Глава 213.
Андрей проснулся в тишине. Шторы были плотно задернуты, комната тонула в мягком полумраке. В голове — странная лёгкость, как после долгой бессонной ночи и первого утреннего кофе. Он не сразу понял, где находится.
На тумбочке стоял бокал. Напиток в нём был того же цвета, что и вчера — густой, почти чёрный, с лиловыми разводами.
Рядом — карточка с аккуратным почерком: «До дна — и ты проснёшься по-настоящему».
Он выпил. Без вопросов. Вкус уже не казался горьким. Наоборот — сладковатый, тянущийся, как патока. Глоток — и мысли собрались в точку. Ветта. Где она?
Она появилась, как только он вышел в коридор. На ней был облегающий кожаный жилет, шёлковая рубашка с высоким воротом и длинная юбка со шнуровкой по бокам. Никакой пошлости — всё утончённо. Но каждый её шаг, каждое движение перчатки казались продуманными до дыхания.
— Доброе утро, Андрей.
— Это ты… — он остановился, осекшись.
— Я? — её улыбка была тонкой, как игла.
— Ты что-то мне подмешала.
— Нет, — она приблизилась. — Я дала тебе то, что помогает отбросить лишнее. Беспокойства, ложные желания, голос других. Теперь ты слышишь только себя. Или… то, что подлиннее тебя самого.
Она наклонилась ближе.
— И ты знаешь, что это — я.
Андрей стоял, не в силах отвести взгляд. Он хотел возразить — но внутри не было протеста. Только покой. И желание угодить. Не в смысле принизиться. А в смысле — быть полезным, быть рядом.
— Я не понимаю…
— Не надо понимать. Люди всю жизнь тратят на борьбу за контроль.
А счастливы те, кто отдал его добровольно.
Она прошла мимо. Кожаная юбка шуршала, как шёлк. Андрей пошёл за ней. Не из вежливости — из тяги. Как будто между ними натянулась мягкая нить, и каждый его шаг — это ответ на её движение.
Ветта провела его в комнату с низким потолком. Там был стол, на нём — пергаменты, свечи, чернильница.
— Сегодня ты ничего не будешь делать. Только наблюдать. И слушать.
— Тебе помочь?
— Да. Останься.
Он сел у стены. Смотрел, как она пишет — быстро, по-старинному, с короткими паузами и щёлканьем чернильного пера. Иногда она бросала взгляд через плечо. Он чувствовал этот взгляд как прикосновение. Нежное, но повелевающее.
В какой-то момент она сказала, не оборачиваясь:
— Если однажды ты захочешь принадлежать — не стесняйся. Просто скажи.
Андрей не ответил. Он не знал, когда это случится.
Он знал — это уже произошло.