Зарубежный фильм на наших экранах
«… В свое время наш журнал опубликовал письмо преподавателя МФТИ А. Павельева «Смотрю с недоумением», в котором, критически оценивая фильмы «Посвящается Стелле» и «Тайна Бургундского двора», автор письма высказал сомнения в целесообразности выпуска этих двух, как и некоторых других, слабых в идейном и художественном отношении, зарубежных картин в отечественный прокат.
Редакция пригласила читателей принять участие в обсуждении вопросов, затронутых А. Павельевым, и читатели не замедлили откликнуться. Причем, поводом для заочной дискуссии послужило не только письмо А. Павельева, но также и рецензии на две французские картины — «Чудовище» и «Кто есть кто», опубликованные на страницах нашего журнала.
Авторы большинства полученных нами писем полностью согласны с критической оценкой названных фильмов и выражают признательность журналу за обращение к злободневной и важной теме. Они высказывают также ряд общих соображений по поводу формирования репертуара наших кинотеатров, связывая этот вопрос с действенностью кинематографа как средства идейно-нравственного и эстетического воспитания зрителя.
Мы целиком разделяем озабоченность тех наших корреспондентов, которые, как и автор заметки, положившей начало дискуссии, недоумевают по поводу появления на наших экранах некоторых итальянских, американских, французских лент, картин производства АРЕ, Пакистана и других стран, не отвечающих ни возросшим зрительским требованиям, ни воспитательному предназначению кинематографа.
Вместе с тем нам кажется важным рассеять некоторые предубежденные оценки и выводы, иногда встречающиеся в полученных нами письмах. …
… авторы некоторых полученных редакцией писем, как нам кажется, не вполне уясняют большие трудности, встающие на пути наших прокатных организаций. Между тем международный фильмообмен — далеко не простое дело, успех его нередко зависит от множества политических, экономических и иных факторов, лежащих вне сферы художественного творчества. Так, к примеру, государственный департамент США годами не дает разрешения на продажу для проката в СССР и других социалистических странах многих фильмов, критикующих американскую действительность.
Широко известно, что в Соединенных Штатах, в большинстве капиталистических государств Европы немалым влиянием пользуются реакционные круги, постоянно предпринимающие попытки обставить культурный обмен неприемлемыми для нас политическими и экономическими условиями. Все это заметно сужает возможности показа зарубежных фильмов в нашей стране.
Надо принимать во внимание и тот факт, что многие картины крупных мастеров, работающих в рамках капиталистического производства, содержат — наряду с критикой буржуазных порядков, правдивым отображением социальных противоречий современного западного общества — элементы морального эпатажа, уступки буржуазным вкусам, мотивы и эпизоды, апробированные коммерческим кино и оскорбляющие общественную нравственность.
Понятно, что на экраны наших кинотеатров не попадают и не могут попасть ленты, в которых встречаются апология насилия, садизм, эротика, граничащая с порнографией, политически спекулятивные двусмысленности. Выявляя все подлинно прогрессивное и ценное в современном западном киноискусстве, наш прокат, естественно, отторгает болезненные, ущербные и антигуманные тенденции, оказывающие определенное влияние на мировой кннопроцесс.
Заслуживает упоминания и еще одна объективная трудность. Наше искреннее желание углубить сотрудничество в кинематографической области с той или иной страной подчас не дает желаемых результатов из-за кризисного состояния её национальной кинематографии. Например, на наших экранах давно не появлялись по-настоящему значительные английские картины. И не потому, что по каким-то причинам мы не хотим их приобретать, а прежде всего в силу затянувшегося спада, который переживает сегодня кино Великобритании, оказавшееся в сильнейшей зависимости от киномонополий США.
Широко известно и о губительном проникновении США в национальное кинопроизводство Франции, Италии, Канады, Японии — об утрате целым рядом национальных кинематографий своих самобытных позиций, об их отступлении перед натиском чисто коммерческих интересов, преследуемых американскими бизнесменами от кинематографа, не раз с понятной горечью и возмущением писали прогрессивные деятели кино Западной Европы, Африки, Азии, латиноамериканских государств.
Таковы, вкратце, обстоятельства, мешающие большой и полезной работе по ознакомлению советского зрителя с достижениями передовых художников западного кино, которая, как мы полагаем, несмотря на все объективные сложности, ведется в целом эффективно и последовательно.
