С первого взгляда Валентина Аркадьевна невзлюбила Татьяну. Это было почти ощутимо — ни один упрёк не был сказан прямо, но всё в её взгляде, интонации и язвительных замечаниях давало понять: не та, не подходит.
Антон познакомил их спустя полгода отношений. Татьяна старалась понравиться — пришла с цветами, улыбалась, вежливо вела себя за столом. Но уже в первые десять минут Валентина Аркадьевна, сжав губы, оценивающе кивнула в сторону её щиколоток:
— У нас в семье таких женщин не было… Ну, раз Антон выбрал — пусть будет так.
Татьяна промолчала. Она думала, что это мелочь. Ошиблась. С этого момента Валентина Аркадьевна начала постепенное наступление: подколы, сравнения, пассивная агрессия, прикрытая вежливостью.
— А кем она работает-то у тебя? — поинтересовалась свекровь у Антона, как будто Татьяны даже рядом не было.
Антон начал отвечать, но Татьяна вежливо вмешалась:
— Я в IT. Работаю тестировщиком. Переучилась пару лет назад. Онлайн, через платформу GeekBrains. Очень удобно — всё с нуля, для любого возраста. Даже вы бы справились, Валентина Аркадьевна, если захотели бы.
Сказано было спокойно, с лёгкой улыбкой. Без заносчивости, просто по-доброму. Но эффект был обратный.
— Ага, понятно. Сейчас модно в интернетах "переучиваться". Раньше, бывало, пять лет в институте, а теперь "платформка", и всё — специалист. Прямо диву даёшься… Но куда тебе интернет? Не сайты тыкать надо, а мужа поддерживать и борщ ему варить.
Записывайтесь на обучение удалённым профессиям на GeekBrains. Это образовательная экосистема. В ней любой человек может получить востребованную специальность, развить навыки и начать работать в интернете. Переходите по ссылке, и меняйте свою жизнь. Ещё не поздно.
По промокоду geekpromo - Дополнительная скидка 7%. Промокод необходимо назвать менеджеру по продажам.
Торопитесь, места ограничены.
Антон неловко кашлянул, а Татьяна чуть улыбнулась — не растерялась. Но внутри у неё щёлкнуло: если даже её усилия, образование и работа не заслуживают уважения, что уж говорить о чём-то большем? И это было только начало.
После неудачной попытки подколоть Таню за её профессию Валентина Аркадьевна будто взяла курс на «воспитание». Теперь каждый их визит превращался в марафон ядовитых замечаний, замаскированных под заботу.
— Танечка, я вот тебе салатик без майонеза сделала. Тебе же после родов осторожнее надо, — говорила она с улыбкой, выставляя на стол отдельную миску с сухими листьями салата и варёной грудкой. — А хлеб вот, заменила на хлебцы. Можешь мне потом спасибо сказать.
Таня сначала пыталась не реагировать. Потом прямо сказала:
— Валентина Аркадьевна, я, с вашего позволения, сама решу, что и когда мне есть. Спасибо за заботу, но я взрослая женщина.
Свекровь закатила глаза, громко вздохнула и, с показной обидой в голосе, повернулась к сыну:
— Антон, ты это слышал? Я, значит, стараюсь, думаю о здоровье невестки, а она мне в ответ… Такое хамство. Это нормально вообще? Ты мать собираешься защищать или как?
Антон сжал губы, будто хотел что-то сказать, но выдавил только:
— Тань, ну мама же не со зла, она о твоём здоровье заботится…
Татьяна уставилась на мужа с недоумением. Он не встал на её сторону. Не сказал ни слова в её защиту. В тот момент у неё внутри что-то оборвалось. Впервые она подумала: а в чём вообще её место в этой семье?
После рождения сына Татьяне стало особенно тяжело. До декрета она зарабатывала неплохо и чувствовала себя уверенно.
Теперь почти все расходы лежали на муже. Заниматься работой даже удалённо у неё просто не оставалось ни сил не времени. Ребёнок постоянно требовал к себе внимание, плюс свекровь выносила мозг. Всё это мешало сосредоточится на работе.
