Людмила Райкова.
Глава 8.
Маня неслась к гаражу на космической скорости. Ну-у-у это ей передвижение казалось космическим, а со стороны всё выглядело немного иначе. Позже она узнает, как именно определил её бег сосед. Излагая начальнице домоуправления встречу с соседкой он так и сказал: «Просвистела вслепую мимо – ни тебе зарасти ни до свидания, споткнулась и не касаясь земли выровняла курс. Чисто истребитель в пике». Домоуправ потом спросит Маню: «На какой пожар ты неслась с такой скоростью?». Но это будет потом, а сейчас бедолагу заботило только одно – обещала прийти помочь мужу разобраться в гараже еще два часа назад. Заболталась с подругой и забыла обо всем на свете. Конечно, и сам мог позвонить, так всегда и делал, а сегодня нет. Почему? Наверное работы много, а времени мало или помешало что-то другое. Сейчас Маня примчится, а Глеб мрачно встретит жену не предложит включиться в разборку. Станет покрикивать – это не бери, тяжёлое, это сам положу. Не в правилах Глеба устраивать скандалы и кидаться упреками. Он вполне успешно выражает свое неодобрение интонацией или нарочито медленными действиями. Маня не любила такие моменты, и с отчаянным желанием купировать недовольство Глеба стремительно приближалась к цели. Двигалась она с лихостью осмелевшего хмельного зайца, на ходу подбирая вариант действий. Первый - не дождалась звонка, второй случилось ЧП дома, только какое? В квартире постоянно что-то происходило, то повисал на одном шурупе карниз, то ни с того с сего зависнет створка окна. А вчера Мигарь открыл утро грохотом в дверь их квартиры. Беда у Мигаря случилась по-глупому, продолжая третий день отмечать профессиональный праздник он выскочил из дома, дверь захлопнулась. Ключи остались внутри, а сосед раскачивался на лестничной площадке. Теперь ему требовался стул или стремянка, гвоздодер, топор, сто грамм и моральная поддержка. Дверь стояла намертво, но проем над железным монстром он победил. Правда попутно выдрал всю проводку оставив Маню с Глебом без интернета, телевизора, домофона и звонка в квартиру. Мог заесть замок, потеряться кроссовка и еще куча мелких неприятностей, которые сопровождали их не обустроенную жизнь в этой квартире. Лучший способ защиты - это нападение, противника следует ошарашить сообщением, и заставить его лихорадочно думать – как я мог забыть, не успел, но сегодня же исправлю. А потом она скажет, что ждала и не дождалась звонка от Глеба. Муж сразу усомнится, может и правда забыл позвонить, вполне оправданно - он всегда все забывает. Первый момент пройдет, а потом они вместе быстро разберут все у стены и будут ждать велосипеды. Хотя, вполне может быть, что одноклассник уже все привез. Нет, тогда бы они приехали на квартиру, чтобы занести комод. Обещали – мебель из квартиры сразу в квартиру. Может просто болтают у гаража, а она запаниковала, заахала, несется сломя голову. Может Мане и спешить незачем, сгрузили все, закрыли гараж и поехали куда-нибудь. Да хоть к Юрке Сахову в гости. Тот если не на дежурстве, то обязательно мастерит что-нибудь в старом родительском доме. Юрка унаследовал деревенский дом от матери, аккурат в год, когда впервые стал дедом. Внуки появлялись с завидной регулярностью и постепенно оккупировали дом-дачу, требовались дополнительные комнаты, шкафчики, водогрей в бане – не топить же каждый день. Дом постоянно кипел и гудел как улей, гости прибывали и убывали, Юрка спрыгивал со стремянки, встречал, угощал чаем, потом устраивал экскурсию по саду.... Этот вариант Маню устраивал больше всего. Она даже сбавила шаг, вытащила телефон, сверила время. Если в планах ничего не изменилось, то велосипеды уже час стоят себе смирненько в гараже, можно даже тот что поменьше опробовать в деле. Глеб отправился в гараж пешком, одноклассник обещал привезти все сам, а потом «по обстоятельствам». Маня к обстоятельствам, на всякий случай приготовила обед, так что ничего катастрофического. Почти успокоившись она свернула за угол, и взгляд уткнулся в распахнутые ворота гаража. Рыжий пес поднялся с травы, посмотрел на Маню лениво, но приветливо махнул хвостом и направился по своим делам. Маня заглянула внутрь помещения и ничего не увидела, подождала несколько секунд, пока глаза привыкнут к сумраку, потом осмотрелась. На первый взгляд все здесь казалось забито хламом, коробки, прислоненные к стене доски, но велосипедов не было, и Глеба с одноклассником тоже не было. Она озиралась по сторонам, чуть было не свалилась в смотровую яму. Заметила, что к стене приставлены несколько досок, а ещё в торце смотровой ямы распахнутая в темноту железная дверь. Эта темнота и какая-то звенящая тишина испугали её.
