Мохнатые ветки высоких сосен низко склонялись и слегка покалывали своими мягкими иглами плечи и руки отважных ребят. Могучие и степенные дубы широко и размашисто распускали свои ветви, усыпанные зелёными листьями и желудями, не подпуская слишком близко к себе растущие по соседству деревья. Густые папоротники тут и там пестрели затейливой листвой, скрывая за собой от постороннего взгляда различные дары леса. Но стоило только раздвинуть эти диковинные кусты, и перед вами открывалась небольшая уютная полянка, густо усыпанная грибами, которые весело манили к себе любопытного путника своей беззвучной и загадочной красотой:
“Смелее рви нас и ешь без боязни! Видишь, по нашим шляпкам ползают жучки и паучки. А это первый признак того, что мы вполне съедобные.”
В другом месте листья папоротника прикрывали густой листвой не менее забавную полянку, на которой красовались небольшие кустики, сплошь усеянные сочными лесными ягодами, которые так и зазывали проголодавшегося путника:
“Коль уж сумел нас отыскать, так не раздумывай, а скорее сорви и съешь наши сочные ягодки на здоровье! Мы безвредные и с удовольствием утолим твой голод.”
Наши друзья примерно так и поступали на протяжении всего пути через неведомый им, но гостеприимный лес. В поисках чудо-цвета они тщательно раздвигали и осматривали все попадающиеся по пути заросли папоротника. А находя там вместо Чихлобуса грибы да ягоды, ребята сначала с большой осторожностью пробовали их на вкус. Но, распробовав и поняв, что эти дары леса не только безопасны, но ещё и довольно вкусны, друзья ели эти ягоды и грибы с большой охотой.
На одной из таких восхитительных полян Ждана присела над ягодным кустиком, сорвала тёмно-синюю ягоду и сунула в рот. Осторожно разжевав её, она вдруг жутко сморщилась и выплюнула раздавленную ягоду. Укоризненно глядя на несозревшую ягоду, Ждана брезгливо фыркнула:
– Тьфу, какая кислая!
Путята тут же подошёл к девочке, сорвал несколько ягод с того же куста и решительно закинул их себе в рот. Недолго пожевав, он проглотил ягоды, нисколько не морщась. А после этого сделал свой вывод:
– А мне эти ягоды понравились. Я как раз люблю, чтобы были с кислинкой!
Ждана смотрела на Путяту удивлённо, продолжая морщиться от кислоты, которая щипала ей во рту язык и дёсны.
– Да как же такое может нравиться? От такой кислятины у меня сейчас всё нутро вот-вот наизнанку вывернет.
– У тебя, может, нутро и вывернет. А вот у нас с Волчком не вывернет. Правда же я говорю, Волчок? – не согласился с ней Путята и поманил к себе волчонка, который в это время неподалёку что-то старательно вынюхивал в траве.
Волчок тут же резво подскочил к нему и вильнул хвостом. Путята сорвал с куста горсть ягод и поднёс их к волчьему носу. Волчок скосил глаза и изумлённо уставился на ягоды, принюхиваясь к их необычному терпкому запаху.
Ждана с большим любопытством смотрела на волчонка, ожидая, съест ли он кислые ягоды или нет. Волчку явно не понравилось такое угощение, и он осторожно стал пятиться назад. Увидев это, Путята не на шутку обиделся и возмутился:
– Ишь ты какой! А ну-ка сейчас же ешь! Значит, я ем, а ты не ешь? Значит, я должен один любить эту кислятину! И не стыдно тебе так поступать?
Волчонок после такого потока критики виновато поджал уши и неохотно слизнул две ягодки с протянутой к его носу ладони. Он тут же принялся их усиленно разжёвывать, пытаясь проглотить. Но волчья утроба никак не хотела принимать в себя кислые ягоды. После упорной внутренней борьбы волчонок всё же пересилил собственное отвращение и с превеликим трудом проглотил злополучные ягоды.
– Молодец, Волчок! – увидев это, радостно воскликнул Путята и обернулся к Ждане. – Вот видишь, Волчок тоже очень любит ягоды с кислинкой!
