Вера Шаталина о судействе в гимнастике
Мадам Абруцини (бывший президент тех.кома FIG) ко мне очень уважительно относилась, но и я никогда не лезла на рожон, никогда. Если наши допускали ошибку, мне приходилось ставить хотя бы среднюю оценку, это правда. Я просто не могла рисковать, я могла получить бланк и всё, и до свидания. Это дисквалификация меня на четыре года. Мне Ирина Александровна даже говорила, Вера, не рискуй.
То есть, понимаете, мы шли по тонкому льду. Шаг, и всё. Чтобы не говорили, что спортсмен-спортсмен, все равно 50% успеха спортсменов, даже самого сильного, это судья. В таких видах спорта как синхронное плавание, художественная гимнастика, фигурное катание это очень много. Слава богу фигурному повезло у них теперь считают ещё учётно-вычислительные машины, у нас такого, кстати, при желании нельзя применить, но…
АР: Но сейчас попытались что-то сделать на юниорском чемпионате мира, артистику считать электронно, но…
ВШ: Ничего не получилось у них, очень тяжело. Потому что всё нечестно в конечном итоге. Всё равно. У нас присутствует человеческий фактор. Нравится, не нравится. Вот хоть что бы мне говорили, не может быть на одно и то же одинаковое мнение у людей.
Я попросила Ирину Александровну закончить с судейской карьерой, потому что у меня был моральный срыв, мне было очень тяжело судить своих, очень тяжело. И потом это такая неблагодарная работа. Кто-то тебя любит, кто-то тебя не любит, кто-то считает тебя не очень порядочным человеком. А когда ты ради своей страны, куда деваться?
Не все мне нравится, то, что я делала, и правда, это очень тяжело. Но это нужно. Это нужно для своих детей, для своей страны, для того, чтобы флаг поднимался. И когда мне Ирина Александровна говорила «надо», я понимала, что это надо, потому что она была для меня всегда авторитет неприкасаемый.
Оригинал - здесь