- Глеееб ты где? – почему-то тихо позвала она мужа. Ответа не последовало. Маня спустилась сначала в яму, остановилась у железной двери. Посветила телефоном, слабый свет выхвалил три крутые ступени вниз, залитый цементом пол, обитые досками стены и полки вдоль них. На одной все восемь литровых банок с вареньем, больше ничего и никого. Она ещё немного поводила экраном телефона по стенам погреба, почувствовала, что мёрзнет и поднялась наверх. Озноб сопровождался нарастающей тревогой. Муж конечно товарищ рассеянный, с него станется оставить открытым гараж и уйти в соседний поболтать с кем-нибудь. На первый взгляд гаражи по соседству закрыты. А отправиться куда-нибудь дальше, не закрыв помещение, в котором хранилось клубничное варенье..., Нет! И еще раз «Нет!». Маня даже представить себе не могла, что должно произойти, чтобы муж мог оставить свой сладкий запас без присмотра и надежной защиты. В твердой памяти и при ясном сознании этого произойти не может никогда.
Сознание! Может потерял сознание, ну солнечный удар, например, прохожие вызвали скорую, медики Глеба увезли в клинику. Она даже представила, как покачиваясь на колдобинах и захлебываясь сиреной, по центральной гарнизонной улице идет машина скорой помощи, люди останавливаются, вздыхая провожают взглядом машину. Если Глеб исчез таким путем, то кто-нибудь обязательно скорую видел и время заметил. Плохо, что барсетку с документами муж оставил дома. Но Малино, это не Москва, ближайших клиник не так много, Маня найдет его быстро, ещё у него с собой телефон. Господи – телефон! Надо просто позвонить и всё выяснится. Маня набрала номер, и подскочила.. Прямо за спиной завопил айфон мужа. Вот это уже была настоящая катастрофа, сродни оборвавшейся над пропастью страховки альпиниста. Телефон вопил сигналом воздушной тревоги, звук метался по стенам, вырывался за ворота гаража, Маня стояла столбом и надеялась, что сигнал такой силы муж проигнорировать не сможет, если... Невероятно, но факт – аппарат, который она в шутку называла продолжением руки Глеба, в данную минуту безрезультатно звонил и заливался, призывая исчезнувшего хозяина. Маня отключила сигнал и ударилась в панику. Лихорадочно осмотрела все углы в гараже, быстро вышла на улицу, обошла соседние гаражи, уклоняясь от крапивы заглянула в овраг. Кроме высокой травы никого. Вернулась, и поняла, здравые мысли в панике покинули её бедовую голову. Суетой проблемы не решишь, надо взять себя в руки и составить план поиска. Рука механически нырнула в желтую сумочку, без нее Маня из дому не выходила – ключи, телефон, сигареты, зажигалка размещались в семи кармашках, ремешок перекинут через голову, и этот кожаный карман надежно прилегал к левому бедру, обеспечивая ей все необходимое вне дома. Добывая сигарету, она не сводила задумчивого взгляда с дверного гаражного проема. Сознание растворило очертания старых запасных колес, досок, ящиков и видело внутри этой железной огромной коробки сгусток опасностей и тревоги. Она прикурила и после третьей затяжки включилась логика, пока вяло, но включилась. Вызвать скорую случись что, было бы некому. Маня здесь уже 30 минут и, никто не прошел и даже не проехал на велосипеде мимо. Гаражи несколькими рядами примыкали к бетонному забору, которым был обнесен гарнизон. Выхода за надежный забор было два – контрольно-пропускной пункт на севере и дыра на северо-востоке. Дыру пробили жители, она обеспечивала самый короткий путь через посадки вдоль внешней стороны забора к грибам и трассе. Там можно было поймать попутную машину, туда можно было подъехать к городку. Таксисты часто отказывались ехать в гарнизон, ссылаясь на в усмерть разбитые дороги городка. Маня с Глебом выбирались за пределы городка