Вместе с тем нельзя не согласиться с читателями журнала, подсказывающими, что в этой области имеются и многие недостатки.
«Тронули меня за живое несколько рецензий на зарубежные фильмы («Чудовище», «Посвящается Стелле», «Кто есть кто», «Тайна Бургундского двора»), напечатанные в вашем журнале,— пишет нам О. Целиковская из Львова.— Поражает тот факт, что, несмотря на негативные высказывания в нашей прессе о примерах неудовлетворительной закупки зарубежных лент для проката в стране (об этом неоднократно писалось на страницах «Литературной газеты», «Советской культуры», «Советского экрана», об этом свидетельствуют письма зрителей, а также рецензии на вышеназванные мною фильмы в вашем журнале) тем не менее беспрепятственно дублируются и выходят на наши экраны фильмы, которые никак не должны были проникнуть к нам».
«Неужели нельзя,— спрашивает далее автор письма,— укомплектовать зарубежный репертуар так, чтобы он действительно отвечал высокому профессиональному уровню, воспитывал хороший вкус у людей?».
К этому мнению присоединяется В. Камышев из Южно-Сахалинска: «В вашем журнале опубликовано письмо Павельева, в котором он рассказал о некоторых образчиках «китча», проникшего на наши экраны. Полностью согласен с ним -- существует грань, за которой полноценное, нужное людям искусство кончается, а начинается его профанация, суррогат».
В том же духе высказывается и А. Мымликов из Ленинграда: «С огромным интересом прочитал в вашем журнале «письмо в редакцию» товарища Павельева о двух зарубежных фильмах, не так давно прошедших широким экраном, — «Тайна Бургундского двора» и «Посвящается Стелле». Меня чрезвычайно обрадовала точка зрения Павельева на эти, да и другие подобные ленты... От искусства кино в них, по моему твердому убеждению, ничего нет, кроме «основы»... пленки». А. Мымликов называет в своем письме несколько других картин, которые, как он считает, ничуть не лучше; в их числе: «Викинги», «Каскадеры», «6 000 километров страха», «Среди коршунов», «Кто есть кто».
Письмо А. Мымликова содержит не только критику недостатков, имеющихся в работе по выбору зарубежных фильмов для нашего проката, но и поддержку положительных — в целом, основном — результатов этой сложной работы. «В заключение, — пишет он, — я хотел бы поблагодарить — надо было бы еще раньше— тех людей, которые помогли советскому зрителю посмотреть «Семейный портрет в интерьере» и «Невинного» Лукино Висконти, «Конец недели» Хуана Антонио Бардема, «Пустыню Тартари» Валерио Дзурлини...».
Выражая озабоченность по поводу появления на экранах некоторых картин, отвечающих весьма невзыскательным зрительским требованиям, авторы ряда писем задаются вопросом об их воздействии на киноаудиторию; об этом, в частности, пишет К. Чекалов, студент МГУ: «С большим интересом прочитал в «Искусстве кино» письмо А. Павельева о фильмах «Тайна Бургундского двора» и «Посвящается Стелле». Я полностью присоединяюсь к той оценке, которую дает автор письма этим картинам. Действительно, не может не вызвать некоторого недоумения факт закупки подобных фильмов для демонстрации в СССР. Судя по многим публикуемым в вашем журнале материалам, повышение эстетической культуры широкого зрителя остается одной из наиболее острых проблем отечественного кинопроката. Какое же воздействие могут оказать на вкус зрителя такие откровенно коммерческие, а порой и просто пошлые ленты, как «Горбун», «Тайна Бургундского двора», «Четыре мушкетера»?»
А вот выдержки из письма читательницы Л. Носковой из города Львова: «Хочу поделиться своими соображениями по вопросу, который затронул в своей заметке «Смотрю с недоумением...» товарищ Павельев. Начну с того, что я видела оба упомянутых фильма и полностью разделяю точку зрения автора... Неправда всегда безнравственна. Когда герои и их поступки выдуманы в угоду бизнесу, то здесь обкрадывают чью-то душу, а это — ущерб непоправимый».
Знакомство с другими письмами позволяет составить примерный список зарубежных картин, появившихся в пашем прокате в последнее время и вызвавших особенно резкую негативную реакцию зрителей; кроме уже упомянутых, в него входят: «Капитан», «Жандарм женится», «Жандарм и инопланетяне», «В плену дворцовых интриг», «Тайна яхты «Айвенго», «Бездна», «Морские дьяволы», «Не упускай из виду», «Никаких проблем».
