Прошла неделя с того разговора в офисе Максима. Неделя, которая изменила мою жизнь кардинально.
Первые два дня я проплакала, лежа на диване и поедая мороженое. Звонила подругам, жаловалась маме, писала длинные сообщения Максиму, которые потом удаляла, не отправив. Классический набор брошенной девушки.
А на третий день мне надоело. Надоело жалеть себя, надоело ждать, когда он одумается и вернется. Я встала, привела себя в порядок и позвонила Андрею.
— Помнишь, ты предлагал мне работу? Предложение еще актуально?
— Конечно! Приезжай завтра на собеседование.
И знаете что? Я прошла это собеседование. Более того, мне предложили зарплату в полтора раза больше той, на которую я рассчитывала. Оказывается, за три года, пока я играла в идеальную домохозяйку, рынок изменился, и мои навыки стали еще более востребованными.
Андрей проводил меня до лифта:
— Кать, не хочу лезть в твою личную жизнь, но этот твой Максим — полный дурак. Если бы у меня была такая девушка, я бы ее на руках носил.
Я улыбнулась. Впервые за долгое время — искренне улыбнулась.
Вечером того же дня позвонил папа:
— Как дела, дочка? Как твой... как дела с Максимом?
— Пап, я устроилась на работу. Хорошую работу, с отличной зарплатой.
— Молодец! А Максим как к этому отнесся?
— А он пока не знает. И не факт, что узнает.
Папа помолчал, а потом сказал:
— Понимаю. Катя, я горжусь тобой. Ты сильная девочка, ты справишься.
На следующий день я начала работать. Офис современный, коллеги адекватные, задачи интересные. Я забыла, как это — чувствовать себя нужной и полезной не только в качестве подружки кого-то, но и как самостоятельная личность.
Максим не звонил. Я тоже не звонила ему.
Через неделю после устройства на работу случилось то, чего я не ожидала. Возвращаясь домой, я увидела его у подъезда. Он стоял возле своей машины и курил. Выглядел усталым и каким-то потерянным.
— Катя, — окликнул он меня. — Можно поговорить?
Я остановилась в двух шагах от него:
— О чем?
— О нас. Я думал... Может, мы слишком поспешили с этой паузой?
Интересно. Месяц назад я была бы на седьмом небе от этих слов. А сейчас просто спокойно смотрела на него и анализировала свои чувства. Радости не было. Была лишь легкая грусть по тому, что когда-то было между нами.
— Максим, а что изменилось? — спросила я.
— Ну... я соскучился. По тебе, по нашим вечерам, по тому, как ты готовишь...
Ага. Соскучился по домашней еде и уютным вечерам. Очень романтично.
— А как дела с Леной?
Он смутился:
— Мы... мы больше не встречаемся.
— В смысле — не работаете вместе?
— Нет, работаем. Но не встречаемся после работы.
— Почему?
Он замялся:
— Она... она оказалась не такой, как я думал. Слишком навязчивая. Постоянно звонила, приглашала к себе, хотела обсуждать наши отношения.
Я чуть не рассмеялась. Те же претензии, что он предъявлял мне.
— И что ты ей сказал?
— Что мне нужно время подумать, — честно ответил он.
Боже мой. Я вдруг поняла, что это его универсальная отмазка. "Мне нужно время подумать" — и никаких обязательств, никакой ответственности.
— Максим, а ты вообще кого-нибудь любишь? — спросила я.
Вопрос застал его врасплох:
— Конечно! Я же пришел к тебе...
— Это не ответ. Кого ты любишь? Меня? Лену? Или просто ищешь удобную девушку, которая будет готовить, убирать и не задавать лишних вопросов?
Он долго молчал. А я поняла, что мне не нужен его ответ. Все стало ясно без слов.
— Знаешь что, Макс, — сказала я мягко. — Давай действительно сделаем паузу. Но не в отношениях, а окончательную.
— Катя, подожди... Может, мы попробуем еще раз? Я исправлюсь, буду более внимательным...
— А я устроилась на работу, — перебила я его. — Хорошую работу. И мне там нравится.
Он удивленно посмотрел на меня:
— Какую работу? Когда?
— На той неделе. Помнишь, я предлагала тебе помощь с трудоустройством? Так вот, я воспользовалась этой возможностью сама.
— Но зачем? Мы же планировали пожениться, ты хотела заниматься домом...
— Это ты планировал, чтобы я занималась домом. А я, оказывается, хочу заниматься интересной работой, получать зарплату, развиваться профессионально.
Максим растерянно смотрел на меня:
— Но как же наши планы? Свадьба, дети...
— Какие дети, Макс? Ты же даже со мной не можешь определиться. То ли я тебе нужна, то ли Лена, то ли время подумать. Какие дети с таким отцом?
Эти слова прозвучали жестко, но честно. И я не жалела о них.
— Катя, прости меня. Я понимаю, что вел себя как дурак. Но дай мне шанс все исправить.