После этого он бросился к волчонку, схватил его в охапку, обнял и поцеловал прямо в морду. Волчок не ожидал такой щедрой благодарности за свои муки и взвизгнул от радости. Да за такие нежности волчонок готов был сожрать ещё парочку кислющих ягод! Но только парочку, не более…
Вырвавшись из цепких дружеских объятий, волчонок радостно припустил бежать к Ярику и Веснянке, которые ничего этого не видели. Они исследовали неподалёку другую полянку, также скрытую от глаз густой листвой папоротников. Перед ними открылась грибная поляна, усыпанная небольшими грибами, и они любовались этим необычным зрелищем.
Ярик легко выдернул из земли один гриб и понюхал его. Гриб распространял приятный ароматный запах. Долго не думая, Ярик отломил кусочек от грибной шляпки и сунул в рот. Веснянка выжидающе наблюдала, как осторожно и оценивающе разжёвывал гриб Ярик.
– Ты знаешь, – проговорил Ярик, когда проглотил грибной кусочек, – по-моему, это вполне съедобная штука. Да ты сама попробуй. Думаю, тебе понравится.
Он наклонился, чтобы выбрать гриб получше и сорвать его для Веснянки. В этот момент его и настиг Волчок. Он так неожиданно налетел на Ярика сзади, что мальчик распластался среди грибов, смяв под собой их бо́льшую половину, чем испортил всю прелесть грибной полянки.
– Ты что, Волчок, сдурел! – испуганно вскрикнула Веснянка, глядя, как волчонок скачет над спине беспомощно лежащего Ярика.
По крику девочки Ярик понял, кто над ним так дерзко пошутил. Он быстро вскочил на ноги, оттолкнул волчонка и сердито на него посмотрел, готовый устроить ему взбучку. Но, увидев радостную морду Волчка, он только улыбнулся и мягко потрепал хвостатого за шею.
– Ну и шалун же ты, Волчок, – ласково сказал Ярик и посмотрел на Веснянку.
– Чем же это Путята так сильно раззадорил Волчка? – усмехнулась в ответ Веснянка. Она подняла один из обломанных при неловком падении Ярика грибов, отряхнула его, откусила кусочек шляпки, чуть подержала во рту, чтобы ощутить его необычный вкус, и стала медленно разжёвывать.
Волчок тут же обратил на это внимание и, боясь, что его снова заставят есть какой-нибудь гадость, поджал уши и хвост и быстро затерялся среди листьев папоротника.
– Что это было? – Ярик проследил за необычными действиями волчонка и с удивлением посмотрел на Веснянку.
Девочка проглотила грибной кусочек. А затем, рассеянно пожав плечами в ответ, она предположила:
– Может, Путята и Ждана накормили Волчка чем-то очень вкусным. И от этого у волчонка поднялось настроение.
Когда Ярик и Веснянка выбрались из зарослей папоротника, сразу увидели Путяту и Ждану, которые, не замечая их, усердно обрывали шишки с пушистой сосновой ветки. Волчонок сидел неподалёку и внимательно следил за их занятием.
– К чему вам понадобились шишки? – поинтересовался Ярик, когда они с Веснянкой подошли ближе.
– Ты, Ярик, конечно, считаешься среди нас самым головастым, – ответил на это Путята, не переставая срывать шишки и складывать их в кучку. – А вот об одном ты подумать забыл.
– О чём же? – удивился Ярик.
– А вот о чём, – с хитринкой в глазах пояснил Путята. – Мы уже долгое время петляем по незнакомому лесу. И незнамо сколько нам предстоит ещё петлять, покуда не сыщем чудо-цвет. А домой-то мы потом как дорогу искать станем? Ведь тут заблудиться в два счёта можно!
– А шишки тебе чем помогут в этом деле, – усмехнулся Ярик.
– Чтобы не заблудиться в этом лесу и быстро находить обратный путь, мы будем как можно чаще откладывать шишки на приметные места, – с умным видом досказал свою задумку Путята.
Ярик чуть подумал, глядя на растущую горку шишек, согласно тряхнул головой, подошёл к соседней сосне и сорвал с мохнатой ветки две шишки. Глядя на них, он проговорил:
– Эта затея не плоха. Молодец, Путята! Хотя я тоже уже подумывал о том, как нам не заплутать на обратном пути. Но я положился в этом деле на острое чутьё нашего Волчка. Он должен отыскать дорогу домой по нашим следам.