«Советская кинокритика, — пишет А. Федоров, — на страницах печати последовательно борется с пошлость1о и коммерцией, но в прокат продолжают поступать западные фильмы, подобные поделкам Альфреда Форера («... И дождь смывает все следы», «Ответ знает только ветер»)... «Творчество» этого ремесленника представлено на наших экранах с завидной полнотой (шесть картин за десять лет!)». А. Федоров прав: фильмы Форера не раз остро критиковались в нашей печати, в частности, в газете «Правда»; об этих образчиках буржуазной «массовой кино- культуры» писал и журнал «Искусство кино» (См.: Пронин В. Как хорошо быть миллионером...— «ИК», 1976, № 8).
Словом, зрительская озабоченность тем, как складывается на сегодня зарубежная «рубрика» текущего кинорепертуара, имеет под собой определенные основания: наряду со многими значительными и интересными произведениями мирового киноискусства на наших экранах появляются и такие картины, без которых советский зритель вполне мог бы обойтись.
В некоторых из этих лент ощутимо намерение авторов обойти или даже «залакировать» серьезные общественные проблемы капиталистического мира, преподнести мещанскую мораль как истинную добродетель, подменить реализм па экране банальностью и безвкусицей «красивого», душещипательного зрелища.
Дорогие, «вылизанные» интерьеры, головокружительные погони, эффектные драки и перестрелки, любовные приключения, разворачивающиеся на фойе «открыточных» пейзажей или фантастической роскоши частных яхт, фешенебельных ресторанов, загородных вилл и городских особняков, — все это не только привычные приметы буржуазной кинокоммерции, но и своего рода грим, под которым проступают очертания излюбленных мифов «общества всеобщего благоденствия».
Встречаются в нашем прокате и картины, в той или иной мере проповедующие культ силы и «сильной личности», изобилующие сценами жестоких убийств, смакующие пиратскую беззастенчивость «суперменов» в выборе средств для достижения своих целей.
Этим обстоятельством взволнованы многие читатели журнала. Так, С. Кузиванов из села Выльгорт Коми АССР пишет: «В последние годы на наши экраны стали проникать и сомнительные фильмы, восхваляющие не только западный образ жизни, но и насилие».
В. Камышев из Южно-Сахалинска высказывает предположение, что подростки «скоро будут играть в комиссара Боровица» (герой картины «Кто есть кто». — Peд,). Впрочем, играть — это еще, наверное, не самое страшное. Рецензируя ленту на страницах нашего журнала, А. Ваксберг предлагал задуматься над вопросами посерьезнее: «Кто определит, кому и насколько этот фильм испортил вкус? Кого утвердил в незрелых и вредных симпатиях? В ком пробудил дух суперменства, преклонение перед силой, презрение к нормам человеческого общения. равнодушие к боли, насмешку над жертвой»...
Насколько можно судить по письмам, полученным редакцией, некоторые городские и областные организации проката порой не только не используют в полной мере возможности комплектования зарубежного репертуара, которые дает действующий кинофонд, по и допускают известные нарушения общих принципов нашей прокатной политики. Естественно, что это вызывает известное недовольство многих зрителей.
«Несколько слов о прокате фильмов в нашем городе Львове, — пишет в журнал Л. Носкова. — Я уже говорила, что значительных работ зарубежных авторов и у нас не так уж мало. Однако лучшие ленты зачастую идут один-два дня в одном кинотеатре или вообще не выпускаются на экраны города, в то время как пустые, малосодержательные ленты не сходят с афиш по нескольку недель».
Е. Волошина из города Шахты Ростовской области, выделяя среди виденных ею в последнее время зарубежных лепт американскую картину «Козерог-один», критически отзывается о работе местного проката: «... К моему горькому сожалению, такие интересные и правдивые фильмы очень редко доходят до нашего шахтинского зрителя».
Возможно, наша читательница несколько переоценивает достоинства названной ленты, но ведь, похоже, что ей не из чего особенно выбирать...
С. Кузиванов из села Выльгорт сообщает: «... В нашей республике (Коми АССР) не выпущены некоторые ценные западные картины, принадлежащие к направлению критического реализма, зато широко демонстрируются такие картины, как «Месть и закон», «Затянувшаяся расплата».
