Глава 53.
Тропа была мокрая. Джунгли дышали ночью, как живое существо. Ветта шла второй. За Сун Вэем. Он не говорил — только указывал рукой, где наступать, где пригнуться. Пиявки на ногах, сырость под одеждой, но никто не жаловался. Ложкин был сосредоточен. Кий — напряжён.
— Нас ведут? — прошептала Ветта.
— Или подводят, — ответил Ложкин.
Деревня появилась внезапно. Не на карте, не в планах. Сун Вэй остановился у развилки.
— Здесь мы должны свернуть, — сказал он. — Но выслушайте.
Он вынул из мешка старую фотографию. Выцветшую. На ней — эти же дома. Эти же лица.
— Эта деревня не стареет. Ни один дом не обрушен. Ни один ребёнок не вырос. Они улыбаются, как куклы. Я шёл мимо в 1996‑м. Они были там. В 2003‑м — снова. Те же. Ни одного нового лица. Я больше не захожу.
— Почему тогда привёл? — спросил Кий.
— Потому что вы всё равно туда попадёте. Или через эту тропу, или через другую. Вдова уже знает.
Они вошли на улицу. Собаки не лаяли. Дети не кричали. Люди сидели, ели, смеялись. И всё это — без движения. Как будто сцена из театра. Ветта почувствовала, как кожа покрылась холодной испариной.
— Это неправильно, — сказал Кий. — Слишком спокойно.
— Они видят нас, — добавил Ложкин. — Просто не реагируют.
У дома с резной верандой сидела женщина. Красивая. Европейка. Смуглая кожа, волосы по плечи. Смотрела прямо на Ветту. Не моргала.
— Моё тело здесь, — сказала Ветта тихо. — Я чувствую его. Оно близко.
— А если она уже его одела?
— Тогда мы увидим это.
Сун Вэй не вошёл в деревню. Остался у границы, сел под деревом, зажёг сигарету.
— Если через полчаса вы не вернётесь — я ухожу, — бросил он.
— А если мы выйдем позже?
— Тогда вы — не вы.
Дом, куда вошли Ложкин, Кий и Ветта, пах ладаном и жасмином. Внутри — тишина, мягкий пол. На стенах — зеркала. Но отражения не совпадали. В одном Ветта увидела себя — другой. Сильной. Улыбающейся. В платье, которое она не носила.
— Это уже ловушка, — сказал Ложкин.
— И всё равно придётся пройти, — ответила Ветта.
Вдова где-то рядом. И она знала — они пришли за тем, что не им принадлежит.