Из активной, самостоятельной женщины Татьяна превратилась, как ей самой казалось, в домашнюю тень. Валентина Аркадьевна этим воспользовалась моментально. Она будто ждала, когда Татьяна окажется в зависимом положении, чтобы включить режим полного контроля.
— Ну, теперь ты на его шее сидишь, значит, молчи и слушай старших, — бросила свекровь как-то между делом, наливая себе чай. — А то некоторые любят поучать, пока деньги не закончились.
Татьяна напряглась, но промолчала. Не хотелось устраивать сцену на глазах у мужа. Но чем дальше — тем хуже.
— Таня, ты на себя в зеркало давно смотрелась? У тебя слоновьи ноги! А знаешь почему? Потому что ешь за троих! Я тебе вчера кексы принесла — думала, для всех. А ты их одна умяла. Даже ребёнку не оставила.
— Я съела один кекс, — устало ответила Татьяна. — Остальные вы сами унесли соседке. Я видела.
— Не придумывай! — свекровь отмахнулась. — И вообще, у Матвея диатез — это от твоей еды. Пока кормила грудью — одно, а сейчас… Всё подряд лопаешь!
— Вообще то я похудела на пару килограмм! — попыталась оправдаться Таня.
— Это случайность. Всё равно скоро опять расплывёшься.
— Вы слышите, что говорите? — Татьяна не выдержала. — Мне уже даже говорить в этом доме нельзя? Что бы я ни сделала — всё плохо!
— Вот и правильно! — резко вставила Валентина Аркадьевна. — Сиди и не бузи. Ты здесь никто, и звать тебя никак. Всё на Антоше держится — он работает, а ты, считай, у него на иждивении.
Антон, как обычно, промолчал. Сидел в телефоне, делая вид, что не слышит. Татьяна почувствовала, как у неё внутри всё сжимается. Казалось бы, должна быть поддержка, хотя бы дома, а по факту — постоянные упрёки, обвинения и одиночество в собственной квартире.
Последней каплей стала история с горшком. Однажды Татьяна застала Валентину Аркадьевну в момент, когда та «воспитывала» внука. Голос её звучал спокойно, но в словах была настоящая жуть:
— Если не будешь сидеть на горшке столько, сколько нужно, оттуда вылезут чудовища и укусят тебя за попу.
Мальчик замер, испуганно уставившись на неё. Татьяна вытащила сына из ванной, и в тот же вечер у ребёнка начались истерики. Он плакал, отказывался даже заходить в туалет. Несколько ночей подряд просыпался в слезах. Врачи потом объясняли — невроз.
Татьяна посмотрела на мужа:
— Нам нужно разъехаться. Я больше не могу жить с твоей мамой.
Антон вздохнул, отвёл взгляд:
— Ну… сейчас не время. Ты же знаешь, с деньгами плохо, ипотека… Может, потерпишь ещё немного?
— Я терпела три года, — тихо, но жёстко сказала Татьяна. — А теперь хватит. Я не позволю, чтобы мой ребёнок жил в страхе.
Он попытался спорить, что «всё не так однозначно», что «мама просто по-своему воспитывает», но Татьяна уже собирала вещи.
Через пару дней она уехала с сыном к своей маме. Там, в маленькой, но тёплой и спокойной квартире, впервые за долгое время смогла выдохнуть.
Развод оформили быстро. Антон платит алименты, без скандалов. Видимо, и сам понимал, что перегнули.
Татьяна же вернулась в профессию. Она снова работала тестировщицей, брала хорошие проекты, постепенно наращивала доход. Снимала квартиру, водила сына на развивашки, сама училась на курсах и понемногу оттаивала.
— Мне не нужен принц, — сказала она однажды подруге. — Мне нужен мир в доме. И чтобы никто не рассказывал моему сыну про чудовищ в унитазе.
Жить одной с ребёнком было нелегко, но гораздо легче, чем жить с мямлей и его мамой-драконшей.