«...Из тех фильмов, которые пропагандируются в передаче «Кинопанорама», — рассказывает в своем письме М. Котощук из Дрогобыча, — у нас в городе мало что можно увидеть: или их вообще не демонстрируют, или «пустят» на один-два дня. Зато бесконечные мелодрамы, всякого рода «Викинги» и «Клеопатры», приключения и пустота — без конца».
Письмо М. Котощук указывает и на еще один тревожный момент: на экранах Дрогобыча посредственные ленты зарубежного производства находятся в гораздо более выгодном положении по сравнению с отечественными картинам и высоких идейных и эстетических достоинств. «...Такие картины, как «Легенда о Тиле», «Подранки», «Кентавры», «Ночь над Чили», «Неоконченная пьеса для механического пианино», «Спасатель», «Чужие письма», «Монолог» и другие, которые можно назвать значительными произведениями киноискусства, идут обычно один-два дня и не многие успевают их увидеть. «Восхождение» Ларисы Шепитько нашему зрителю вообще не удалось посмотреть».
Насколько можно судить по редакционной почте, нечто похожее наблюдается и в других городах. «В городе Южно-Сахалинске, — пишет нам В. Камышев, — вовсе не демонстрировались такие фильмы, как «Древо желания», «Пятая печать», «Триптих», «Рассказ неизвестного человека», зато охотно и подолгу «гостят» всяческие «Четыре мушкетера» и «Кто есть кто»... В свое время фильм «Двадцать дней без войны», прекрасный фильм, был пущен в кинотеатре «Спутник» — на окраине города — всего двумя сеансами. Прокат ведь тем самым планирует если не посещаемость фильма в целом, то возможность выбора того или иного фильма. Итак, нам предлагают смотреть «Кто есть кто». (В письме говорится, что этой картине был предоставлен «первый экран» городского кинотеатра «Октябрь». — Ред.) И вот я думаю: если у товарищей из сахалинского облкинопроката недостает вкуса — это печально. Но если они «все понимают»... — это безнравственно».
В письмах наших читателей высказываются обоснованные претензии и в адрес московского проката, который призван служить образцом хорошей организации работы с фильмом и зрителем. К сожалению, это еще далеко не так. «Я и мои товарищи, читая анонсы новых фильмов в журналах «Искусство кино», «Советский экран» и «Спутник кинозрителя», затем с удивлением констатируем их очевидное несоответствие реальности московского проката. Я имею в виду картины зарубежных авторов, принадлежащие к социально-критическому, прогрессивному направлению современного кино…» (К. Чекалов).
По своей социальной природе пошлость всегда буржуазна, и потому уступки плохому вкусу, в любой форме — это не только уступки в сфере эстетического, мириться с ними нельзя. Бороться за зрителя необходимо, но при этом нужно точно и тщательно выбирать средства, дабы избежать нежелательных результатов. …
Н. Максимов из Киева, защищая права развлекательного зарубежного фильма в нашем кинорепертуаре (па эти права, собственно, никто и не думает посягать, коль скоро речь идет о добротных, умных, со вкусом сделанных комедиях, детективах, приключенческих лентах), ставит в своем письме акцент на проблеме «экран и зритель»: «А может быть, надо подготавливать зрителя к произведениям более сложным? Вот это и стоит настоящего разговора. На пять «Мстителей» должен быть хотя бы один «Амаркорд».
У кинопроката есть возможность выдержать и более высокое соотношение в пользу серьезных, глубоких кинопроизведений при составлении программ, однако на практике она используется еще далеко не в полной мере.
Вероятно, в этом и заключается одна из причин, в силу которых многие весьма посредственные зарубежные фильмы находят свою аудиторию, своих горячих поклонников. И мы погрешили бы против истины, сказав, что все наши читатели единодушно поддержали критические материалы, появившиеся в журнале «Искусство кино» в связи с выходом в прокат карт тин «Посвящается Стелле», «Чудовище» и не которых других лент примерно одного с ними уровня.
Так, А. Гуридов из Всрхнедвинска, комментируя выступление А. Павельева, выражает мнение, что тот просто не уважает... труд кинематографистов. «Я не отношу фильм «Посвящается Стелле» к разряду выдающихся, — пишет М. Котляр из Бреста. — Но это хороший фильм, нужный зрителю».
