Каждую среду и пятницу у моей жены на работе совещания.
Начальство лютует.
После совещаний приходит домой, выжатая как лимон. В это время я всегда особенно внимателен: готовлю ужин и не лезу с лишними разговорами.
Я даже гордился её трудоголизмом.
- У Лены карьера идет вверх, — хвастался я друзьям, пока мы потягивали пиво в баре у метро. - И зарплата повышается. А приготовит еду и помыть полы мне не сложно.
****
Но потом начались непонятки. В дни совещаний Лена стала слишком прихорашиваться. Ставила будильник на пол часа раньше. Я просыпался от звука фена и от шуршания одежды – не могла выбрать, что одеть и меня это напрягало, не давала выспаться. Мне вставать на час позже.
Потом долгие сеансы у зеркала в прихожей. Тщательно наводила марафет, будто готовилась не к квартальному отчёту, а к фотосессии.
А новые духи... Подарок от руководства на какой-то их праздник. Вся квартира ими пропахла, у меня на них открылась аллергия. Лежал, укрывшись одеялом с головой. И это постоянно два раза в неделю. Я стал уставать уже с утра и напрягаться, но терпел.
Хотя это все мне напоминало признаки измены.
Но самое странное началось две недели назад. В пятницу вечером примерно определив время окончания совещания, я решил заехать к жене в её офис, думал потом поехать в кафе, заодно поедим.
Остановился у цветочного киоска напротив бизнес-центра.
— Пионы свежие? — спросил я продавщицу.
— Только с утра привезли, — она ловко собрала букет, обернула в крафтовую бумагу. — Для жены?
Я кивнул. Лена обожала эти розоватые бутоны, которые через пару дней раскрывались пышными шапками. Ровно как её карьера за последний год.
Бизнес-центр «Кристалл-Плаза» вздымался в небо тридцатью зеркальными этажами. Здесь всегда кипела жизнь, мерцали окна кабинетов, такси у подъезда, курьеры с кофе. Но сейчас было тихо, почти пол восьмого вечера.
Я набрал её номер.
Трубку взяли на четвертый гудок.
— Алло? — голос Лены прозвучал странно приглушенно, будто она прикрывала рот ладонью.
— Я у твоего офиса, — сказал я, глядя на темные окна пятого этажа. — С сюрпризом. Совещание закончилось?
Тишина. Слишком долгая. Я услышал шорох, чей-то сдавленный смех.
— Да, но я... в архиве, — она говорила неестественно медленно, будто на ходу сочиняла историю. — В подвале. Здесь... э-э... проблемы с сигналом.
Пальцы сами сжали стебли пионов. Во-первых, год назад я сам помогал их IT-отделу переводить архивы в облачное хранилище. Во-вторых – моя жена совсем не архивариус. Что ей там делать?
— Хорошо, — я сделал свой голос мягким, — подожду у центрального входа.
— Скоро буду, подожди в машине, — ответила она.
Положив трубку, я обошел здание. Потом неожиданно для себя решил зайти, что-то меня вело вовнутрь. На проходной на турникете воспользовался прошлогодним пропуском. Он был не заблокирован.
Я нажал кнопку лифта. Пятый этаж.
Темнота, нарушаемая только узкой полосой света из-под дальней двери. По стене скользили тени: две фигуры в странном танце. Женский смех, знакомый до боли, перешёл в сдавленный стон.
— Меня муж ждет!— голос Лены звучал хрипло, с непривычными нотками.
— Подождет, — ответил приглушенный мужской голос.
Дверь поддалась с первого толчка.
От увиденного у меня помутилось в голове.
****
Они не сразу услышали скрип двери.
Лена сидела на полированном столе, как на сцене. Рядом мужчина. Я его узнал, это директор фирмы, в которой работает моя жена, и тот, кто проводит совещания два раза в неделю.
Директор обернулся медленно, с театральным спокойствием. Его галстук болтался расстегнутым, а на лацкане пиджака краснел след губной помады.
— О, мы как раз обсуждали последний отчет, - проговорил он.
— Макс... – голос жены сорвался на фальцет.
Лена спрыгнула со стола. Её руки дрожали, поправляя блузку, в глазах читался страх и раздражение.
Я взглянул на свои ладони. Букет пионов превратился в мокрую массу из стеблей и лепестков.
— Дорогой, это не то, что ты думаешь... – начала Лена.
Ее руководитель расхохотался и потянулся к барному шкафчику:
— Мужик, давай вы.п ь ем?
Я схватил офисное кресло и попытался бросить в него. Промахнулся. Жена пищит. А «этот» вызвал охрану. Как очутился на улице – не помню.
Я пришел в себя на асфальте, который пах бензином и мо-ч.ой.
*****
Вот я узнал, что такое предательство в браке.
На следующий день я указал ей на дверь. Лена собрала вещи. Чемодан, с которым когда-то приехала в нашу общую жизнь, теперь увозил её навсегда.
— Это был просто се..-с, — сказала она, поправляя прядь волос. — Я была вынуждена. Я хочу свою машину, а ты ?…. Сколько я тебя просила, но все «денег нет, денег нет», - передразнила она меня.
— Не знал, что женился на пр о-ст.и. у.т-ке, — мой голос звучал чужим. — Оставь ключи. И чтобы я больше никогда...
Я замолчал. В горле стоял ком. Потом продолжил.
— Проверюсь. И если ты меня чем-то наградила... — я медленно встал, — тебе действительно лучше не знать, что будет дальше.
Дверь захлопнулась.
Через месяц случайно встретил её подругу в магазине.
— О, - та разоткровенничалась, — Лена, кстати, квартиру купила. В новом комплексе. Такая хорошая квартира! В ипотеку, конечно, но…
Я не стал слушать дальше.
Теперь живу в тишине. Пустые стены, пустой холодильник, пустые бли.упаковки от та-б.-ле-ток. В-р.ач сказал, что я «вы ле-ч.ился» от последствий измены.
А по ночам иногда слышу, как за стеной соседка смеётся. Тоже, наверное, на машину зарабатывает.
Включаю свет и записываю в блокнот. Потом отдам ее мужу, который сейчас на вахте.
Вот так и живу.
Буду благодарна за подписку на мой канал 🫶🤝❤️