на джипе только официальным путем. Словом, мимо гаражей проезжать было незачем, так что вызов скорой помощи маловероятен. Если с Глебом что-то случилось – искать его следует здесь.... А что если Глеба, нашли таки, пугайловские адвокаты, выследили, дождались когда он окажется один в укромном месте, тюкнули кирпичом по голове, загрузили в машину и увезли. Попыхивая сигаретой Маня методично обходила гаражи, уже по третьей линии, и никого не встретила, даже собак. Десять минут назад она попыталась обойти гараж по кругу, но нарвалась на крапиву, и чуть было не запуталась в проволоке. Потом сообразила, трава высокая и, если бы Глебу по какой-то причине вздумалось сделать обход строения по внешнему периметру – он бы оставил следы на траве. Вон Маня пробралась к оврагу и обратно, оставив в высокой траве проем. Завершив обход всех гаражных линий, она вернулась обратно – все без изменений. Значит надо звонить Чурову, он специалист, приедет с группой, может даже со служебной собакой и пустит ее по следу.
Маня представила, как овчарка несется на всех парах от гаража к озеру, находит там шлепанцы Глеба, подбегает к воде и скребет лапой край песка у самой воды. Нет! Попутно Глеб купаться не пошел бы, а уж оставить чужой гараж открытым в здравом уме и подавно.
Час пятнадцать она искала мужа по округе и пришла к выводу искать мужа надо в гараже. Но там она осмотрела все. Это, во-первых, а во, во-вторых, входить в эту темную пасть еще раз ей было страшно. И все же она осторожно переступила порог, пробираясь к торцевым полкам вдоль стены, сейчас возьмет телефон Глеба и просмотрит звонки. Споткнулась об угол зеленого ящика, слава богу не упала, но расцарапала ногу. Наконец вот он телефон, а рядом пачка красной Явы и зажигалка. Эта находка включила очередную ступень Маниного логического мышления. Она уже больше часа ведет свои поисковые действия, это предел, который Глеб способен обойтись без сигареты. Значит, в ближайшие минут десять, он вернется, где бы ни был, чтобы закурить. Но это если он способен передвигаться. Переложив айфон мужа в сумочку, Маня прихватила сигареты, у самого выхода старую табуретку – она устала и намеревалась посидеть у входа пока просмотрит звонки на телефоне мужа. Устроилась, ввела пин-код. У Глеба и у нее пароли были примитивными - даты рождения. Экран ожил, во входящих телефона пять пропущенных, некто Леха Зварыкин звонил пять раз, первый в 14.10, последний в 14.45. Зварыкин это одноклассник с велосипедами. Сейчас 16.30, Глеб выскочил из квартиры в 13.40 за 20 минут до предполагаемой встречи со Зварыкиным, за это время он предполагал подготовить место для велосипедов и встретить одноклассника уже у гаража. Максимум семь минут на дорогу от дома, на то, чтобы открыть гараж и войти в него. Хорошо, пусть десять минут. Значит в 13.50 он был здесь, а через 20 минут уже не смог ответить на Лехин звонок.
Маня нажала кнопку вызова, Зварыкин ответил мгновенно и сразу с претензией:
- Ну ты Глеб даешь, договорились...
- Это Мария, жена, Глеб исчез.
На том конце повисла пауза, наконец прозвучало:
- Куда исчез.
И Маня, торопясь, изложила ситуацию. Голос ее звучал жалобно, она даже принялась всхлипывать и спрашивать у Зварыкина совета. Неизвестный Мане одноклассник с трудом добился, как можно найти гараж и пообещал через 20 минут приехать. Маня уточнила на какой машине будет Леха, чтобы встретить его перед поворотом. Принялась описывать себя
– Блондинка в серой шляпе. – Это вслух.
А про себя подумала – если в шляпе, то зачем говорить о цвете волос. А потом «блондинка» звучит как-то вызывающе. Она блондинка потому что так проще корни волос подкрашивать, кстати уже пора, да все недосуг. Вот и прикрыла недостаток шляпой.