«Пишу вам по поводу статьи Мирона Черненко «Пародия, обернувшаяся пошлостью». По-моему, он очень несправедливо отозвался о фильме «Чудовище», — начинает свое письмо в редакцию О. Бороздин из Иваново. «Сегодня я опросил значительное число ашхабадцев, которые в прошлом году посмотрели французский фильм «Чудовище», для того, чтобы узнать их мнение, среди опрошенных были и работники культуры. Большинство из опрошенных положительно высказались о фильме...» — сообщает нам читатель А. Шаляпин.
О картине «Посвящается Стелле» доброжелательно отзываются О. Лысюк из поселка Барышевка Киевской области, М. Горянский из Ленинграда; фильм «Тайна Бургундского двора» хотел бы оградить от критики подписавшийся инициалами О.К. библиотекарь из Черкасс, оговариваясь, правда, что и ему он «тоже показался глуповатым, наигранным»...
Мы не станем сейчас спорить с авторами этих писем, заметим только, что среди читателей, принявших участие в разговоре, защитники «Стеллы», «Чудовища» и иже с ними оказались в заметном меньшинстве.
Итак, полученные редакцией «Искусства кино» читательские письма по вопросу о зарубежном репертуаре наших кинотеатров свидетельствуют о возросшем уровне зрительских требований к кинематографу. Именно это обстоятельство и является основной причиной высказанной во многих письмах неудовлетворенности в связи с демонстрацией на наших экранах некоторых фильмов иностранного производства.
Взыскательный, грамотный, интеллигентный зритель испытывает вполне понятное разочарование, когда ему предлагают невысокого качества зарубежный фильм, который, возможно, и имел успех на Западе, но нс может, не должен пользоваться успехом у нас: ознания и эстетической подготовленности нашей киноаудитории, качества, воспитанные в людях социалистическим образом жизни, традиции советского киноискусства — все это задает более высокие критерии зрительского подхода к кинематографу, недоступные буржуазному коммерческому экрану.
В этом с удовлетворением убеждаешься еще раз, когда в читательской почте журнала встречаешь такие, к примеру, высказывания: «Людей, знающих и ценящих кино, в нашей стране много, не ошибусь, если скажу, — больше, чем где бы то ни было.
Мы не только самый читающий народ, но и самый «смотрящий» (А. Мымликов); … «Мне просто стыдно за тех, кто идет на поводу у нетребовательных кинозрителей... Лично я прихожу в кинотеатр не только отдохнуть, но и подумать о жизни» (Е. Волошина); «Огромным успехом у нашего зрителя пользовались такие сложные фильмы, как «Профессия: репортер» Антониони, «Семейный портрет в интерьере» Висконти, «Мы так любили друг друга» Сколы... Так что наш зритель — вполне подготовленный. А интерес? Интерес (к серьезным кинопроизведеииям. — Ред.) огромен. Изданные у нас книги о Феллини, Бергмане, Бунюэле в библиотеках уже зачитаны» (А. Тарнавский из Одессы); «В нашем городе (Львове.— Ред.) при Доме работников связи организован (на общественных началах) киноклуб, где демонстрируются содержательные кинопрограммы. Здесь принимаются заявки и от кинозрителей. Надо видеть тягу наших зрителей, особенно молодых, к настоящему искусству! Я нередко бываю здесь, и почти всегда зал переполнен, чего не наблюдалось раньше» (Л. Носкова); «Ведь кино — искусство, если оно не отражает реальность, не показывает жизнь народа, борьбу людей за счастье, то для чего оно?» (Я. Арвидас).
Характерно, что в этом, как и в ряде других писем, читатели называют значительные произведения мастеров прогрессивного мирового киноискусства, о которых говорилось выше, — в связи с общей оценкой зарубежного репертуара наших кинотеатров.
Содержание и взволнованный тон зрительских писем, выдержки из которых мы привели, дают повод для серьезных размышлений и выводов. О высокой культуре нашей киноаудитории и понимании ею специфики кино. О разнообразном характере зрительских запросов и ожиданий. О необходимости учитывать их более полно и точно при формировании той части текущего кинорепертуара, которая складывается из фильмов зарубежного производства.
Подытоживая заочную дискуссию, вызванную письмом А. Павельева, редакция «Искусства кино» горячо благодарит читателей, принявших в ней участие, и выражает надежду, что ее выводы окажутся полезными для успешного решения обсуждавшихся проблем»
(Редакционная статья в журнале «Искусство кино». 1982. № 7: 149-155. Пo материалам читательской почты «ИК»)