160 лет назад, 14 августа 1865 года родился яркий русский писатель, поэт,
литературный критик, переводчик-историк, религиозный философ,
общественный деятель Дмитрий Мережковский...
Муж поэтессы Зинаиды Гиппиус. Весомый представитель Серебряного века,
вошёл в историю как один из основателей русского символизма,
основоположник нового для русской литературы жанра историософского
романа, один из пионеров религиозно-философского подхода к анализу
литературы, выдающийся эссеист, критик.
К тому же, начиная с 1914 г., когда его
кандидатуру выдвинул академик Нестор Котляревский, был 10 раз
номинирован на Нобелевскую премию по литературе. …с какой поры Юлиан
Отступник, чья жизнь была тяжела, как вериги, кого убить многократно
могли ребёнком, но он выжил, сжимаясь кольцами воли, всё время готовый к
броску — с каких пор понял он, что ждёт его неудача? Видя в
христианстве только тьму заблуждений и игры предрассудков, помноженные
на извечный страх смерти, Юлиан, светло стремясь преобразовать жизнь,
столь верил радостным олимпийцам. Всё у них — от жизни: даже бог Аид
атлетически-торжественен.
Юлиан любил красоту, белые льняные одежды философа, мудрость.
Мережковский, погружая нас в слои истории, показывает её столь живо и,
думается, достоверно, что можно войти в двери страниц, двинуться улицами
Антиохии, увидать громады таинственных дворцов, где зреет виноград
интриг… Можно словно и мчаться рядом с Юлианом в битве… Сейчас стрела
ужалит его в бедро.
Потом всё закончится смертью: может быть,
олимпийцы, которых так мечтал вернуть в действительность — примут его на
Олимп в виде исключения? Развернётся мистическое действо жизни Леонардо
да Винчи: одного из самых загадочных гениев человечества. Конфликт с
Микеланджело остёр: важно для истории. Здесь всё важно — и как Леонардо
созерцает муравьёв, входя в понимание тайн микроскопических жизней, и
как собирается конструировать летательный аппарат, и как ездит и ходит
по Европе, иногда оставляя работы, увлечённый следующими. Далее длится
трилогия.
Неугомонная эта ходячая верста: царь, взрывающий византийскую сонность
России! Мускульная мощь взора, коли гневного — способного парализовать;
бьющая через край энергия, гроздь блистательных людей, окружавших его…
Всё — неистово, и жестокость, увы, тоже, и глумление: каков остров
образа! Пишет Мережковский красиво, поэтично, собственный опыт поэта
делает его прозу медовой. Музыкальной.
Он пишет о декабристах, исследуя феномен
мужества и самоотверженности; и столь живо лепит, возрождает людей этих,
будто смерти и не было. Как знать — может, её и нет… Так хочется
надеяться. Но чтение исторических романов Мережковского — замечательный
опыт прохождения духовного пути.