Я посмотрела на него — на этого мужчину, которого три года считала любовью всей своей жизни. И поняла, что чувства ушли. Не было ни злости, ни обиды. Просто пустота на том месте, где раньше была любовь.
— Максим, я тебя прощаю. Но это не значит, что я готова вернуться. Мне хорошо одной. Впервые за долгое время — действительно хорошо.
Он попытался возразить, но я уже шла к подъезду.
— Катя! — крикнул он мне вслед. — А что, если я сменю работу? Больше не буду видеться с Леной?
Я обернулась:
— А что, если ты просто станешь счастливым? Без меня, без Лены, без всех нас? Может, стоит для начала понять, чего хочешь ты сам?
И поднялась домой.
Дома сразу позвонила папе:
— Пап, мы расстались. Окончательно.
— Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо. Правда, хорошо. Знаешь, он предложил мне вернуться, но я поняла, что не хочу.
— И правильно, дочка. Любовь — это не игра в кошки-мышки. Это когда человек готов быть с тобой и в радости, и в горе, а не бегать между тобой и другими женщинами.
Через месяц я полностью освоилась на новой работе. Коллеги приняли меня тепло, руководитель хвалил за инициативность, проекты шли один интереснее другого.
Андрей иногда заходил в наш отдел по рабочим вопросам. Мы мило общались, но без всяких намеков на что-то большее. Мне нравилось, что можно просто дружить с мужчиной, не думая о том, нет ли у него скрытых мотивов.
А еще я записалась на курсы французского языка, купила абонемент в спортзал и начала встречаться с подругами не для того, чтобы жаловаться на жизнь, а просто получать удовольствие от общения.
Максим пару раз писал мне сообщения. Сначала попытки помириться, потом нейтральные "как дела", потом тишина. Я отвечала вежливо, но коротко. Не было смысла поддерживать разговор.
Однажды вечером, возвращаясь с работы, я увидела его возле кафе с незнакомой девушкой. Они смеялись, она что-то оживленно рассказывала, он кивал и улыбался. И знаете что? Я порадовалась за него. Искренне порадовалась.
Дома написала ему сообщение: "Видела тебя сегодня в кафе. Рада, что ты выглядишь счастливым."
Он ответил через час: "Спасибо. Это Ира, она работает в соседнем отделе. Мы просто знакомимся пока."
"Просто знакомимся" — как же знакомо это звучало. Но это уже не моя проблема.
Еще через месяц папа приехал ко мне в гости. Мы сидели на кухне, пили чай, и он внимательно на меня смотрел.
— Что? — спросила я.
— Ты изменилась, дочка. Стала более... не знаю даже, как сказать. Более собой.
— В смысле?
— Раньше ты была как будто в тени этого твоего Максима. Старалась ему понравиться, подстраивалась под его желания. А сейчас ты живешь своей жизнью. И это тебе идет.
Я задумалась над его словами. Действительно, последние три года я существовала как дополнение к Максиму. Катя — девушка Максима. А теперь я просто Катя. И мне это нравится.
— Пап, а помнишь, я тогда говорила тебе, что хочу ему помочь с работой? Даже после всего, что произошло?
— Помню. Это меня тогда очень удивило.
— А меня сейчас удивляет. Как я могла так раствориться в другом человеке, что даже его предательство воспринимала как свою проблему, которую нужно решать?
Папа покивал:
— Это называется созависимость, дочка. Когда человек живет не своей жизнью, а жизнью партнера. Хорошо, что ты это поняла.
Мы еще долго говорили в тот вечер. О жизни, о планах, о том, какой я вижу свое будущее. И впервые за много лет в этом будущем не было места для мужчины, которого нужно спасать, перевоспитывать или за которого нужно решать проблемы.
Было место для меня. Настоящей, со своими интересами, целями и мечтами.
А через полгода Андрей все-таки пригласил меня на свидание. Не в рабочем порядке, а по-настоящему. Я долго думала и согласилась.
Мы пошли в театр, потом в ресторан. Он рассказывал о своей работе, спрашивал о моей, интересовался моими планами на будущее. Никаких игр, никаких недомолвок, никаких попыток угадать, что он имел в виду.
— Знаешь, Андрей, — сказала я в конце вечера. — Мне нравится, что с тобой можно просто говорить. Честно и открыто.
— А мне нравится, что ты не пытаешься мне угодить, — ответил он. — Ты высказываешь свое мнение, даже если оно не совпадает с моим. Это редкость.
Я улыбнулась. Да, это действительно было редкостью. Для меня самой.
Сейчас прошел уже год с того дня, как я узнала об измене Максима. Год, который перевернул всю мою жизнь. Я до сих пор благодарна той Лене за ее звонок. Если бы не он, я бы так и продолжала жить в иллюзиях, готовясь стать женой человека, который не умеет любить.
А теперь я знаю, что настоящая любовь — это когда не нужно угадывать чувства партнера, просить прощения за свою заботу или оправдываться за случайно отвеченный звонок.
Настоящая любовь — это когда тебя принимают такой, какая ты есть. И дают возможность быть собой.