Один человек жил.
Он не спасал мир. Не вел за собой. Не проклинал и не благословлял.
Он просто жил.
Иногда он жаловался. Иногда уставал. Иногда хотел всё бросить — и всё равно возвращался.
Он не думал, что делает что-то важное.
Он делал, что мог. А часто — даже меньше.
Он не был свят, не был велик.
Он был.
Но пока он жил —
земля не дрожала под ногами,
небо не падало,
дети не забывали язык,
а у огня всегда был кто-то, кто не спал.
Он не знал,
что его сомнения — удерживают от безумия,
его честность — отравляет ложь,
а его взгляд — один, уставший, неверящий — всё ещё светит.
Однажды он исчез.
Может умер. Или стал другим…
И тогда
ветер стал громче,
тишина — острее,
а в домах, где раньше было просто и спокойно,
исчезло тепло, которое раньше, никто не замечал
Прошло немного времени.
И кто-то спросил:
— А как мы раньше жили, когда было… не страшно?
И никто не вспомнил его имени.
Никто не сказал: «Это он».
Но один старик прошептал:
— Был такой человек. Он ничего не делал. Но пока он был — всё было ещё можно спасти.
Глаза маленького мальчика, услышавшего старика, наполнились слезами.
Но они не потекли — застыли, будто ему было стыдно плакать.
…он выпалил одним дыханием - неужели ничего нельзя изменить, неужели нельзя найти того человека?!
...Старик посмотрел на ребёнка.
Долго. Не с жалостью — с ожиданием.
Будто пытался рассмотреть не лицо, а силуэт будущего.
— Того человека — нет, — повторил он. — Но…
Он не договорил.
Потому что в этот миг
ребёнок стал вытирать слёзы рукавом.
И смотреть туда, где тьма была не такой густой…
А в его взгляде была не «надежда» —
а решение.
Старик лишь кивнул.
— …может быть, теперь — ты?