Участковый долго опрашивал хуторян, ни чего существенного ни кто не сказал.
Нет на хуторе такого момента, что не смогли заметить хуторяне, людей идущих со скатами от подворья Морозова ни кто не заметил. Участковый хорошо знал свой участок, опрашивал нужных людей.
Тем более посторонний транспорт, который внезапно появился на хуторе. На руках далеко скаты унести невозможно.
Возникло сомнение в искренности Павлика Морозова. Жора "Макинтош" кадр ещё тот, но раньше за ним криминальных делишек не замечалось.
Требовалось прежде всего выяснить, что могло связать таких разных людей как активист Павлик Морозов и главного хуторского прохиндея Жору "Макинтоша". Как сообщила Матвеевна, в последнее время "Макинтош" имел связи с бригадой комбайна СК–4.
Комбайн который ни кому не нужен, когда в хозяйство поступает более современная техника. Ещё Матвеевна, так между прочим сообщила, что СК–4 полностью разграблен Морозовым. Павлику не дают покоя лавры "Хряща" и "Капы".
Домой Павлик детали, не унёс, всё осталось в хозяйстве. Однако признаки вмешательства в раскулачивание комбайна имелись.
Поговорить с парнями, которые занялись восстановлением легендарного комбайна, стало очередным вопросом деревенского участкового. Как ни странно, возле комбайна ни кого не было. Все разбрелись по своим делам. "Хрящ" уехал в моторный цех совхоза, проверить подготовку дизеля для СК–4.
На слово Жоре верить было невозможно.
– Доверяй, но проверяй.
Сказал "Гусь", давая "Хрящу" последние указания.
"Корнет" и его подельник отправились к "Баклану" поднимать бизнес.
Участковому ни чего не оставалось, как тщательно осмотреть место происшествия. ГАЗ–69 взял курс, к подворью Павлика Морозова.
Павлик Морозов знал цену трудовому рублю, так просто купюрами не разбрасывался. Вручённые Жоре "Макинтошу" пять рублей должны сыграть важную роль в возникшей ситуации. Когда у Жоры появлялись деньги, он буквально обрастал "друзьями". Они буквально висели у "Макинтоша" на хвосте. Сбросить их было невозможно. Жора и не пытался это сделать, в этот момент он считал себя хозяином положения. Часто повторяя слова своего любимого киношного персонажа Остапа Бендера:
– "Командовать парадом буду, Я"!
Этот фильм Жора смотрел несколько раз, ни когда не читавший книги Жора, изучал жизнь по художественным фильмам. Которые два раза в неделю демонстрировались в хуторском клубе. Для этого жоре пришлось подружиться с киномехаником. Который продавал билеты на сеанс. Жоре за билет платить было нечем. Всё что появлялось в кармане, тут же оседало в местном сельпо.
Киномеханик был другом кума Морозова.
По версии Павлика, кум обязан упасть к Жоре "Макинтошу" на хвост, и вместе с остальными "друзьями" узнать все действия "Макинтоша". Если будет мало, для развязывания языков, кум обязан добавить из своего кармана. Иначе у него отберут подборщик, вместе с новым дизелем. Спонтанный банкет образовался в хуторском клубе, в будке киномеханика. Благо магазин находился рядом. Бегать далеко не приходилось. Подвёл кум Павлика, он не имея большой практики, созрел первым. Истратив при этом свои три рубля.
– "Не лезь в воду, когда не знаешь броду". (с)
С такими словами кума Морозова уложили отдыхать, под стол, на котором располагался перемоточный стенд. На стенде киномеханик перематывал, и склеивал киноплёнки. Сейчас под этим столом сладко спал кум Павлика Морозова. Сгорел вовремя выполнения важного задания.
В ночь с субботы на воскресенье в станице пошёл долгожданный дождь. Небо застелено тучами идёт моросящий дождь. Как ни странно ожидаемой прохлады он не принёс. Температура воздуха осталась в пределах +30 градусах по Цельсию.
Дышать стало ещё хуже. Испарение, большая влажность. Лето однако.
Полный штиль, ни какого ветра, духота ужасная. С небольшими перерывами осадки продолжаются. Движение людского потока в станице отсутствует.
Жизнь сельская в СССР: Следствие ведут, участковый и кум Морозова. Страсти вокруг комбайна СК–4.