Когда у человека диагностируют деменцию, окружающим часто кажется, что всё закончилось.
Он больше не тот.
Он «теряется».
Он уходит — медленно, незаметно, как растворяющийся силуэт.
Но одно из самых опасных заблуждений, которое стоит на этом пути, звучит просто:
«У него уже нет личности».
Это неправда. И эта неправда больнее диагноза.
Почему мы в это верим?
Потому что нам страшно. Мы наблюдаем, как человек забывает элементарные вещи, теряет навыки, путается в лицах. Мы цепляемся за рациональное: «Он больше не узнаёт — значит, не чувствует. Он говорит нелепости — значит, уже не понимает.»
Это защитная реакция.
Если «личность исчезла», значит, можно не страдать от утраты — её как бы уже нет.
Но именно это мышление отдаляет нас.
Делает нас наблюдателями, а не участниками.
Что остаётся, когда уходит память?
Личность — это не только биография, паспорт и IQ. Это то, как человек смотрит, реагирует, чувствует, отзывается на прикосновение, любит одно и ненавидит другое, даже если не может это назвать.
Мозг может не вспомнить имя дочери, но сердце узнает тепло её руки. Человек может не уметь говорить, но его лицо оживляется при знакомой песне. Он может не знать, как его зовут, но будет гладить собаку именно так, как всю жизнь.
Это всё — части личности, которые живы. И которые погибают гораздо быстрее, если рядом начинают вести себя так, будто внутри уже пусто.
Почему миф опасен?
Потому что он превращает человека в объект. В «пациента», «объект ухода«, «нагрузку». Миф убивает контакт.
Он оправдывает равнодушие, избегание, дистанцию.
«Смысла нет, он всё равно не понимает» — слышали это?
Это ложь. Он понимает. Просто не так, как раньше.
Что делать вместо?
- Замечать живое: выражение глаз, реакцию на запахи, интонации.
- Продолжать общаться, даже если ответа нет — эмоции проходят глубже слов.
- Давать выбор, даже минимальный: «эту рубашку или ту?»
- Сохранять уважение: говорить с человеком, а не о нём при нём.
- Использовать ритуалы, музыку, прикосновения — они цепляют за то, что не разрушено.
Деменция отнимает многое. Но она не стирает личность полностью. Она делает её более хрупкой, труднодоступной. Как свеча под стеклом: тусклая, но живая. И наша задача — не выключить свет раньше времени.
Тот, кто кажется «ушедшим», может всё ещё быть здесь. Просто в другой форме. И если вы рядом — вы можете это почувствовать.