- В коричневом платье из марлевки, белых шлепанцах в солнечных очках, с сумочкой через плечо. – Продолжила описывать Лехе свои особые приметы вслух. А потом про себя: «Тоже сказала – в солнечных очках, она в гараже как сдвинула их прямо на шляпу, так и носиться по улице. И про марлевку напрасно - это женщина с ходу оценит и качество ткани, и фирму. А мужик, если "лейб" не приклеен на самое видное место, не поймет. Для него важен цвет, ну и длина подола...». Размышляя так она поставила табуретку на место, гремя воротами закрыла гараж и побрела к повороту. Еще неделю назад она бы сказала Лехе: «Поворачиваешь налево за углом почты», а теперь в качестве ориентира вместо почты можно было назвать груду строительного мусора. В городке за две недели их образовалось штук пять. Шла Маня медленно, поминутно вздыхая, в сопровождении сочувствующего ей рыжего пса-Латыша. Несмотря на жару, и уже не рассчитывая на колбасный кусочек он плелся в шаге позади Мани и тоже вздыхал.
Такой попутчик слегка успокоил женщину, и она принялась жаловаться псу как тяжело ей было там в Латвии, когда муж уезжал в очередную командировку. Едва время приближалось к оговорённому часу связи, ее нервы натягивались как струна, и казалось вся энергия лучом вытянулась к маленькому прямоугольнику телефона и сконцентрировала на нем смысл всего. Остудить накал тревоги могло только одно – звонок. Нет, она не психопатка, понимать надо, в дороге случается всякое. Ее саму польская фура чуть было не скинула с трассы, сигналя и мигая дальним светом в снежной темноте. Первые годы они с Глебом мотались по Европе в связке, потом Маня отправлялась в путь через одну командировку, еще через год через три. А последние два года чаще оставалась дома и, если муж задерживался со звонком ругала себя, на чем свет стоит считая, что поленилась отправиться с ним за тысячи километров, и вот теперь сиди и переживай. И сейчас она как подружке говорила псу Латышу, что заболталась с Жанкой, затем принялась зачем-то протирать пыль в серванте. Конечно к визиту гостей в доме должен быть порядок, но гости как правило топают прямиком на кухню и там прилипают к угловому дивану. Сервант же стоит в большой комнате. «Дура я» – призналась она псу и покаялась: «Следовало отложить все и идти следом за мужем в гараж, если на него нападали адвокаты она бы успела Глеба предупредить, теперь даже непонятно где его искать» - Манин голос дрогнул, пес ткнулся носом в руку. Он долго и терпеливо выслушивал ее, плелся следом, опустив голову до земли так низко, что уши подметали дорогу. Долго слушал и ничего не отвечал, даже не поднимал головы, чтобы просто посмотреть на нее, а тут решил успокоить или попрощаться, ткнув носом в кисть. Маня остановилась у перекрестка, пес коротко посмотрел на нее и свернул в сторону трехэтажного дома.
Здесь на посту она успела выкурить сигарету, поискать на полянке куст полыни, в малинском разнотравье можно отыскать массу полезного. В июне можно было срезать иван-чай. Сейчас готова к сбору пижма, бери и срезай, желтые шапочки можно было собирать прямо здесь вдоль дороги. Но теперь с бомбежками старых домов на каждом листочке и цветочке осел слой пыли.
Дома в Латвии у нее уже висели бы под крышей десятки пучков с травами. Даже укутанные в тряпочку зонтики укропа уже можно было шелушить. А здесь она срезала штук шесть жалких пучков иван-чая, крапивы, ромашки так и не нашла. Еще одну зиму придется пережить без чайного сбора, они с Глебом лекарствами почти не пользовались. Глеб?! Где он сейчас? Ой! Она увлеклась, разглядывая траву, отошла от поста, а у поворота уже стоял чей-то джип. Рядом стоял рослый полноватый мужчина и крутил головой. Маня подлетела к джипу и выдохнув спросила:
- Вы Зварыкин?
Мужик утвердительно кивнул. А потом улыбнулся:
- Вы Глеба в кустах искали?