– Конечно, должен, – поддержала Ярика Веснянка, но, тем не менее, подошла к сосне и сорвала одну шишку. – У Волчка чутьё очень острое.
– Понятно, что острое, – согласился Путята, но тут же добавил: – Но надеяться в таком важном деле только на волчий нюх – это неправильно! А вдруг он его потеряет!
– Да, – поддакнула молчавшая всё это время Ждана. – Вдруг потеряет!
– То есть как это потеряет, – опешила Веснянка.
– С чего вдруг Волчок должен потерять собственный нюх? – недоверчиво спросил Ярик.
– В пути всякое может случиться, – ответил Путята. – А вдруг Волчок ткнётся ненароком своим носом, куда не следует, и нюх у него после этого пропадёт.
После такого убедительного примера Ярик окончательно сдался и, сорвав ещё пару шишек, сказал:
– Хорошо. Будь по-твоему. Шишками на первое время мы уже запаслись достаточно. Как закончатся, нарвём новых. А сейчас пора идти дальше. Не так долго осталось до захода Солнца. И тогда нам придётся думать о ночлеге.
Все с Яриком согласились. Без лишних слов рассовали по пазухам собранные шишки и зашагали дальше.
Так они продвигались по лесу несколько дней. Поднимались с первыми лучами Солнца и шли с короткими остановками вплоть до самых кромешных сумерек, всё больше углубляясь в лесную чащу и отдаляясь от своего селения и дорогого их сердцу края земли. Ночами же, которые в лесу были очень тёмными и непроглядными, друзья укладывались спать в каком-нибудь валежнике, а чуткий волчонок всю ночь не смыкал глаз, охраняя ребятишек от ночных опасностей.
Волчок тревожно прислушивался к многочисленным непонятным и пугающим звукам ночного леса, изредка тихонько рычал и поскуливал, вспоминая свою прежнюю беспечную жизнь среди людей в далёком теперь от них селении. Ему, волчьему детёнышу, было совсем невдомёк: для чего вдруг понадобилось человеческим детёнышам уйти из родного селения, чтобы мыкаться по незнакомому лесу, выискивать незнамо что среди его зарослей, питаться всякой гадостью, да ещё и пытаться накормить этой гадостью его самого.
Долго бы ещё бродили по нескончаемому лесу в поисках загадочного Чихлобуса отважные друзья. И не факт, что их поиски вообще могли увенчаться успехом. Но им неожиданно помог случай. Когда Путята в очередной раз забрался в заросли папоротника и принялся собирать лесные ягоды. Ждана осталась дожидаться его у зарослей, присев на зелёную травку, чтобы перевести дух. Ярик и Веснянка в это время обследовали соседние заросли. Волчок же усидчивостью совсем не обладал и всегда бегал где-то неподалёку, тщательно обнюхивая всё вокруг.
В какой-то момент волчонок учуял в воздухе новый, незнакомый доселе запах и побежал, задрав нос кверху и усиленно принюхиваясь, в том направлении, откуда этот запах доносился. Необычный запах был настолько слабым, что Волчок несколько раз терял его направление и тогда начинал кружиться и метаться в разные стороны, пока снова его не находил. Таким образом, он, сам того не замечая, отдалился от ребят довольно далеко и продолжал бежать в направлении запаха, который сильно привлёк его острый волчий нюх своим загадочным ароматом. И бежал Волчок, пока не уткнулся носом в густую поросль молодых дубков.
В этот самый момент из-за дубовой поросли неожиданно и громко раздалось:
“А-ап-чхи! А-ап-чхи! А-ап-чхи!”
А вслед за тем над лесом прокатился восторженный вопль:
“У меня получилось!”
Волчонок, как ужаленный, отлетел от поросли и залился злобным звонким лаем, который плавно перешёл на более привычный для него вой.
Ребята внезапно услышали над лесом непонятный раскатистый крик, и сразу после того до них донёсся отдалённый заливистый голос Волчка. Побросав всё, друзья кинулись в ту сторону, откуда слышались тревожные звуки волчьего воя.