно договорившись.
Иногда нужно просто сказать "нет". Твердо и окончательно. Даже если это семья.
Друзья,подписывайтесь на мой канал Рассказы от Маргоши,впереди еще много интересного!
А также читайте :