- Нет, конечно. – Покраснела Маня. И принялась излагать поминутную историю исчезновения мужа. Потом отчиталась о проведенных поисковых мероприятиях. Зварыкин слушал, кивал. И наконец уточнил:
- Значит, в гараже его нет, телефон и ключи от гаража и квартиры у вас? – Маня утвердительно кивнула и Леха продолжил. – А что если вы два часа провели в поисках, а он никуда не пропадал и теперь мается у дома под дверью.
Маня ахнула, может поранил ногу, побежал домой и они разминулись... Дома Глеба не оказалось, Зварыкин попросил кофе и принялся обзванивать ближайшие клиники. Потом уточнил какая сегодня дежурит по скорой и выяснил что именно туда как раз два часа назад привезли мужчину. Коротко стриженого, в очках и клетчатых шорах. Без документов, без телефона да. Но прежде чем уснуть пьяница назвал свое имя – Владимир Живанов.
- Мог Глеб напиться и назвать себя Живановым?
Маня возмущенно помотала головой из стороны в сторону. За третьей чашкой кофе они молча уставились друг на друга. Маня уже дозвонилась Чурову, вернее дежурному оставила сообщение для следователя. Леха Зварыкин тоже позвонил одноклассникам, прочесывать траву в поисках Глеба вызвались трое. Один заканчивает работу через 40 минут, так что Зварыкину пора ехать собирать по домам спасателей. Когда Лехе позвонили еще двое и сообщили что тоже поедут на поиски Зварыкин решил разгрузить машину. Комод он поднял наверх без помощников. Оставалось вытащить из багажника велосипеды.
- В гараж их и отвезем. – Сообщил Мане Леха. Еще на повороте они услышали грохот и злобные выкрики, железные ворота сотрясались под ударами, пес Латыш отчаянно лаял и набрасывался лапами на створки.
Зварыкин выскочил из машины, Маня рылась в сумочке и все никак не могла найти ключи. Наконец сняли замок, Глеб вывалился наружу и хриплым голосом минуты три объяснял Мане и Лехе кто они такие на самом деле.
С большинством эпитетов Маня в корне не соглашалась, но возражать не получилось. Она быстро протянула мужу сигарету, как спасение зазвонил телефон Глеба. Чуров выслушал историю спасенного Глеба и попрощался. Зварыкин успел вытащить из багажника велосипеды и прислонить их к открытой двери. Леха в ее сторону даже не смотрел, похоже, счел Маню заполошной дурой.
Маня рассеянно стояла в сторонке и в деталях представляла себе моменты, когда она осматривала и гараж, и погреб. Дурой она прослыть не хотела:
- Когда я закрывала гараж, — Негромко, но твердо сказала она мужу. – Тебя ни в погребе, ни в гараже не было!
- Ты просто не заметила. – Глеб отвел от Мани глаза, не мог же он тут и сейчас рассказывать ей о том, что уснул на втором уровне погреба, и разговаривал с нефритовой статуэткой. Маня после уточняющих вопросов и демонстрации находки не станет считать его чокнутым, а вот Леха не просто установит диагноз, но еще и озвучит его перед всеми знакомыми.
Зварыкин взглянул на часы:
- Ты Глеб хоть и нашелся, но поисковый отряд уже в сборе. Сейчас привезу команду, а ты можешь снова спрятаться, а можешь просто накрыть стол.
Глеб с Маней выбрали последний вариант. Они решили накрыть поляну прямо на берегу озера. Разместить дома шестерых гостей будет проблематично. Глеб отправился в магазин за пивом. Маня принялась готовить бутерброды. Уже на берегу выяснилось, какой все же дружный класс был у Глеба. Спасать спасенного собрались аж 14 человек, прихватив с собой мангал, топорики и магазинные шашлыки. Историю исчезновения и чудесного спасения свели к банальному недоразумению, и принялись вспоминать разные школьные истории. Под дымок пивко и шлычек над озером закатилось солнце, потом опустились сумерки. Поближе к мангалу притащили два ствола поваленной березы и гитару из чьей-то машины. Вокруг одноклассников незаметно собрались дети подростки и жители в возрасте. Пели, вспоминали, говорили. Но для Мани все это было фоном для размышлений о том, что на самом деле случилось там в гараже. Она еще не знала, что именно, но кожей чувствовала – произошло что-то невероятное. Пес Латыш тоже вертелся у мангала, принимал угощения от пирующих и наконец прилег у Маниных ног.
.